Страница 41 из 77
— Ложись со мной, Мэгги, — промурлыкал он. О, он чертовски грязно играл, используя свое сексуальное мастерство, чтобы я перестала задавать вопросы. Ну, он не одурачил меня ни на минуту. Я закатила глаза, но легла рядом с ним. Я была такой слабой.
— Не думай, что я не вижу твою тактику, мистер Рид, — сказала я, когда он поцеловал меня в макушку. — Я настолько прозрачен, да? Извини меня за то, что не могу думать о чем-то, кроме того, чтобы снять с тебя эту блузку, — сказал он хрипло, играя с кромкой. Я шлепнула его по руке. — Остановись, — хихикнула я, когда его пальцы забрались мне под блузку.
Я игриво толкнула его в руку и заметила, как он вздрогнул. Клэй быстро скрыл свои эмоции, но я успела увидеть их. — Ты в порядке? — спросила я, садясь. Присмотревшись к нему, я заметила, что он немного бледнее, чем обычно, и в его глазах определенно было напряжение. — Я в порядке, — сказал он, беззаботно потянувшись ко мне.
И тогда я заметила красное пятно на внутренней стороне его рукава. — Что это? — спросила я, трогая пятно кончиком пальца. Оно было влажное. Клэй посмотрел на рукав и убрал руку.
— Эмм, ничего. Может быть, краска или еще что. — Он отодвинулся на другую сторону кровати. Краска?! Я так не думаю. — Не очень похоже на краску, — заявила я, пытаясь притянуть его руку обратно, чтобы я смогла разглядеть получше. Клэй нахмурился и снова дернул свою руку обратно, на этот раз грубее. — Что происходит? Испанская Инквизиция? Я же сказал, что в порядке. Ты знаешь, у меня куча домашней работы, почему бы нам не увидеться утром? — он сел за стол и вытащил свой учебник по математике, эффектно заканчивая наш разговор.
Я забрала у него книгу, и он посмотрел на меня с явной злостью на лице. — Какого черта? У меня куча дел, почему бы тебе не пойти домой? — Я покачала головой. Он не прогонит меня своей злостью. — Нечего не поделать, Клэй. Ты расскажешь мне, что ты скрываешь, и сделаешь ты это прямо сейчас. — Мой тон был жестким. Я видела, что это только еще больше злит Клэя.
— Я ничего не скрываю. Не будь смешной! — непочтительно сказал он, стараясь забрать назад свой учебник. Я заметила небольшое движение в тусклом свете. Приглядевшись, я увидела капли крови, капающие с его правой руки.
Я ахнула. — Ты, черт возьми, кровоточишь! Посмотри на меня! — До того, как он успел отреагировать, я наклонила его настольную лампу и смогла дернуть вверх рукав его рубашки. Я была в ужасе, увидев устойчивый поток крови, капающий с его руки.
— Ничего страшного, Мэгги. — Он попытался натянуть рукав назад, и я узнала панику в его голосе. — Это море крови, Клэй. Я должна посмотреть. Возможно, тебе даже надо в больницу. — Я стала расстегивать пуговицы на его рубашке и стягивать ее с него, ударяя его в процессе.
Я не могла контролировать свой взгляд, полный ужаса, когда увидела очень глубокие и точные порезы на верхней части его правой руки. — О Боже! — вздохнула я. Схватив несколько бумажных салфеток, я приложила их к ранам. Быстро выйдя из состояния кризиса, я пошла по коридору в ванную, где схватила марлю, спирт и бинты, и снова вернулась в комнату Клэя.
Он не двигался. Сидел как вкопанный. Кровь стала идти сильнее. — Черт, Клэй, это выглядит очень плохо. Возможно, тебе нужно накладывать швы. Я должна пойти к Руби, — сказала я и двинулась в сторону двери. — Нет, Мэгги. Не зови ее, пожалуйста, — умолял он меня. Я повернулась к нему. — Ты должен встретиться с доктором. Серьезно. — Клэй поднял марлю и прижал ее к порезам. Затем, используя бинты, он закрепил марлю на руке.
— Все будет хорошо. Кровь, в конце концов, остановится, — сказал он, словно сталкивался с таким и раньше. Я почувствовала боль в животе. — Ты сам сделал это с собой, правда? — Клэй ничего не сказал. Он даже не смотрел на меня. Я повысила голос. — Ответь мне, черт возьми! Ты сделал это?! — Клэй вздрогнул. — Тише, — он обошел меня и закрыл дверь.
