Страница 39 из 77
Мой отец передвинул коробки с «Lo Mein»[21] и кисло-сладким цыпленком, освобождая место для моей тарелки. — Как пошел сегодняшний день в школе? — доброжелательно спросил папа. Я посмотрела на маму, но она смотрела на свой телефон, проверяя почту.
— Хорошо. Я получила 5 с минусом по английской литературе за свой проект, — рассказала я, пытаясь ослабить напряжение в комнате. Мой отец погладил меня по руке. — Замечательно, Мэгги. Ты взяла от своего отца все: и ум, и красоту… — Я ничего не могла с собой поделать и улыбнулась папиному комплименту, но это заставило меня чувствовать себя еще хуже из-за своей лжи. Мама оторвалась от телефона. — Да, но книжный ум не заменяет здравый смысл, не так ли? Правильно принятое решение имеет важное значение, правильно, Мэгги? — многозначительно спросила она.
Великолепно. Мне предстояло страдать от разговора, перегруженного двойными значениями, и надеяться, что папа ничего не поймает. Я только кивнула и набила свой рот куском цыпленка. Папа наложил побольше лапши на свою тарелку и попытался забрать вонтон с маминой. Она отодвинула их от него и улыбнулась. Мама никогда долго не могла сердиться на моего отца. Они были такими милыми.
— Хорошая попытка, Мартин, — сказала она. Папа рассмеялся и вернулся к своей еде. Некоторое время мы ели в тишине. Это было неловко, но все лучше, чем фальшивая милая беседа. Наконец, папа спросил меня:
— У тебя уже есть какие-нибудь заманчивые планы на выходные в честь Дня Благодарения? Ты с командой планируешь сделать что-нибудь эпичное? — Я подавилась рисом. — Заманчивые планы? Команда? Эпичное? Ты снова читал городской словарь, пап? Опять старался войти в контакт с молодежью? — поддразнила я. Папа усмехнулся. — Эй, я моднявый. Я такой же, как и вы, молодежь. — Он попытался сделать поистине ужасные хип-хоп движения руками. У меня началась истерика. — Достаточно! Я не могу больше смотреть на это!
Папа выглядел довольным тем, что прорвался через невыносимое напряжение между нами. Даже мама смеялась. Все немного расслабились, и я абстрактно ответила на папин вопрос. Я знала, что никогда не смогу сказать им, что мы все планируем поехать в домик Клэя с ночевкой. Поэтому мне быстро пришлось придумать историю, которая прикрыла бы мои следы. Что-то такое, что они никогда не поставят под сомнение.
— Ну, Рэйчел пригласила меня переночевать у неё в ночь на субботу. Она хочет устроить своеобразный девичник только между нами, девочками. Ну, вы знаете, сделать педикюр, посмотреть новый фильм с Брэдом Питом... В последнее время мы мало времени проводили вместе… — Папа проглотил еду и кивнул. — Звучит весело. Могу я тоже прийти? Мне бы не помешал новый слой лака на пальцах ног. — Я лишь покачала головой и улыбнулась ему. Мама оставалась тихой. До этого момента. — Я не часто видела Рэйчел и Дэниела в последнее время. Ты так много времени проводишь с Клэем. Я скучаю по тем временам, когда могла видеть их у нас. — О, черт, началось. Папа выглядел задумчивым, а это не хороший знак. — Это правда, Мэгги. Ты уже довольно давно не гуляла ни с кем из своих друзей. Знаешь, это не очень хорошо, проводить все свое свободное время с Клэем. Нет ничего крутого в том, чтобы так себя изолировать, — прокомментировал папа.
Я почувствовала, как у меня начало подниматься давление, и я сразу же стала оборонительной. — Я вижу их каждый день, пап! К тому же мы с Клэем не изолировали себя, мы общаемся с ребятами. Господи! — Мой голос был довольно громким, и я увидела удивленное выражение на лице моего отца. Но защищая наши с Клеем отношения, я быстро устала.
— Мы всего лишь переживаем, сладкая, — мягко сказал папа. Я подняла руки в воздух. — Ради Бога, о чем вы переживаете? Мои оценки по-прежнему хорошие, я еще ни разу не нарушала комендантский час. Не думаю, что я такой уж плохой ребенок. — Я смотрела прямо на маму, когда отважно произносила свою речь, ожидая, что она начнет опровергать мои слова. Она нахмурилась. — Никто не говорит, что ты - плохой ребенок, Мэгги. Успокойся. — Есть что-то в слове «успокойся», но сейчас оно возымело обратный эффект. Моя злость усилилась еще сильнее. — Черт, это так нелепо, — пробормотала я, опуская свою вилку.
