Страница 45 из 63
Я улыбаюсь и эта улыбка настоящая, не маска. Подушечкой пальца провожу по ее нижней губе, а другую руку кладу на ее обнаженное бедро.
— Я бы сказал, что хочу принять душ... с тобой.
Она испускает удивленный вздох и я беспокоюсь, что слишком сильно давлю на нее. Затем ее щеки начинают алеть, когда она пробегает глазами по моему телу, кусая нижнюю губу. Она не говорит ничего, когда встречается со мной взглядом, но я точно могу сказать, что ей любопытно.
— Не беспокойся. — Прикладываю палец к ее губам. — Будет весело. Все в мыле, влажные и скользкие. — Ее глаза расширяются и я беру ее за бедра и приподнимаю. Она хихикает, и я улыбаюсь, заходя в ванну.
— Минуточку, — говорит она прямо тогда, когда я собираюсь, поцеловать ее. — Мы должны впустить Сета. А то он обидится.
Неохотно, я иду в комнату и отпираю замок. Затем стремглав возвращаюсь в ванну, все еще неся Келли, которая хихикает каждый раз, когда я дотрагиваюсь пальцами до ее живота. Пинком ноги я захлопываю дверь, и кричу:
— Сет, ты можешь войти! — И сразу накрываю ее губы своими и целую пока не кончается воздух в легких. Потом мы отстраняемся, дыша тяжело, а ее пальцы впиваются в мой затылок.
Я оглядываюсь вокруг, готовый включить душ.
— Подожди, а где душ?
Она указывает через плечо на угол около двери.
— Думаю он там.
— Это не шкаф?
Она пожимает плечами.
— Не думаю. Если бы это был... — Ее глаза блуждают между раковиной, туалетом и стойкой для полотенец. — Думаю, это не шкаф.
Придерживая ее за попу, я иду к углу около двери. Там небольшой шкаф с пустыми рейками и полками. Я поворачиваюсь налево, потому что это единственное место куда можно пройти. Там огромное окно из матового стекла на всю стену, и океан прямо снаружи. Там также массивная овальная ванна в углу, которая стоит на прямоугольной платформе со ступеньками из плитки.
Келли хмурится.
— Здесь нет душа? — Пытается подавить улыбку. — Дерьмово. Я определенно была настроена на него.
Я слегка щипаю ее за ногу и она вскрикивает, брыкаясь на мне. Я подхожу к ванне, не отпуская Келли, и включаю кран.
— Что ты делаешь? — спрашивает она, наблюдая за струей воды, к которой я протягиваю руку и проверяю температуру.
— Набираю ванну. — Я в тайне люблю тот факт, что тут есть ванна и нет душа. Вещи, которые мы можем осуществить в этой большой ванне безграничны.
Она нервно ерзает, ее тело напряжено, когда она смотрит на ванну, наполняющуюся водой.
— Мы собираемся принять ванну вместе? — Ее носик морщится, и я уже собираюсь ей сказать, что она не обязана, если не хочет, когда она выдает: — Мы должны сидеть в грязи друг друга.
У меня вырывается смешок, и я поднимаюсь на ступеньку.
— На сколько я грязный, ты думаешь?
Время от времени у нее появляется этот коварный взгляд, и всегда бывает в полной мере.
— Не знаю. — Говорит она, соскальзывая с моего тела. — Парни известны своей нечистоплотностью, не так ли?
Я снова щипаю ее за ногу, и она подпрыгивает, смеясь визгливо. Движение толкает меня вперед, и я спотыкаюсь, опрокидываясь вниз. Я пытаюсь приземлиться так мягко, как могу, чтобы не навредить ей, и в конце концов, я стукаюсь локтем о край ванны, а вода расплескивается во все стороны. Она хохочет, когда я пытаюсь сесть в воде, вместе с ней на мне.
— Ооо, ты думаешь это смешно? — сажусь я, все еще держа ее за талию, и поглаживая пальцами ее влажную кожу. Капельки воды стекают по ее телу, волосам, мягкой коже и это лучшее, что я мог себе вообразить. Мы сидим так какое-то время, ожидая, когда кто-нибудь из нас заговорит.
— Келли, я должен спросить... — массирую ее тазовые косточки пальцами, — о твоем пристрастии рыгать.
Она перестает дышать, но не уходит от ответа.
— Я работаю над этим.
Я долго выдыхаю через нос.
— Ты слишком хрупкая ... чтобы делать это.
— Не о том говоришь.