— Чем ты пользовался, Клэй? — мой голос стал холодным. Клэй вздохнул со смирением. Он открыл крышку деревянной коробки, стоящей на столе, и вытащил бритву. Я увидела его кровь на лезвии и вздрогнула от отвращения. Забрав у него лезвие, я открыла окно и выбросила его. Я была так зла, расстроена и напугана. Как он мог с собой такое сделать?
Клэй выглядел на удивление спокойным, будто я одна переживала об этом. Я подошла к нему, положив пальцы на кожу на его груди. Он резко вдохнул сквозь зубы, когда я прикоснулась к шрамам, пересекающим его кожу. На раны, которые он наносил себе, было трудно смотреть.
— Почему ты делаешь это? Я думала, ты принимаешь лекарства, — прошептала я, отходя от него. Клэй закрыл глаза. — До сих пор больно, Мэгс. Все время. Даже с лекарствами. Ты знаешь, это не волшебное исцеление, — сказал он, резко открывая глаза. — Это пугает, Клэй. Я не знаю, что нужно делать. — Я была в полной растерянности. Было нечто большее в этом, нежели просто боль. В этом было что-то действительно эгоистичное.
Я думала, что он был счастлив. Думала, что делаю его счастливым. Но было очевидно, что меня было недостаточно, чтобы помочь ему. И это разбило мне сердце.
— Тебе нужна помощь, — сказала я, чувствуя себя очень усталой. Смех Клэйтона в ответ был горьким. — Быть там, делать, что говорят и в итоге получить сертификат о выздоровлении. — Клэй грубо натянул рубашку назад. Его пальцы дрожали, когда он застегивал пуговицы.
— Ну, ты должен что-то сделать. Руби и Лиса знают, что ты снова это делаешь? — спросила я его. Лицо Клэя стало темным. — Нет, и не смей им говорить об этом, — угроза ясно слышалась в его голосе. Я выпрямилась. — Не используй со мной этот тон, Клэй. Я всего лишь переживаю о тебе. Может, им лучше узнать об этом? — Клэй покачал головой. — Они ничего не смогут сделать, — пробормотал он, с все той же больной грустью в голосе.
Он звучал так беспомощно. Так крайне разрушительно. Как я могла подумать, что помогу ему? Что я смогу сделать это сама? Его проблемы, то, в чем он нуждается, были за гранью того, что я могла сделать. — Я не могу справиться с этим сама. Я не знаю, что сделать или что сказать. Я не могу помочь тебе, если ты сам не хочешь себе помочь, — сказала я сухо.
Клэй с секунду смотрел на меня, затем пересек комнату и подошел ко мне. — Вот здесь ты не права. Ты спасаешь меня каждый день. Ты единственная, кто делает меня счастливым. Ты единственная, кто мне нужен, — его слова были такими страстными, и я почувствовала, как меня тянет вдоль его убеждений. — Но ты все еще режешь себя, — ответила я, борясь с туманом Клэя, который угрожал затмить мой лучший аргумент.
— Это было всего лишь один раз. Клянусь. Я был расстроен тем, что случилось с твоими родителями. Что я не тот парень, каким мне следует быть. У меня была депрессия. Но сейчас, когда ты здесь, я в порядке. Мы в порядке. Я обещаю, — снова эти слова. «Я обещаю».
Те же самые слова я сказала маме, уверяя ее, что буду в порядке. Что у нас с Клэем все в порядке. Какая ужасная ложь.
И сейчас Клэй говорит мне те же самые слова. Он тоже лгал? Какая польза в этих словах, когда они так часто не содержат в себе правды?
Я знала, что не должна была этого допустить. Клэй был болен. Ему нужно с кем-нибудь обсудить это. Руби должна знать, через что он проходит. Но вместо того, чтобы поступить правильно, я позволила ему обнять себя. Его дыхание дразнило мои губы, когда он наклонился ко мне. Я так сильно любила его. Но было ли этого достаточно? — Я люблю тебя, Мэгги. Ты все, что мне нужно, — пробормотал он, захватывая мои губы своими, и я забыла обо всем остальном. Глупая, глупая девочка.
ГЛАВА 14
Полторы недели, предшествовавшие каникулам на День Благодарения, я провела, застряв в странном балансировании. Я продолжала проводить все свое свободное время с Клэем, который неоднократно заставлял меня лгать родителям о том, что я делала и с кем я это делала. Они продолжали очень ясно выражать свою неприязнь к Клэю и, что бы я ни говорила, это не могла изменить ситуацию.