Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 115 из 159

— Ты будешь в их числе, — уверенно сказал Ёри. — Ты прошел Круг трех. Вспомни слова Высшего священника: «Сильному духом все по плечу». Просто нужно время. К тому же сами с дерева падают только перезрелые и несъедобные плоды.

— Ты выучил наизусть книгу сэнсэя Ямада? — засмеялся Джек.

— Я имею в виду, что истинные ценности без труда не достаются.

— Но у Кадзуки и Акико все получается гораздо быстрее, чем у меня!

— Опять ты сравниваешь себя с другими. Не думай о них. Сосредоточься на своем развитии. — Ёри на мгновение замолчал, потирая подбородок. — Вот сегодня… Ты так нацелился опередить Кадзуки, что забыл о смысле соревнования. То же самое с техникой «Двух небес». Если будешь отвлекаться на других, снова налетишь на препятствие. Следи за тем, как гребешь сам, и достигнешь берега.

Ёри глубокомысленно кивнул и зашагал вперед. Джек внимательно посмотрел на друга. Может, Ёри и не обладал телом воина, зато мудрости в его голове было хоть отбавляй. Джек очень ценил эту дружбу. Подхватив мокрые рукава кимоно, он поспешил следом.

Проходя мимо здания со сводчатой крышей, покрытой зеленой черепицей и фигурками драконов, Джек узнал внешний двор Рёандзи,храма Умиротворенного дракона.

В прошлом году он заметил, что по ночам Акико загадочно исчезает из Нитэн ити рю. Однажды, из любопытства и отчасти от беспокойства, Джек пошел за ней — и попал в этот самый храм. Оказалось, девушка ходит к странному монаху с лопатообразными руками, больше подходящими для боя, чем для молитвы. Акико ничего толком не объясняла про свои ночные похождения и о том, почему их скрывает. В какой-то момент Джек даже подумал, что она учится на ниндзя. В конце концов Акико поведала, что ходит к монаху за духовной поддержкой после потери брата Киёси. С тех пор как они вернулись, она уже не раз пропадала по ночам — общалась с наставником.

— ХВАТАЙ ЕГО! — раздался чей-то грубый голос.

Из боковой аллеи выскочили двое, схватили Джека за руки и вырвали посох. Третий набросил ему на голову мешок. Джек не успел опомниться, как его скрутили и куда-то поволокли. Отчаянно вырываясь, он услышал крик Ёри:

— Стойте! А не то я…

— Что, малявка? — фыркнул грубый голос. — Укусишь меня за ногу?

Те двое, что держали Джека, загоготали.

— Предупреждаю, — голос Ёри задрожал, — я учусь в Нитэн ити рю.

— Не смеши меня. Карликовых самураев не бывает.

Послышалась возня. Один из нападавших громко выругался. Затрещало дерево, словно сломался посох, и глухо стукнул чей-то кулак. Ёри со стоном упал на землю. От ярости Джек забыл о страхе и остервенело задергался. Ему удалось освободить ногу и не глядя лягнуть кого-то в лицо. Раздался характерный хруст: похоже, Джек сломал похитителю нос. Следующим ударом он высвободил вторую ногу.

— Проклятый гайдзин! — зарычал похититель, плюясь кровью.

Джек старался вырваться, однако второй нападавший крепко держал его за руки. Юноша резко запрокинул голову назад в надежде выбить зубы противнику, но секундой раньше получил сильный удар в затылок.

Из глаз Джека посыпались искры, и он провалился во тьму.

17. Казнь

В ноздри ударил затхлый запах гнилой соломы. Голова гудела, шея затекла, под правым ухом наливался огромный синяк. Джек облизнул губы, и к горлу волной подкатила тошнота. Вокруг было темно. Интересно, давно он тут валяется?

Внезапно Джек понял, что похитители не сняли у него с головы мешок. Кимоно еще не высохло, так что вряд ли прошло много времени. Он попытался сбросить мешок, но руки были туго стянуты веревкой. Пошевелиться не удавалось. Джек лежал на жестком деревянном полу, крепко связанный по рукам и ногам.

— Прикончим гайдзина, — сказал человек справа. — Меньше мороки, чем тащить его живым.

— Можно… — грубым голосом отозвался второй. — Хотя за живого больше дадут.

