Дар Королевы

- Видишь эти камешки? - спросила я, начиная издалека.

- Да, они точно такие же, как в королевском кулоне, - сразу заметил Олег.

- Это усилители.

- Тогда почему об этом никто не знает?

- Кто надо знает, - пожала я плечами, - для вас это обыкновенные безделушки. Тебе от них ни холодно, ни жарко.

- То есть, это только твое преимущество? - уточнил Олег, убирая мою руку, чтобы получше рассмотреть камень.

- Да, и весьма солидное, надо сказать, - похвасталась я. - Только, я надеюсь, никто не узнает о нашем разговоре?

- Конечно, - улыбнулся он и легко коснулся моей руки губами. - Только между нами, принцесса!

XXIII

Я сидела на стуле и равнодушно смотрела в одну точку, пытаясь собрать все мысли в одну, но дельную. Сегодня вечером я должна идти в Рейхард на “слет товарищей революционеров”, как я его обзывала с легкой руки Анжелы. От меня требовалось не очень много, просто надо сказать что-нибудь воодушевляющее, красивое, и чтобы всем срочно захотелось идти за мной, сквозь горы и океаны. Но я не имела даже малейшего понятия, что говорить.

Меня отвлек стук в дверь. Я не успела ничего ответить, как незваный гость вошел. Надо все-таки приучить себя дверь закрывать, а то сижу, ноги на стол закинула, голыми коленками сверкаю. Но когда я увидела, кто пришел, я забыла обо всем. Передо мной стоял Юрка.

Правильнее было бы наорать, что я не разрешала заходить, но в сердце теплело, а на лицо лезла дурацкая улыбка. Только бы он не порадовал меня как в прошлый раз.

- Привет! - беззаботно поздоровался он.

- Привет, - осторожно кивнула я. Интересно, мне снимать ноги со стола или не стоит устраивать еще большой стриптиз? - Какими судьбами?

- Ты сейчас не занята? - спросил Юрка, проходя внутрь.

- До вечера я совершенно свободна, - ответила я, - а потом меня заберут в Рейхард. Но, если честно, я сейчас думаю над одним вопросом.

- Может, тебе помочь? - предложил он, без спроса усаживаясь на кровать.

Игорь, который Юру не жаловал, намекнул:

- Молодой человек, принцесса сейчас занята. Шли бы вы отсюда.

- А может, я буду разговаривать с самой принцессой? - спросил мой друг детства, отворачиваясь от наглой птицы. - Мне уйти? - он уже говорил со мной, полностью игнорируя моего “домашнего питомца”.

- Не стоит, - покачала головой я, отчего Игорь как будто бы начал наливаться краской. - Кстати, Игорь, если не трудно, полетай где-нибудь.

- Как прикажете! - каркнул он и вылетел из комнаты.

- Ты сюда с какой-то конкретной целью пришел? - уточнила я из вежливости, но точно знала, что окажись это так, Юра бы сразу перешел к делу.

- Если честно, просто так, - он, казалось, даже смущался этим фактом. - У меня сейчас появилось очень много свободного времени.

- Не жалеешь? - я отвернулась, а потом плюнула на все правила приличия и спустила ноги на пол. Ничего, посмотрит. Молча подошла к окну и стала ждать его ответа.

От всего этого мне было не по себе. Но за спиной раздалось только холодное:

- Нет, - отрезал и сменил тему: - Лучше давай я тебе помогу. Ты же размышляла над чем-то?

- Как тебе сказать, - пожала я плечами, глядя на стекло, которое отражало призрак красивой беловолосой девушки, а как будто пересекая его виднелись грустные, чуть припорошенные снегом деревья. - Мне сегодня надо перед народом выступить. Я даже не знаю, что сказать.

- До этого ты справлялась, а тебя и не предупреждали, - напомнил Юра. Мда, что те, кто сплетничают обо мне, знают все намного лучше, чем я сама.

- Лучше бы не предупреждали, - фыркнула я, вспоминая все. - Глядишь, на месте бы сообразила. А сейчас приду туда и растеряюсь.

- Ну, - задумался Юра, пытаясь что-то припомнить, - скажи им что-нибудь, что у нас во время революции кричали.

- Ты же знаешь, как я люблю историю, - я поморщилась, развернула стул и села боком.

