Страница 12 из 15
Пока капсула двигалась в верхний торговый сектор, я успел прокрутить в голове ход поспешного отступления и сделал вывод — никаких серьезных ошибок вроде бы не совершил. По итогам разборки с наркоторговцами однозначно в плюсе — обзавелся целой кучей оружия и ценных вещей.
Когда створки транспортной капсулы раскрылись, доставив меня к цели, я уже определился с дальнейшими действиями — в первую очередь следовало избавиться от трофейной дури. Компания-посредник забирает одну десятую от суммы сделки — это самый простой и быстрый способ реализовать трофеи. Добравшись до знакомой конторки, подошел к скучающему за прилавком коренастому мужчине с выпученными глазами.
— Купить или продать? — пробурчал приветствие сотрудник.
— Продать! — устало кивнул я, выкладывая из баула добычу. Заодно снял с пояса пистолет «16-4» и положил рядом пушку под названием «Корза-106», собираясь узнать их стоимость.
Мужчина быстро пропустил все трофеи через аппарат, который оказался ручным сканером. Я подумал, что таким приборчиком следует обзавестись в первую очередь — для определения ценности предмета ему требовалась пара секунд. Удивившись, что у меня нет нейросети, сотрудник отправил список на коммуникатор.
Развернув окно с предложенным договором, я довольно улыбнулся — визит в логово наркоторговцев оказался успешным.
Четыре бруска тренга стоили двенадцать с половиной тысяч кредитов. Шесть брикетов спрессованного сена под названием хуш оценили всего в тысячу двести — я даже подумал, что зря тащил эту дрянь: баул теперь благоухал ароматом сгнивших водорослей. Две коробочки с горошинками ушли за пять тысяч. Листья брали за три с половиной, а коробочка с капсулами тида ушла за четырнадцать тысяч кредитов.
Игольник «Аркам-8» с двумя магазинами взяли за семьсот кредитов — сотрудник равнодушно сообщил, что оружие привязано к другому владельцу и потребуется процедура разблокировки, которая тоже стоит денег. Я решил избавиться от неудобного оружия, согласившись на предложенную цену.
Пара комбинезонов ушла за полторы тысячи, а костюм «Ручанг-Б» оказался некомплектным — его стоимость выяснить не удалось. Зато пришлось реализовать штурмовой комплекс «Корза-106» — его взяли за двадцать шесть с половиной тысяч кредитов.
Сначала я решил оставить проверенную в деле пушку, однако в найденной спецификации указывалось, что это оружие оширского производства имеет электронную метку, по которой можно без труда выследить обладателя. Как оказалось, трофей имел двойное боепитание — один ствол выпускал четырехмиллиметровые пульки, а другой мог угостить врага крошечными гранатами или дробью. Имелся интерфейс, позволяющий подключить пушку к тактическому компу — такой имелся в серьезных боевых скафах. Счастливый обладатель такой высокотехнологичной игрушки мог приобрести дополнительные модули, превратив автомат в снайперскую винтовку, крупнокалиберный пулемет для охоты на особо крупных инопланетных гадов или мелких боевых дроидов — модульная конструкция позволяла такие модификации.
Сейчас средства были нужнее, и я подумал, что пистолета «16-4», который оценили в полторы тысячи, мне пока хватит. Внимательно изучив предложенный контракт, согласился с условиями — как всегда, компания-посредник забирала десятую часть за свои услуги. В результате сделки я получал пятьдесят восемь тысяч триста кредитов.
Электронику пока продавать не стал — сначала я собирался ознакомиться с информацией на планшете. Коробочка внешнего хранилища тоже могла содержать ценные данные — однако получить к ним доступ мог только тот, у кого имелась нейросеть. Ну а коммуникационный модуль мне точно пригодится.
Правда, с выводом средств возникла проблема, но сотрудник предложил решение. Я нашел в сети отделение банка «Анцер» и открыл анонимный счет, куда и перечислил вырученные средства. Капиталисты сняли двести кредитов за эту нехитрую операцию, однако выбора не было.