Джек силился собраться с мыслями. Кто его похитил? Скорее всего ниндзя, которых прислал Глаз Дракона. С одной стороны, хорошо — значит, журнал еще не расшифровали. И все-таки он рассчитывал встретиться с Докуганом Рю на равных, с мечом в руке, а не безоружным пленником.

— Хороший гайдзин — мертвый гайдзин, — презрительно сплюнул третий похититель.

Скрипнули деревянные половицы — кто-то из них подошел ближе. Горла коснулся холодный стальной клинок. Связанный и беспомощный, Джек был обречен…

Торопливо вдохнув в последний раз, он зажмурил глаза и стал молиться. Перед глазами проносились воспоминания о матери, отце, малышке Джесс, кругосветном плавании, Японии, Нитэн ити рю и Масамото, Акико и друзьях.



— Стой! — закричал грубый голос.

Лезвие застыло у самой кожи.

— Даймё Камакура ясно выразился — любой гайдзин, пойманный в его владениях, должен быть казнен! — возмутился человек с кинжалом.

— Да, но мы пока что не в его провинции. Киото принадлежит этому бестолковому пособнику христиан даймё Такатоми. Да и наш гайдзин — не простой чужеземец. Он воображает себя самураем! Какая нелепость! Если мы живым доставим его в Эдо к даймё Камакура, то получим десятикратное вознаграждение и уже не будем простыми асигару— он сделает нас самураями!

Лезвие отодвинулось, и Джек не смог сдержать вздох облегчения. Пусть это и короткая передышка, он будет жив хотя бы до завтра.

Очевидно, похитители вовсе не ниндзя, а обычные солдаты, желающие выслужиться. Они охотились за наградой, о которой говорил Кадзуки на открытии Дворца сокола. Выходит, он еще в Киото, и остается слабая надежда сбежать, пока его не увезут в Эдо.

— Хорошая мысль, — согласился человек справа. — Нельзя его убивать. По крайней мере, сейчас.

Человек с кинжалом рывком поставил Джека на колени. Тот застонал от боли — путы буквально впились в запястья.

— Очухался! Ну и хорошо, услышит все сам, — ехидно сказал похититель и сорвал мешок с головы пленника.

От неожиданности Джек зажмурился. Когда глаза привыкли к свету, он увидел ничем не примечательную комнату с узкой щелью под потолком вместо окна. На грязном полу валялась солома, в крыше зияла дыра.

Похититель со злобной ухмылкой вертел кинжалом. У него было плоское уродливое лицо со следами оспы. Под глазами виднелись свежие синяки, а нос с запекшейся кровью напоминал раздавленный гриб.

«Неплохо я разукрасил твою физиономию», — подумал Джек с еле заметной улыбкой.

— Когда я с тобой разберусь, ты живо прекратишь скалить зубы, гайдзин, — злорадно сказал Сломанный Нос. — Пусть я тебя не убью, но ты сам выберешь свою кару — клеймо, отрезание носа, ноги или кастрация. Что тебе больше нравится?

— Клеймо не получится, — процедил человек справа.

— Почему?

— У нас нет каленого железа и огня, болван.

— Тогда, может, ногу отрежем? — Сломанный Нос стал водить ножом по телу Джека.

— На твоем месте я бы не рисковал, — сказал Джек, стараясь не дрожать. — Я приемный сын Масамото-сама.

— И что? Не знаю никакого Масамото.

— Это величайший мастер меча в Японии. Только тронь меня, и он разрубит тебя на куски.

— Я о нем слышал, — грубым голосом произнес их главный из-за спины Джека. — Это тот самый самурай, что дерется двумя мечами?

Джек отчаянно закивал. Имя Масамото однажды уже спасло его от местных пьянчужек, вдруг выручит и сейчас.

— Сомневаюсь, что это правда. Уважаемый самурай не усыновит гайдзина, не опозорит семью. Отрежь его длинный нос, — велел главный похитителю с кинжалом. — Нос за нос. Даймё сочтет это справедливым наказанием.

Сломанный Нос немедленно занес танто. Джек замотал головой. Асигару схватил его за волосы и развернул лицом к лезвию.

— Не дергайся, гайдзин…

18. Призыв к оружию

В дверь негромко постучали. Кинжал застыл у Джека над переносицей.