— Вот именно об этом мы и говорим! Ты совершенно иррациональна, когда дело касается этого парня. Ты полностью фокусируешься на нем и гораздо меньше на других аспектах своей жизни, — рявкнула мама, заставляя тем самым меня встать на ноги. — Ты понятия не имеешь, о чем говоришь! Я люблю его! Нам хорошо вместе.
Лицо моего отца приняло смешной оттенок фиолетового. — Любишь его? Тебе семнадцать! Ты еще не знаешь, что такое любовь! — Великолепно, теперь мой отец стал безумным. Я сделала еще хуже. Мама положила руку на плечо отца. — Это не любовь, Мэгги Мэй, а одержимость. И это совсем не хорошо. Вы усердно выстраиваете отношения в старшей школе, которые, скорее всего, не продляться дольше нескольких месяцев. Не будь такой незрелой, — сказала мама, причиняя мне боль. Вау, она бьет в самую суть. Я никогда не слышала, чтобы она была такой суровой.
— Спасибо, мам. Ты заставляешь меня чувствовать себя маленькой и пушистой, — ответила я, скрестив руки на груди. Мама положила руки на колени и подняла взгляд на меня. — Думаю, ты должна сделать пару шагов назад от этого парня. Тебе нужно реально смотреть на то, что он делает для тебя, и как это влияет на твои отношения с другими. Не думаю, что сейчас это влияние плодотворное.
Самое забавное в родительском неодобрении то, что оно заставляет меня хотеть быть с Клэем еще больше. Мои родители были поистине глупыми, когда дело касалось подростковой психологии. Мне надо выбираться отсюда. Я выбежала с кухни, выбирая кратчайший путь к моему кошельку, который висел рядом с дверью. Мама следовала за мной по пятам. — Куда, думаешь, ты собираешься? — спросила она. Гнев исчез из ее глаз, и сейчас она выглядела обеспокоенной.
Я немного смягчилась и обернулась, чтобы быстро обнять ее. — Знаю, вы с папой любите меня, и хотите для меня лучшего. Но наступает момент, когда вы должны начать доверять моему мнению. — Мама потерла виски, словно из-за меня у нее мигрень.
— Я всегда доверяла твоему мнению, Мэгги. До этого момента. Он изменил тебя. Я чувствую, будто ты отстраняешься от всего, кроме Клэя. Меня пугает, что я вижу от тебя такую сильную самоотдачу. — Я потянулась и снова обняла маму. Она держала меня, поглаживая мои волосы.
Я ничего не произнесла, просто позволяя ей держать меня так, как она всегда делала. Через мгновение, я освободилась из ее объятий. — Пожалуйста, не переживай обо мне. Клянусь, я в порядке. Ты не можешь во всем винить Клэя. Сейчас он довольно важная часть моей жизни. Я хочу, чтобы вы оба приняли это. Ты же раньше принимала это, — напомнила я ей. — Но это было до того, как я поняла, как старательно ты нарушаешь наши правила ради него.
— Ты не думаешь, что слишком сильно реагируешь на ситуацию? — спросила я, надеясь на ее рассудительность. Мама покачала головой. — Я пытаюсь смириться с твоими отношениями. Знаю, твой папа был недоволен ими, я же хочу быть на вашей стороне. Но я знаю, что происходило наверху до того, как мы пришли домой. Я же не глупая. — Я покраснела в смущении, и мама внимательно посмотрела на меня.
— Папа сказал тебе, что Клэй не должен подниматься наверх. Раньше ты всегда уважала нас и наши правила. Но сейчас... все изменилось. Ты пропускаешь семейные ужины, игнорируешь друзей, пренебрегаешь словами отца, ведь именно он просил тебя не пускать Клэйтона в твою комнату, когда нас нет дома. Все выходит из-под контроля, и я лишь хочу, чтобы ты понимала, во что прыгаешь. — Я ненавидела моменты, когда на глаза моей мамы наворачивались слезы, но сейчас я не могла дать ей уверенности, которую она хотела.
— Пожалуйста, мам. Просто верь мне. Попробуй применить ко мне презумпцию невиновности, которая всегда была у тебя, — умоляла я. Мама вздохнула и заправила прядь волос мне за ухо, как всегда делала, когда я была маленькой. — Я постараюсь. Ради тебя. Просто не принимай поспешных решений, которые могут повлиять на всю оставшуюся жизнь. Подростковая беременность - это очень реальная вещь. — Я съежилась. — Мам, серьезно. Мы можем не говорить об этом сейчас? — Мама послала мне свое лучшее серьезное выражение лица. — Мэгги Мэй Янг, я знаю, что подростки занимаются сексом. Я видела вас с Клэйтоном. Поверь мне, я узнаю сексуальную химию, когда вижу ее. У нас с твоим отцом тоже была сильная химия, когда мы впервые встретились. — Я издала рвотный звук. — Фу, мам. Ты пытаешься убить меня прямо здесь и прямо сейчас?