Все равно собирался навестить это учреждение и установить банковский имплант, привязанный к характеристикам мозга. Конечно же после того, как получу нейросеть — теперь финансы позволяли, и я не собирался откладывать эту важную операцию.
Представительство корпорации «ТилСесар» встретило меня прохладой, ярким светом и пониженной гравитацией. В центре полукруглого зала располагались несколько прозрачных конторок, к одной из которых я и подошел.
Миниатюрная женщина с красноватым оттенком кожи дружелюбно кивнула мне, а я уже привычно улыбнулся в ответ. Фигурка в длинном, скрывающим ноги одеянии, стянутом на тонкой талии мерцающим поясом, замерла в ожидании.
— Я — Тейша, — мелодичным голосом представилась сотрудница. — Чем корпорация может вам помочь?
— Хочу установить нейросеть. «Пилот-ЗМ» или «Тактик-3», — заявил я. — Но пока еще не определился с выбором.
— В таком случае полное обследование производится бесплатно, — предложила женщина. — Наш специалист предложит решение в зависимости от ваших задач.
— Уже прошел его пару часов назад — вот моя диагностическая карта, — кивнул я, разрешив коммуникатору передачу инфопакета. — Меня интересует карьера бойца-штурмовика, а затем пилота корабля малого класса.
— Тогда «Пилот-ЗМ» будет оптимальным вариантом, — улыбнулась женщина.
— Почему?
— Эта нейросеть дает прибавку к индексу нейроактивности. После выхода на режим этот показатель будет составлять сто девяносто единиц, а возможно, даже и больше. В дальнейшем его можно будет увеличить с помощью имплантов. Допускается установка трех.
— Знаю. Но три импланта — маловато, у «Тактика-3» на один больше… — буркнул я, удивившись, что менеджер не горит желанием всучить самую дорогую сеть.
— Эта сеть не дает специализации и прироста индекса нейроактивности.
— Логично. Тогда ставим «Пилот-ЗМ»! — определился я.
— Тридцать девять с половиной тысяч кредитов, — сообщила Тейша. — Вам придется провести восемь часов в медкапсуле под наблюдением специалиста. Эта процедура включена в стоимость.
— Возьму три базы третьего ранга — «Боевые операции», «Тактика малых групп» и «Легкое ручное оружие».
— Тринадцать тысяч пятьсот кредитов, — ответила женщина.
— Так, а подарки, бонусы и прочие радости?
— Корпорация «ТилСесар» ценит каждого клиента, — заученно пробормотала Тейша. — Поэтому вам представляется скидка — двести кредитов!
— Очень приятно. Щедрость корпорации не знает границ. Да, хотел бы еще убрать это, — хмыкнул я, показав на свой лоб.
— Это бесплатно. Уладим формальности! — улыбнулась женщина.
Я изучил договор и перечислил со своего счета запрошенную сумму — пятьдесят две тысячи триста кредитов. После чего Тейша сопроводила меня в соседнее помещение, где располагались несколько саркофагов.
— Одежду и личные вещи — сюда!
Скрытая в стене ячейка открылась, и я поспешил сложить там свое имущество. Когда избавился от костюма, женщина неожиданно провела ладошкой по моей спине. Я удивленно посмотрел на ее сосредоточенное лицо и повторил жест, подумав, что это какой-то ритуал — среди одаренных встречалось и не такое. Рука не встретила никакого сопротивления, и я сообразил, что наряд Тейши — это голограмма. Моя ладонь скользнула по ее плечу, дойдя до плавной округлости бедра.
Женщина сделала шаг назад и кивнула — один из саркофагов бесшумно раскрылся, обнажив бугристое ложе, где я и разместился, закрыв глаза.
Вдохнув порцию сладковатого дыма, выпущенного агрегатом, уловил, как мое сознание медленно угасает. На мгновение ощутил чувство единения с окружающими — уловил тысячи цветных пятен, оттенки разных цветов, редкие силовые линии и нечто, нависающее черной, бурлящей тенью где-то рядом.
Придя в себя, сразу же обнаружил изменения — перед глазами висели несколько рамок с полупрозрачными значками. Я зажмурился, однако окошки не исчезли — нейросеть транслировала свой интерфейс прямо на сетчатку глаза.