Почему-то я не могла стоять или сидеть на одном месте, особенно под его взглядом. Было что-то такое, что заставляло ходить, двигаться, суетиться… Шило в одном месте, кажется.

- Что они там кричали? - я закинула правый локоть на спинку, положила ногу на ногу. Но, стараясь придать своим движениям раскованность, на самом деле находилась в напряжении. Казалось, что я пытаюсь показать, что я здесь хозяйка, но не понимаю этого сама, сдерживая в себе дрожь.

- “Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить”, - на автомате начал перечислять Юра, - “Землю - крестьянам, фабрики - рабочим”, “Вся власть советам”, “Пойдемте дорогой коммунизма в светлое будущее”! Или как-то так.

- Очень смешно, - фыркнула я, пытаясь перестроить хоть один из них для своей речи, - особенно насчет первого. На Ленина я в этой ситуации не похожа. Больше на кого-то из дочек Николая второго. Кстати, их тоже было трое, и один сын.

- Во-первых, он был младшим, и никто его право на престол не оспаривал. Кроме революционеров, конечно. А во-вторых, даже ты должна помнить, что такого в нашей истории не было. Их все-таки всех убили!

- Ну, значит, Колчак, - вспомнила я еще одного исторического персонажа. - Что кричали белые?

- Если честно, не помню, - пожал плечами Юра, напрягая память, - помню, что их тоже убили.

- Спасибо, обнадежил! - не выдержала я, подскакивая.

Комната оказалась неожиданно маленькой, когда я стала ходить по кругу. Особенно мешался стул на середине.

- Миранда, ну, извини, пожалуйста, - неуверенно протянул он.

Я остановилась, почувствовала, будто бы покрываюсь корочкой льда. Он назвал меня этим именем так легко, что мне вдруг стало страшно. Мирослав говорил со мной напыщенно, специально делая акцент на имени. Ария так и называла Снежинкой, не слишком заморачиваясь произошедшими переменами. Богдан предпочитал обходиться без имени. Олег стал насмешливо называть принцессой.

Только сейчас я поняла, что скоро это чужое имя прирастет ко мне, скрыв за собой мое настоящее. Как и лицо, характер, статус, жизнь… у меня останутся только мои глаза.

- Что-то произошло?

Я не заметила, как он оказался рядом со мной и взял за руку. Непривычно холодное прикосновение, и внутри у меня тоже непривычно холодно. Все не так, как прежде, что-то изменилось между нами. Или в нас. Во мне. Или в нем? Я каким-то растерянным взглядом смотрела на моего старого друга, который так легко принял во мне Миранду. Вот только не могла я понять, хорошо это или плохо.

- Нет, все в порядке, - я покачала головой. - Спасибо, что помог.

- Я же ничего не сделал, - он потянул мою руку к себе, но я легко высвободилась. Он не держал.

- Зато я теперь знаю, что говорить, - я постаралась улыбнуться.

Тело уже откровенно бил озноб, хотя в комнате было тепло. Его глаза такие глубокие, такие насыщенные, такие родные и такие чужие. Мне хотелось поцеловать его, прижаться к нему, но одновременно с этим я боялась своих желаний. Так долго находиться вдалеке и вдруг оказаться рядом. Что может принести все это?

Я закрыла глаза, потянулась. Юра нагнулся ко мне, собираясь коснуться губ. Я ощутила его дыхание, а потом он неожиданно отстранился, чмокнул в лоб и обнял за плечи.

- Ты вся дрожишь.

- Ты холодный, - не задумываясь, шепотом ответила я.

Он не нашелся, что ответить. Так и стояли молча. Я заглядывала в его глаза просительно, умоляюще. Хотелось расплакаться, но я не могла выжать из себя ни слезинки. Юра, Юрочка, я не понимаю, что происходит! Ты сам пришел ко мне, сам захотел поговорить, так почему же смотришь равнодушно? Обними меня, как раньше, тепло, накричи, в конце концов, чтоб в жар от злости бросило.

- Имя, - не выдержала я гнетущей тишины, сдалась первая.

- Непривычно, правда? - без эмоций ответил он, высказал факт. - Но ты сама его выбрала, тебе надо привыкать.

- Знаю.

Юра коснулся моего виска, убрал прядку на ухо. Пальцы холодные словно ледяные, и меня знобит. Надо попросить у Арии обогреватель.

А потом наклонился, губы к губам, сдержанные, жесткие, сухие. Я отпрянула: