Месть Атлантиды

Элика встретила его взгляд. Слова тут были излишни.

— Домиций, дай пройти. Уйди с дороги.

— Эл, послушай меня. — Мужчина приобнял ее напряженные плечи. — Он мне очень дорог. Он даже больше, чем друг. Не разбивай его сердце. Сделай это ради меня.

Элика презрительно улыбнулась, уже прекрасно понимая, что ожидает ее внизу.

— Ты не сделал ничего из того, что обещал. У тебя нет права просить меня об этом.

— Я был твоим другом. Разве ты можешь это отрицать?

— Лентул, я больше не рабыня, не знаю, сказал тебе об этом твой повелитель или нет. Я свободна. Ты действительно никогда ко мне плохо не относился. Пожалуй, я могу даже назвать это дружбой, и, попроси ты за себе или Керру, я бы не смогла тебе отказать. Но в остальном, ты не можешь чего-либо требовать!

— Прошу тебя. — ей еще не приходилось видеть Лентула таким потерянным. — Эл, подожди хотя бы время… Перед тем как спуститься туда…

Принцесса вырвалась из его рук, с усилием ударив по груди. Чувство злорадного превосходства и власти сейчас правило бал в ее крови. Гордо вскинув голову, расправив плечи, она хищно выпалила в его потрясенное лицо:

— Только попробуй меня остановить!

Молодой принц был точной копией, зеркальным отражением его любимой девочки.

Те же глаза, оттенка глубокого изумруда, темные волосы, смуглая кожа, аристократические черты лица. И тот же цинизм, превосходство, жестокость и непримиримость, которая с недавних пор так отчетливо проступила в характере Элики. Ее не сломала вынужденная неволя, не наградила покорностью, а только еще больше ожесточила.

Еще с раннего утра он знал об их скором визите. Удивительно, что так поздно, но все же… Гонец его матери принес эту весть рано утром. Сомнений в цели визита атлантов быть не могло. Каким-то образом правда о его участии в похищении принцессы всплыла.

Все выстроенные Эликой планы потерпели грандиозное крушение. Оставалось только догадываться, какие последствия доя его империи сулит этот визит.

Настроение Лэндала было крайне агрессивным, хоть он и мастерски это скрывал. Дипломатический зарактер миссии к этому обязывал. Во дворец они прибыли вчетвером: сам принц, советник матриарх, с которым они не так давно обсуждали условия сотрудничества, молодрй аристократ, по- видимому, жрец дипломатии, и красивая воительница. Кажется, он уде видел ее в Атланте. Тоненькая, беспечно улыбчивая и дерзкая, внешне очень милая, но Кассий сразу признал в ней опасную убийцу и хищницу. Девушка обожгла его дерзким, изучающим взглядом, как вещь на рынке. Как бесправного раба, на которого мог пасть ее выбор. Ласковая улыбка и чарующий взгляд не могли сгладить этого впечатления, но неуважение гости сейчас было не самой большой проблемой принца Кассиопеи.

— Она здесь? — с показательно скучающим видом осведомился Лэндал. Только сжатые кулаки и дрожащие губы выдавали его ненависть.

— Здесь. Она сейчас спустится.

Принц Атланты сделал едва заметный жест, заставляя свою свиту отдалиться на несколько шагов. Два взгляда — пылающий, зеленый, похожий на воды опасной океанской пучины при лучах солна, и ледяной, жесткий, невозмутимый — схлестнулись в этом молчаливом поединке. Никто не отвел его первым. Лэндал непостижимым образом, наоборот, совладал с собой.

— У нас с детства с ней была такая тесная связь… Представляешь, если она злилась на другом конце страны, или плакала, или смеялась, что было чаще всего, я это чувствовал… стоило появиться странным, необъяснимым перепадам настроения, как я понимал сразу, что это она. — ласковая, теплая улыбка тронула губы молодого принца. — А раз в бою я получил рану. Не поверишь, она в тот же миг подняла легион на уши и кинулась мне на помощь. Испытывал ли ты хоть когда-нибудь такой зов кровных уз? Говорят, его могут ощутить лишь дети Антала (близнецы). Когда она пропала, я чувствовал только ее страх, а потом рассудительность. Никто бы не поверил в то, что моя сестра жива, об этом знал только я… Ответь мне, считай это просьбой. Однажды я ощутил, как мое сердце словно обжигает каленое железо. Это произошло спустя семь круговоротов от ее потери. В этом твоя вина? Ты что-то с ней сделал?

Миг, и взгляд Лэндала захватил первенство. Кассий надрывно вздохнул, опуская глаза. Что он мог сказать в ответ? Все так и было.

— Она ощутила поцелуи моего кнута на своей коже. Мои эмоции взяли верх над моим разумом. Если бы я только мог повернуть колесо времен вспять, этого бы никогда не повторилось. Тогда мне казалось, что я поступил правильно.

— Она была для тебя на тот момент не более, чем строптивая рабыня?

Правда резала его сердце на кровавые полоски. Что он мог ответить? То, что в их первую встречу она была действительно рабыней в его понимании? Парой рук, которые следовало выкручивать и вязать, или, по настроению, заковывать в тяжелые цепи? Сосудом, в который следовало спускать свое семя, мало заботясь о ее душевном состоянии? Дерзким вызовом, который могла утихомирить лишь боль, от которой ломались самые стойкие? Судьба жестоко над ним подшутила, пронзив алой стрелой высокого чувства… Наверное, еще в их первую встречу. Когда он понял, но не признался самому себе, что никогда не сможет полюбовно обладать этой гордой и независимой девочкой. Когда искал повод подчинить ее себе и наказать — не за царапину на груди, не за публичное унижение… А именно за те чувства, что она в нем пробудила. Когда мысленно взывал к ее свободолюбивой, величественной сущности в безмолвной просьбе предоставить повод… Так безумно и настойчиво, что она его, казалось, услышала…

— Что я еще должен знать? — глухо спросил Лэндал. Его взгляд потускнел от боли за близкого человека. — Ты взял ее силой? Не говори, я это ощутил… Просто ответь, сколь далеко ты зашел в жажде своей мести? Клеймо принадлежности? Или она носит твоего ребенка? Скажи мне сразу. Мы без оружия, наша миссия не несет в себе карательных функций. Просто ответь.

— Я не ставил на ней метку. У меня рука не поднялась. Насчет второго вопроса… Я не знаю, что тебе на это ответить.

Лэндал кивнул. Кассий физически ощущал его состояние и понимал каждую эмоцию, но исправить что-либо был не в силах. Слова тоже не имели значения. То, что в последние дни Эл было хорошо в его руках, только усугубило бы полжение.

— Скажи, оно стоило того? Вся боль, что ты причинил ей? Изо дня в день я ощущал, как она, держась из последних сил, призывала меня на помощь, и был бессилен помочь ей. Но теперь… Не знаю, как сильны родственные узы, но я…

— Лэндал!!!!!

Молодой принц вздрогнул, как от удара, растеряв все свое самообладание. Элика, сбежав вниз по винтообразной лестнице, не замечая ничего вокруг, упала в его объятия. Счастливый смех принцессы наполнил тронную залу. Лэндал подхватил ее на руки, все еще не веря своему счастью.

Кассий отошел в сторону. Сердце кровоточило, отмеряя медленные секунды до беспросветного отчаяния. Тщетно он пытался поймать взгляд Элики. Осознание пришло сразу, лишая последних сил. Его больше не было в ее сердце… Да и был ли он там когда-нибудь? Сомнительно. Девушка была отчужденной. Снова закрытой от него. Вместе с радостью от воссоединения с семьей ее презрение и холодная ненависть просачивались в его кровь, лишая сомнений напрочь. Но как он мог ожидать чего-то иного?