Страница 447 из 454
Сам воздух этого места приносил исцеление. Я шел по лабиринту и с каждым шагом чувствовал, как живительная сила растекается по моему телу. Тихая музыка звучала вокруг. Кто создавал ее? Может быть, цветы‑колокольчики? Или так волшебно пели красивые птицы, сидящие на ветвях? Я поднимался по широким ступеням из гранита, я проходил через арки, оплетенные лозами плодоносящего винограда. Передо мной бежала белая кошка, показывая мне дорогу.
Госпожа Дум сидела на троне, образованном изогнутыми и отполированными толстыми ветвями старого дерева. Два павлина обмахивали ее хвостами. В руке Госпожа держала серебряный кубок. Холодная улыбка застыла на ее прекрасном лице. Самом красивом лице, когда‑либо виденном мной. Таком знакомом лице…
– Привет, Мигель, ‑ сказала Госпожа. ‑ Ты задержался. Я давно жду тебя.
– Привет, Лурдес. ‑ Я чувствовал себя вонючим оборванцем, по ошибке попавшим в рай. ‑ Славненько у тебя тут. Как делишки? На родину не тянет?
– Ты не удивлен? Ты уже догадался, что Госпожа Дум ‑ это я?
– Догадался… ‑ проворчал я. ‑ Поздно до меня это дошло, к сожалению. Только после того, как ты убила всех, кто пришел сюда со мной. Ты ‑ не Госпожа Дум, Лурдес. В этом мире не осталось больше никого, кто мог думать. Теперь ты ‑ Госпожа Мертвых. Ты убила всех людей в этом мире, Лурдес. Зачем?
– Вальдес испоганил этот мир. Испортил его так, что не имеет смысла что‑то исправлять. Я создаю новый мир на руинах старого. Тебе нравится, любимый мой?
– Люди… Я спросил про людей. Зачем ты заставила всех своих людей убить друг друга?
– Это были не мои люди. Это люди старой маразматички Клементины. Она любила их… А для меня они были не больше чем говорящие куклы. Согласись, они вызывали раздражение своей непроходимой глупостью и жадностью.
– А куда делась Клементина Шварценберг?
– Ее убил Вальдес. ‑ Лурдес отхлебнула напиток из бокала. ‑ Я тут ни при чем, Мигель. Все сделал чертов инквизитор. Он нашел ее старый дневник ‑ Книгу Сокровенных Мыслей. Он вычитал оттуда заклинание ‑ как можно заменить создателя тонкого мира. Заменить против его воли и передать мир в управление другому. Бедная древняя Клементина… Она стала совсем тупой под конец жизни. Она даже не помнила, что у нее под кроватью валяются такие важные книги. Она только дрыхла, портила воздух и пускала слюни.
– Почему же Вальдес не забрал этот мир себе? Сам не стал его господином?
– Он не подходил для этого. Для того чтобы стать Господином или Госпожой, нужно иметь телепатические способности. Только телепат может контролировать мысли и действия созданных им существ.
– Тогда он нашел тебя…
– Он нашел меня в Среднем Мире. Он никогда не казался мне добрым, как бы ни пытался это изобразить. С самого начала я знала, что он ‑ жестокий и хитрый ублюдок. Но я подыграла ему. Я сказала ему, что я ‑ телепат и что я согласна помочь ему.
– Он хотел, чтобы ты, став Госпожой, добровольно свернула этот мир?
– Да. Разумеется. Только я хотела совсем другого. Как видишь, получилось по‑моему.
– Как ты умудрилась обмануть его?
– Это было несложно. Вальдес был, в сущности, простаком. Его примитивные интриги можно было разгадать с полуслова. Он тупо верил в свое могущество и полный контроль надо мной. К тому же он был дико необразованным…
– А ты что, образованная? Ты даже в университете толком не училась…
– Я получила великолепное образование, Мигель! ‑ Брови Лурдес сердито сдвинулись. ‑ Ты по‑прежнему считаешь меня шлюхой, не пригодной ни к чему, кроме лесбийского секса? Я много работала. За год я изучила курс лингвистики, который обычные студенты проходят за пять лет. Я очень талантливый лингвист, милый мой Мигель.
– Какое отношение имеет лингвистика ко всей этой истории?
– Самое прямое. Еще там, в Барселоне, Вальдес дал мне несколько книг. Он не знал, что это такое. Он не мог их прочитать. Они были написаны на смеси латыни и старого арабского. Немножко ‑ на старонемецких диалектах. Я прочитала их. Когда я пришла в этот мир, я уже знала, что мне делать.
