Страница 46 из 71
Однако надежда на медлительность некрорыцаря тоже оказалась призрачной. Какие бы тяжелые доспехи он ни носил, на арену вышел легко, как будто был одет в легкий хлопок. И еще он говорил.
– Ваш король… – обратился рыцарь к трибунам. Слухи не лгали, он не просто говорил, но делал это громко и отчетливо. Хотя и чувствовалось, что этот голос принадлежит мертвецу. – Ваш король приветствует своих подданных. Скоро прямо здесь, на этой арене я обрету братьев! Скоро мощь нашего королевства еще усилится и наша правда может быть разнесена вокруг, сумеет накрыть весь этот мир, гниющий в грязи.
А сейчас, – рыцарь опустил голову, глядя ниже, на претендентов, – мне предстоит выбрать пары для финальных поединков. Эту честь мне доверил король. И мне предстоит сказать, кто может присоединиться к нам даже без финального боя.
За все это время мертвец так и не поднял забрало. Более того, Мугре казалось, что оно вообще не поднимается. Да и вообще, он даже не был уверен, что мелкие дырочки в области глаз были нужны рыцарю, чтобы смотреть. Возможно, они были сделаны только для того, чтобы рыцарь хотя бы внешне походил на живого.
Но он говорил, и становилось понятно, что сила и умение породившего его некроманта даже больше, чем можно было предположить.
Рыцарь поднял руку, закованную в стальную перчатку. Цепь, закрепленная на запястье, тихо звякнула. Это тоже было оружие, цепь всего в пару локтей длиной, оканчивающаяся небольшим шипастым ядром, стилизованным под череп. Движение такой штуки было очень трудно предсказать, особенно учитывая то, что она не была основным оружием, а должна была мотаться во время боя вслед за рукой с мечом.
Один палец на руке разогнулся, и некрорыцарь указал на претендента, сидящего в трех креслах от Мугры:
– Ты готов. Твой приз – перерождение из рук нашего короля.
Претендент был самым крупным из всех, так что сразу стало понятно, по каким принципам рыцарь выбирает себе соратников. Впрочем, Мугра не обольщался – если такой громила дошел до финальных поединков, то и со скоростью, и с реакцией у него тоже должно быть все в порядке.
– И ты готов. – Рыцарь указал на второго сидящего у арены, лишь немногим отставшего по размерам от первого. – Твоим поводырем при перерождении будет наш король. Я также хочу обрадовать всех вас. Как тех, кто уже избран, так и тех, кого от встречи с нашим королем отделяет лишь один поединок. Король, милостью своей, разрешает вам просить о перерождении уже завтра. Близятся тяжелые времена, и ему нужен каждый из вас.
Эта новость заставила претендентов зашевелиться. Если до этого Затворник не допускал к себе финалистов раньше чем через несколько недель, а иногда и месяцев, то сейчас все ускорилось. Пятеро из сидящих думали про себя, что это существенно облегчит им задачу. Зато большинство остальных попали в ловушку. Почти все из них надеялись погулять напоследок, прежде чем окончательно расстаться с земными радостями. И когда-то это право им давалось. В течение месяцев они жили, имея возможность попробовать все удовольствия бренного мира.
Необходимо было понимать, что «разрешение» короля фактически означало приказ: завтра всех тех, кто переживет день сегодняшний, поведут на финальную церемонию, на смерть.
Так что теперь финалисты должны были бороться за право отсрочить неизбежное всего лишь на один день. Их только что лишили того приза, ради которого многие из них, осознанно или неосознанно, шли на эти состязания.
Затворник спешил. Видимо, он собирался перейти к открытым действиям за пределами Сунары уже весной, и ему нужны были все силы, которые он мог собрать.
«Что ж, – подумал Мугра, – некроманта ждет много сюрпризов значительно раньше».
Двадцать шесть оставшихся претендентов. Тринадцать боев.
Для пятерых из них главное сейчас было – не встретиться друг с другом. Драться в смертельном поединке с тем, с кем провел плечом к плечу годы, – это испытание могло оказаться непосильным.