— Знаю, но, несмотря на это, это делает тебя слишком худой, и мне ненавистна эта чертова мысль, что ты вредишь себе. — Я лицемер, но важно, чтобы она знала, что я чувствую, потому что она всегда говорит мне о своих чувствах.
— Возможно, мне следует с кем-то поговорить об этом, — отвечает она, противоречиво. — Хотя, у меня есть улучшения.
— Поговорить об этом с кем-то было бы хорошо. — Я закрываю глаза и набираюсь мужества. — Я... я говорил об этом с терапевтом в клинике. Как бы я сильно ненавидел эту чертову клинику и причину, почему я там был, он казался хорошим парнем. — Я меняю положение, когда воды становится больше. — Я продолжаю видеться с ним.
— Это хорошо, — хвалит она, что-то ища в моих глазах. — Может тебе следует рассказать ему о том, что делал твой отец?
Мои пальцы сильнее вдавливаются в ее кожу.
— Не думаю, что он подходящий человек.
— Тогда кто подходящий?
Кому я смог бы рассказать? Матери? Брату? После этого, единственные люди, которых я знаю, не будут знать, что блять делать с этой информацией.
— Думаю, я смогу это сделать.
— И ты сделаешь это. — Настаивает она, пропуская мои мокрые волосы сквозь пальцы и убирая их с лица. — И я пойду с тобой.
Я опасаюсь и колеблюсь, и честно, так, как я забочусь о ней, я бы не хотел брать ее туда, чтобы она слушала все то дерьмо, которое я сделал.
— Келли... Не думаю, что это хорошая идея. Не хочу, чтобы ты слышала все кровавые детали.
— Я видела эти кровавые детали, — протестует она, и в ее уголках глаз собираются слезы. — Я смогу справиться с этим... если ты не хочешь, чтобы я там была. — Решимость горит в ее глазах.
— Келли, я правда думаю, что там тебе не место. — Возражаю я, мои внутренности скручиваются, когда я думаю о том, как она слышит ебанутые вещи из моей головы.
Она качает головой и берет меня за руки.
— Кайден, я могу помочь тебе, если только ты позволишь... Пожалуйста, позволь мне помочь тебе.
Сложно сказать нет, когда она смотрит на меня так, но даже если и так, то я все равно хочу идти один, но я слышу себя, говорящего:
— Хорошо, ты можешь пойти со мной... но пообещай мне одну вещь.
Она кивает мне с энтузиазмом.
— Все, что угодно.
— Ты пообещаешь мне, что я буду с тобой, когда ты расскажешь своей семье о Калебе.
Она раздумывает над этим, выглядя противоречивой, но затем быстро наклоняется вперед и легонько прикасается своими губами к моим.
— Хорошо, — шепчет она, напротив моих губ. — Мы сможем сделать это. — Бормочет она, и я не уверен, кому она говорит, мне или себе. — Потому что думаю, мы сильнее, когда вместе.
Я думал об это всю ночь, о том, как она меня успокаивает и отбивает желание резать себя. Она может быть права. На многих уровнях.
— Думаю, нам следует вернутся сегодня...я не должен был уезжать... ощущение будто я убегал от всего.
Она кивает, соглашаясь.
— Возможно, это была плохая идея.
— Нет, не плохая. — Я кладу пальцы меж ее ног, и ее дыхание от этого сбивается. — То, что случилось прошлой ночью... — понижаю свой голос, и приближаю свои губы к ее уху, пальцы запускаю в нее. Я хочу, как можно больше времени Келли, на тот случай, если это закончится не хорошо, потому что в моем мире обычно так и бывает. Больно думать об этом, но это реальность, и это могло бы быть безрассудным и разрушительным, если бы я уже не познал этот путь. — То, что случалось прошлой ночью, снова и снова... — я двигаю пальцем внутри нее, и ее тело выгибается, — никаким образом не было плохо. — Целую ее щеку, когда она закрывает глаза. — Это было невероятно.
Начинаю двигать пальцами, пока не подвожу ее к краю, и она не выкрикивает мое имя. Затем я снимаю свои мокрые боксеры и погружаюсь в нее, желая каждую ее частичку, зная, что в любой момент что-то может пойти не так. Но хоть раз в жизни, надеюсь, что все будет нормально. Надеюсь, что все пройдет хорошо. Не уверен, что это значит, но хочу это выяснить.
Глава 15.
Столкнуться с неизбежным, что бы ты, черт возьми, не делал
Келли