– Это были манускрипты Клементины Шварценберг?
– Да. Я оказалась способнее старой, выжившей из ума магички. Я расшифровала вербальные формулы древних заклинаний и поняла их закономерности. Уже здесь я смогла составить новые, более могущественные формулы. Теперь я могу построить мир, равного которому никогда не было и не будет. Мир, который будет действительно Светлым.
– Ты создашь других людей?
– Людей?! ‑ воскликнула Лурдес, и гримаса отвращения появилась на ее лице. ‑ Нет уж! Довольно с меня этих порочных полуживотных! Мой мир будут населять действительно разумные существа! Чистые, красивые и совершенные. Я буду любить их. Они будут любить меня. С людьми нельзя создать гармоничный мир. Клементина не учла этого, поэтому ее мир едва не погиб.
Я поднялся к трону Госпожи. Подошел вплотную к ней. Лурдес взяла мою руку. Прижала ее к своему лицу, вдыхая запах. Мой запах. Коснулась моей ладони языком.
– Мигель… Как славно, что ты пришел. Я так ждала тебя… Мы с тобой создадим лучший из миров. Мы будем жить вечно, наслаждаться нашим миром и друг другом…
– Ты ждала меня? ‑ изумленно спросил я, глядя, как она облизывает мою ладонь. Соленую ладонь с мозолями от меча. Руку убийцы.
– Книги Клементины. Вы нашли их в моем доме в Барселоне?
– Да. Были там какие‑то пергаментные рукописи.
– Конечно, их забрал Демид?
– Да. Не дал никому даже посмотреть.
– Я специально оставила их Демиду. Я хотела, чтобы вы нашли путь в Светлый Мир. Чтобы отыскали меня. Я не сомневалась, что Демид справится. Я знала, что ты придешь, Мигель…
Лурдес встала, поставила на хризолитовый столик бокал с напитком. Прикоснулась легким движением к плечу, щелкнула застежкой, и длинное платье из зеленого шелка с легким шелестом соскользнуло к ее ногам.
Я увидел ее изумительное, зовущее, такое знакомое тело. Я вспомнил, как в первый раз увидел ее на площади в старом барселонском квартале и как влюбился в нее. Я прикусил губу. Сердце мое окатило разъедающей кислотой боли.
– Я люблю тебя, Мигель, ‑ сказала она. ‑ Я всегда любила тебя. Ты создан для меня.
– Любишь?! ‑ Я пытался отстраниться ‑ деликатно, чтобы не обидеть ее. ‑ Но ведь там, в Испании…
– Тогда я была слишком занята. Прости… Тогда я работала, чтобы создать счастливое будущее для тебя и для меня. ‑ Лурдес завладела моей рукой и настойчиво положила ее ладонью на свою обнаженную грудь. ‑ Ты слышишь, как бьется мое сердце, любимый? Ты ведь счастлив, да?
– Ты специально указала нам путь? Чтобы мы пришли сюда?
– Ну да, конечно! ‑ Лурдес гладила себя моей рукой, возбуждаясь все больше. ‑ Не думай об этом. Все кончено…
– Что кончено? ‑ заорал я ей в лицо. ‑ Ты заманила сюда не только меня! Ты притащила сюда Цзян, Демида, Вана! И ты убила их! Убила своих друзей!
– Друзей? ‑ Холодная улыбка снова появилась на лице Лурдес. ‑ Они никогда не были моими друзьями. Мой друг ‑ только ты, Мигель. Других друзей мне не надо. Тебя же я не убила, правда?
– Лучше бы ты меня убила! ‑ крикнул я и сжал ее грудь так, что она взвизгнула от боли. ‑ Бесчувственная жестокая дрянь ‑ вот кто ты!
Лурдес толкнула меня обеими руками с такой силой, что я потерял равновесие и кубарем покатился по ступенькам. Сломанная рука подвернулась, и в глазах моих потемнело от боли.
Очухался я оттого, что Лурдес лила на меня холодный сок из своего бокала. Она стояла на коленях рядом со мной, снова одетая в платье. В темных глазах ее были сочувствие и тревога.
– Мигель… Милый… ‑ Она нежно приподняла мою голову, прикоснулась губами к моей щеке. ‑ У тебя жар, любимый мой. Тебе больно? Прости меня, пожалуйста. Я так толкнула тебя… Я вылечу тебя, счастье мое.
– Зачем ты притащила сюда всех нас? ‑ просипел я.
– Только так я могла избавиться от этой гнусной пиявки, присосавшейся к Светлому Миру. От Вальдеса.
– Сама ты не могла убить его?