Мугра заметил, как попытался привстать один из претендентов. Только попытался и бессильно сел на место. Бежать было некуда. Многие соперники, с которыми члены отряда должны были встретиться на арене, только что потеряли надежду и цель, ради которой шли до самого финала. Это давало любому из отряда дополнительное преимущество – они-то и не рассчитывали отдыхать, пользуясь всеми благами королевской щедрости.
Хотя наверняка были и такие, кто шли на арену именно за тем, чтобы встать рядом с рыцарем, возвышающимся сейчас на арене. Те, которые сознательно выбрали свой путь, где у них сожрут душу. Может быть, некоторые давно уже хотели избавиться от души?
Некрорыцарь выбрал двух первых поединщиков. Потом, после того как с арены унесли труп и победитель сел обратно на свое место, еще пару.
Мугра видел, что бойцы финала действительно были опасны. Возможно, не самые сильные из всех соперников, с которыми ему приходилось встречаться в своей жизни, но и отнюдь не из последних. Бой с такими запомнится, будет вертеться в памяти еще долгие годы, и эти воспоминания пригодятся в будущих сражениях. Бои с такими соперниками иногда даже обсуждают вслух, рассказывая друзьям о непростых приемах, которые можно применить, слушая советы, как можно было поступить иначе. Воины, выжившие в подобных боях, получают реальный опыт, который позволяет им понять что-то большее, научиться убивать врагов еще лучше, еще быстрее. Выжив, научиться выживать и дальше.
В третьем поединке на арену попал Ким. Некрорыцарю явно не нравились тщедушные и маленькие финалисты. Против вора он выставил очень опасного бойца. Большого, тяжелого, но при этом не закованного в броню с ног до головы, а защищенного лишь кольчугой. Маленький круглый щит с выступающим посередине шипом. Не слишком длинный меч. Враг был огромен, но достаточно подвижен, чтобы не оказаться заколотым в спину.
Некрорыцарь тоже был опытным и видел, какими качествами может воспользоваться маленький юркий боец с коротким мечом и кинжалом в руках.
И все же Мугра вздохнул с облегчением. Ким стоял первым в списке. Единственным перед ним. Так что теперь ему точно не придется убивать никого из друзей на арене. Худшее, что могло произойти, – убить могли его.
Подвижность противника не помогла ему против юркости вора. Ким и не стал использовать свою подвижность, чего от него все ждали, включая того самого противника. Не стал ускользать, пытаться кружить по арене и доставать врага мелкими порезами, пока не придет время и он не откроется.
Молния поступил иначе, сыграв на эффекте неожиданности. Он просто пошел вперед, наступая на соперника. Отбил кинжалом неподготовленную атаку врага, лишь отведя его меч в сторону. Крутанулся, рубанул мечом прямо по щиту, с такой силой, что рука противника начала опускаться, парализованная ударом.
И после этого ударил. Наискосок, распарывая кольчугу ближе к шее – чуть ниже металлического кольца, которое служило противнику воротником. Никто так и не понял, как маленький воин умудрился коротким мечом разрубить врага почти надвое, но это ему удалось. Что немедленно отметили все четверо его друзей, теперь достаточно опытные в этих вопросах, – позвоночник тоже был рассечен, как раз чуть ниже металлического воротника. Еще один бесполезный труп для армии короля.
Когда его противник уже падал на опилки арены, Ким сделал короткое кистевое движение левой рукой. Кончик дымчато-черного кинжала очертил ровный круг, как будто ставя росчерк прямо в воздухе. На один прищур глаз Волку показалось, что этот росчерк еще провисел какое-то время, прежде чем исчезнуть.
Взрывная энергия этого боя поразила даже друзей Молнии. Хотя ничего не давалось даром – до своего кресла тот едва дошел, поддерживаемый слугами. И вряд ли он притворялся – вор открыл что-то новое в себе, только что. Новое и отнюдь не безопасное. Этот скоротечный бой отнял у него сил больше, чем все предыдущие. Но он мог рискнуть – они были не в лесу и не на поле сражения, где через мгновения нужно быть готовым встретиться со следующим врагом. Здесь можно было выложиться сразу.