Страница 12 из 16
В следствии того, что у участников программы отсутствовало интегрированное нейро-оборудование, они были неспособны использовать стандартные тренировочные капсулы. Руководство каким-то образом умудрилось привлечь к обучению нескольких представителей одного из отсталых миров глубокого фронтира. Они взяли на себя обязанности наставников по физической подготовке, обучая нас рукопашному бою и обращению с холодным оружием. С современными системами вооружения Союза мы знакомились на занятиях отставного сержанта планетарной пехоты. "Не такого уж и серьёзного специалиста в данной области", – как он сам любил повторять. Видимо это было связано с тем, что центральные миры уже несколько столетий не ведут реальных боевых действий. Ну а некоторый круг задач, который всё же предполагает силовой метод решения проблемы, ложиться на плечи немногочисленных спецподразделений, оснащаемых передовыми техническими разработками. О них рядовые армейские специалисты не имеют практически никакого представления.
– Угу, уникальными техническими разработками, – слегка поморщившись, пробормотал безопасник, заставив меня в очередной раз прервать чересчур подробное повествование. Видимо ему уже приходилось сталкиваться с подобными устройствами. Чувство лёгкой досады и соответствующая мимика, что он не счёл нужным скрывать, как нельзя лучше об этом свидетельствовали.
– Основное обучение смогли взять на себя отец и его единомышленники. Благодаря связям некоторых идеологов удалось, по весьма привлекательным ценам, достать далеко не новое, но всё ещё работоспособное военное оборудование. Для доставки экспедиции наняли небольшой армейский транспорт с соответствующим сопровождением. Если в общих чертах, вот в целом-то и вся суть проекта, – заканчивая монолог и ожидая дальнейших вопросов, поднимаю взгляд на представителя федерации.
– Чем занимался ваш отец до начала проекта? – не заставил себя ждать господин Саер.
– Он был руководителем одной из научных лабораторий корпорации НейроГлобИндастриз. Специальности: психология, прикладная социология, нейрохирургия, интегрально-автономные нейроструктуры… Там весьма значительный перечень полученных сертификатов. Если необходимо, полный профиль отца есть на моём коммуникаторе, – видя заинтересованность безопасника, отправляю на его нейроимплант необходимый пакет данных. Иревер же делает вид, что подобной информации у него ещё нет. Лично я в этом сильно сомневаюсь. Возможно, он не счёл нужным, либо просто не успел с ней ознакомиться.
– Благодарю. Кем являлись остальные руководители проекта, и как он финансировался? – прозвучал следующий вопрос.
– За исключением вышеперечисленных специалистов, основное руководящее ядро эксперимента составляли коллеги отца. Раньше они вместе работали в одной из лабораторий НейроГлоба. Финансирование осуществлялось исключительно за счёт личных средств участников. Насколько мне известно, руководство корпорации не заинтересовалось данным проектом. Могу предоставить полный список наставников, – в ответ на лёгкий кивок сиурца пересылаю очередной информпакет.
– Ожидалась ли от проекта коммерческая отдача или он являлся исключительно научным?
– Несмотря на то, что большая часть руководителей была энтузиастами от науки, насколько мне известно, прибыль планировалось получать как от открытия элитных образовательных учреждений, так и от продажи самой методики. Как известно, при современном уровне медицины и биопластики основным активом разумного стал его ментальный потенциал. Следовательно, подобные услуги должны были стать весьма востребованы в мирах с соответствующим уровнем развития, – именно так в своё время описывал ситуацию отец.
– Что вы можете сказать о результатах проекта?
– На данный момент он находился в финальной стадии. По результатам предварительного тестирования, средний уровень интеллектуального развития участников достиг 165 единиц. Семьдесят пят процентов из проходящих программу обучения смогли на том или ином уровне раскрыть свой псионический потенциал. Да и физическое состояние подростков было значительно выше среднего по Содружеству. И это при том, что мы не использовали современное медицинское оборудование. Насколько мне известно, с последним транспортом был отправлен отчёт о результатах программы, а так же убыл один из руководителей проекта. Думаю, эксперимент был признан полностью успешным и отец постепенно стал готовиться к реализации его коммерческой составляющей.
– Кто улетел с последним транспортным кораблём? – продолжает Саер задавать вопросы.
– Мейлор ди Тар технический специалист проекта, один из идеологов программы, хороший друг отца. Насколько мне известно, именно он отвечал за поставку оборудования, являясь одним из наставников по техническому направлению. В финальной стадии эксперимента его отсутствие посчитали не критичным.
– Были ли у вашего отца враги, либо недоброжелатели в метрополии? – удовлетворившись ответом, Иревер меняет тему.
– Об этом мне ничего не известно. На момент отлёта из системы Анайо я лишь недавно отметил десятый цикл и ещё не интересовался подобными вещами. Насколько помню, при мне у отца ни с кем конфликтов не было, – недоуменно пожимаю плечами.
– Возможно, были трения с кем-то из участников программы, например с господином ди Таром?
– Нет. Не было ничего подобного, конечно, случались мелкие бытовые ссоры, но в серьёзные конфликты это не перерастало. Вы считаете, пиратов мог привести кто-то из участников проекта? Бред! – искренне возмущаюсь, не допускаю даже мысли о чём-то подобном.
– Пока я ничего не утверждаю, а лишь рассматриваю все возможные версии. Нападение пиратов на незарегистрированное поселение учёных центральных миров, да ещё и в непосредственной близости от баз нашего военно-космического флота. Всё это с учётом нетривиальности задачи его обнаружения, если даже мы в течении столь длительного времени ничего не подозревали, явно не случайно. Вам так не кажется? – невозмутимо продолжает господин Саер.
– Не знаю! Видите ли, в программе моего обучения отсутствовала тактика действий пиратских соединений. Но и поверить в то, что кто-то из своих может оказаться причастен к нападению бандитов, не могу. Просто не вижу причин для подобной агрессии, у нашего поселения не было ничего ценного. Не считать же таковым некоторое количество устаревшего, армейского имущества, да и выкуп получить за кого-либо из участников вряд ли бы вышло. Практически все свободные средства давно вложены в сам проект, – немного вспылил, не желая соглашаться с подобной версией.
– Ну, тут я могу пояснить тебе некоторые моменты. Во-первых, сами участники программы являются весьма ценным товаром. Знаешь ли, в некоторых периферийных политических образованиях, таких например как империя Афеор, есть рабство, да и глубокий фронтир далеко не образец законности. Если ещё учесть ментальный потенциал похищенных, они становятся не просто товаром, а очень ценным товаром. Во-вторых, неужели ты думаешь, что обнародование и внедрение вашей методики может привести в восторг такого гиганта, как производственное крыло упоминаемой корпорации НейроГлоб. Между прочим, выпуск и внедрение базовых нейроимплантов, во многих мирах, в том числе и в федерации, обеспечивается государственными контрактами. Это колоссальные средства. Можно привести и в третьих и в четвёртых…
Я смотрю, в вашем образовании упустили некоторые моменты, – немного ехидно прокомментировал безопасник.
– Возможно, вы правы, – бормочу, анализируя полученные сведения.
"Надо признать, изолированность колонии имела и свои негативные моменты. Взять к примеру то, что я очень слабо ориентировался в текущей политической ситуации человеческого ареала обитания. Нет, мне конечно известны такие факты, как наличие в империи Афеор рабства, но они никогда не рассматривались именно с подобной точки зрения. Да и о мирах фронтира я имею весьма отдалённые представления. У нас просто не было соответствующих специалистов, ну и конечно методика обучения только отрабатывалась.