Страница 40 из 63
Чувствуя потребность быть ближе к нему, я собираю крупицы смелости и целую его. Он отвечает на поцелуй, но затем отстраняется. Мои внутренности завязываются в узел, только я не сдаюсь. Припадаю к его губам, и, наконец, после повторного шанса, Кайден целует меня в ответ.
Поначалу он нежен, его язык мягко касается моего. Но внезапно мягкость трансформируется в отчаяние; мгновение спустя мы падаем назад. Я приземлюсь на Кайдена сверху, наши рты слиты в поцелуе, тела идеально совпадают. Его руки скользят по моему телу, по шее, по спине. Спускаются все ниже, проникают под мое платье, его пальцы резко впиваются мне в кожу.
Я напрягаюсь от столь интимного прикосновения, но потом вспоминаю, что Кайден видел и чувствовал всю меня. Расслабляюсь, позволяя его рукам исследовать мое тело. Без предупреждения он переворачивает нас и приподнимает мою ногу себе на бедро. Его ладони скользят выше, оставляя жаркий след на моей коже, и я едва не вспыхиваю, когда они достигают моих трусиков.
Я начинаю дрожать, от нервов, от холода, от предвкушения, но каждое ощущение исчезает, как только Кайден вводит свои пальцы в меня. Из моей груди вырывается неприличный стон, а тело выгибается ему навстречу. Он начинает меня ласкать, тихие стоны срываются с моих губ. Я чувствую, что приближаюсь к краю, и вот-вот стану свободной. Только Кайден вдруг останавливается и снова от меня отстраняется. Момент рассеивается, я откидываюсь на песок. Кайден садится, утягивая меня за собой.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я, запинаясь. Мое лицо горит. — Что-то не так?
Он сжимает пальцами мою талию и держит крепко, поднимаясь. Песчинки осыпаются с нашей одежды; Кайден поддерживает меня руками, прижимая ближе к себе, затем идет в сторону дома.
— Я несу тебя внутрь, — отвечает он тихо, быстро меня поцеловав. — Пока ситуация не зашла слишком далеко. — Кайден снова припадает к моим губам в нежном поцелуе. — Нам не следует оставаться на пляже… у всех на виду. — Он прикусывает мою нижнюю губу, отчего я вздрагиваю, пока мы поднимаемся по подъездной дорожке. — И нам не следует оставаться в песке… а то получится беспорядок.
Пытаюсь сдержать румянец, но у меня никогда не получалось скрыть смущение, поэтому щеки пылают огнем.
Кайден обходит машину Люка и поднимается по ступенькам на освещенное крыльцо. Он улыбается, глядя на меня, а потом проводит пальцем по моей щеке.
— Знаешь, я скучал по твоему румянцу. Это так мило.
Я еще больше краснею, но решаю не зацикливаться – ведь все равно ничего не смогу с этим поделать. Улыбаясь, Кайден смещает меня немного в сторону, а я сплетаю пальцы, обнимая его за шею, пока он открывает дверь, не опуская меня на пол. Едва мы успеваем войти в кухню, его губы снова накрывают мои.
Он запускает пальцы в мои волосы, не прерывая поцелуй, и идет через дом, врезаясь в угол кухонной стойки и ударяясь локтем о стену в коридоре. Вокруг темно, но в гостиной горит торшер, а в спальне мягкие лучи лунного света просачиваются через окна.
Руки Кайдена опускаются по моей спине под платье, когда он заворачивает в нашу с Сетом комнату.
— А если они вернутся? — спрашиваю я, едва дыша. Такое ощущение, словно у меня останутся синяки на губах от поцелуев.
Кайден поддерживает меня под бедра, прижимает ближе к себе, и я чувствую его эрекцию. Нас разделяют только его джинсы и мои трусики.
— Мы замкнем дверь… но только… только если ты захочешь продолжить. — Не отпуская меня, он захлопывает дверь и запирает замок.
Мне нравится, что он спрашивает. Еще больше мне нравится, что я хочу продолжить. Я хочу быть с ним. Я могу быть с ним. Несколько месяцев назад подобная идея казалась неосуществимой, невозможной, недостижимой. Только сейчас, с ним, всё внутри меня изменилось, мои сердце и душа уже не утопают во мраке. Кайден – мой свет; надеюсь, однажды я смогу стать светом для него.
Мои губы приближаются к нему, — Я хочу быть с тобой.
Он больше ничего не произносит. Его губы обрушиваются на мои. Кайден снова двигается с места, перемещая руки мне на талию. Его пальцы оставляют за собой пылающий след. Он опускает нас на кровать, затем садится, скидывая на пол сумку Сета. Его тело накрывает мое, наши губы вновь воссоединяются, словно испуская электрический разряд. Когда язык Кайдена проникает ко мне в рот, я сжимаю пальцами его волосы и придвигаю его лицо еще ближе. Я хочу его полностью, без остатка.
— Келли, — стонет он. Его руки перемещаются мне на живот, ласкают кожу, отчего поток жара опускается вниз, между ног.
Спина выгибается к нему, пока я наслаждаюсь, ощущая движения его языка. Если бы я могла загадать одно желание, то пожелала бы постоянно испытывать это чувство ‒ когда абсолютно и блаженно растворяешься в ком-то. Нет, не просто в ком-то. В Кайдене. Я обвиваю ноги вокруг него, открываюсь ему, ощущаю его тяжесть на себе. Кайден опирается на одну руку, а второй поднимает подол моего платья до уровня лифчика. На долю секунды тревога сковывает все внутри, но я напоминаю себе, что это Кайден. Он никогда меня не обидит. Он будет меня защищать, чего бы ему это ни стоило.
Застонав, откидываю голову назад, когда Кайден прижимает свои бедра ко мне. Он делает это снова и снова, наши тела сталкиваются, соединяются. В каждом движении ‒ неиссякаемая страсть, и я забываю, где нахожусь. Для меня существует только данное мгновение, все остальные моменты моей жизни мертвы. Мои ногти впиваются ему в лопатки, когда чувствую, будто поднимаюсь к звездам за окном, а секунды спустя падаю обратно на землю. Часто дыша, расслабляю руки, в то время как Кайден замирает.
Затем он садится, схватив мою руку. Встав с кровати, приподнимает меня, чтобы я села на край, и становится передо мной. Тянется к юбке, и одним ловким движением стягивает с меня платье. Сердце подпрыгивает в груди, когда Кайден расстегивает застежку моего бюстгальтера, после чего тот спадает с моих плеч. Я вновь начинаю задыхаться, но шепчу своему сердцу успокоиться, и тянусь к его футболке. Дыхание Кайдена становится шатким, когда я провожу ладонями по его груди, потом поднимаюсь на ноги и снимаю с него футболку. Моя рука лежит над его сердцем, которое бьется неровно под моей ладонью.
С трудом сглатываю, глядя на все еще заживающий шрам у него на боку, обвожу его пальцем. Глаза обжигают слезы, пока я думаю о том, как этот шрам тут оказался, что пережил Кайден, что он переживает сейчас
— Келли… — говорит Кайден, приподнимая мой подбородок, чтобы я посмотрела на него. Он опускает руку, обхватывает пальцами мое запястье. Подносит кисть к своим губам и целует мою ладонь; я вздрагиваю, когда его дыхание невесомо касается моей кожи. — Я в порядке.
Нет, ты не в порядке, – хочу ему возразить. Твой отец ударил тебя ножом, и вся тяжесть ситуации пала на твои плечи. Ты не можешь быть в порядке.
Кайден отпускает мою руку, хватает ворот своей футболки, стягивает ее и бросает на пол рядом с моим платьем и лифчиком. Его волосы взъерошены, губы покраснели от неистовых поцелуев. Мой взгляд перемещается с лица Кайдена обратно на шрамы. Некоторые из них маленькие, некоторые ‒ нет. Самый протяженный пролегает вдоль его груди, и кажется грубым на вид.
— Упал на грабли, когда отец меня ударил, — поясняет Кайден будничным тоном, словно это пустяки. Словно это просто случилось, и он уже обо всем забыл.
Мне хочется плакать. Я провожу пальцем по шраму, ощущая неровности, и представляю, насколько больно ему было.
— Кайден, я…
Его губы заставляют меня умолкнуть, он падает на меня, и мы снова лежим на кровати. Кайден отстраняется после того, как его язык исследует каждый миллиметр моего рта.
— Я знаю, ты хочешь, чтобы я поговорил с тобой об этом… и я поговорю… но сейчас мне нужно другое. — Он проводит пальцем по моей щеке, отчего мои веки смыкаются. — Я хочу только тебя, хотя бы на мгновение.
Его прикосновение доводит мое тело до безумия. Я не знала, что такое вообще возможно. Киваю, желая принадлежать ему хотя бы на мгновение. Он едва заметно улыбается, целуя меня в щеку, после чего поднимается, снимает джинсы и боксеры, стягивает с меня трусики. Прежде чем откинуть джинсы в сторону, Кайден достает из бумажника презерватив, а затем замирает надо мной, положив руки по сторонам от моей головы, глядя мне в глаза.