Страница 17 из 71
Последним отступал Грег. Потолок уже начал трескаться, и из него сыпались сначала мелкие камешки, затем начали падать камни покрупнее. Едва Грег шагнул глубже в тоннель, огромный валун свалился прямо за ним, полностью завалив проход. Грег слегка толкнул идущего перед ним Гедона, стараясь успеть выскочить из-под завала.
Но тряска прекратилась. Трясло вообще недолго – считаные мгновения, и все закончилось.
А они остались в глухом проходе, скорее всего, в тупике.
Все молчали. Огонек мага слегка подрагивал, выдавая его состояние. И дрожащего света хватало, чтобы увидеть, что проход закупорен наглухо и вернуться к основному маршруту нет никакой возможности. В магическом свете медленно кружились и оседали пылинки, моментально заполнившие весь коридор. Грег чихнул.
Фантом отодвинул в сторону Лашана и Кима – единственных, кто оказался в коридоре еще дальше него:
– Вы пока передохните, отдышитесь. Я посмотрю, как там дальше.
– Один не ходи, – нейтрально заметил Вик.
– Я с ним, – тут же отозвался Ким.
– Следов много, – прокомментировал Фантом ситуацию. – Досюда дошли многие, может, почти половина. Только толку-то…
Рейнджер и вор стояли на еще одной развилке. Вновь в разные стороны уходили три тоннеля, и, судя по всему, следы были в каждом.
– Надо возвращаться, – вздохнул Фантом. – Приведем наших сюда, потом, может, пойду разведаю чуть глубже. Хорошо, что пещеры здесь сильно разветвляются. Значит, есть хороший шанс найти пути обхода.
Ким сглотнул и вытянул факел вперед. Фантом, повинуясь его движению, посмотрел туда же, куда уставился вор, – в средний проход.
Оттуда надвигалось что-то черное, неосязаемое и оттого еще более ужасное. Рейнджер начал отступать назад, пока не уткнулся в Кима.
– Беги, – шепнул он через плечо. Ким отрицательно помотал головой, но тоже начал отступать.
Медленно, шаг за шагом. Оба боялись повернуться к неизвестному, невидимому зверю спиной, поэтому лишь пятились.
Киму стало дурно. Тошнота подступала наплывами, он чувствовал, что еще немного – и его начнет рвать от ужаса. Начали дрожать колени, и каждый следующий шаг отступления давался все с большим трудом. Но он все же шел на быстро слабеющих ногах. Лишь когда стало совсем плохо, вор не выдержал и схватился за спину Фантома.
Так они и отступали назад – медленно, шаг за шагом, не оборачиваясь, чтобы разглядеть дорогу, потому что боялись, что именно в тот момент, когда они обернутся, нечто ужасное вырвется из подземных коридоров и нападет. Нападет немедленно, раздавит, задушит, заставит пожалеть, что они вторглись в подземные владения, что оказались слишком близко от последней реки, что обратили на себя внимание Лодочника.
На Кима накатило в очередной раз, и он едва удержал содержимое желудка. Фантома вырвало. Вырвало коротко. Фантом, как только его начало рвать, перестал сопротивляться и выплеснул все небогатое содержимое желудка прямо на стену.
Как ни странно, это помогло. Помогло прежде всего Киму. Он наконец-то решился отвернуться, показать опасности спину. Бежать ему по-прежнему не хотелось, почему-то он чувствовал, что, начав убегать, он не сможет остановиться. Но он развернулся, прижался спиной к спине рейнджера и буквально потащил его за собой вперед – или назад – к остальной группе.
Привести хищника к остальному отряду – вариант был не из самых веселых, но альтернатив просто не было. Ким не хотел умирать вдали от своих, не успев помочь, не предупредив, не дав им возможности подготовиться, пока чудовище пожирает их двоих.
Поэтому он шагал по коридору, отступая все глубже и глубже. Фантом не сопротивлялся, только дрожал всем телом, но шел, практически не запинаясь и подстраивая свои шаги под шаги ведущего.
В момент очередного наплыва рука Кима дрогнула, и факел выпал. После этого свет шел только из-за спины и медленно удалялся. На краю сознания билось желание спросить рейнджера, что он видит, не приближается ли чудовище, не пора ли обнажить оружие, чтобы хотя бы выставить его, ощетиниться сталью – не для того, чтобы победить, но хотя бы для того, чтобы заставить хищника поперхнуться, захлебнуться черной кровью, застрять у него в глотке, не дать ему расправиться с товарищами так же, как и с ними.
Но Ким не мог. Рот не слушался, слова оказывались неспособны быть произнесенными. Слова тоже боялись находиться здесь, в этой пещере, в такой близости от чудовища.
Друзьям казалось, что они бредут бесконечно долго. Но одновременно Ким понимал, что это не так, что они не прошли и десятой части до завала, где по-прежнему, ничего не подозревая, ждет отряд. Ким понимал, что им не дойти, что вот-вот придется развернуться и дать бой. Даже не вступить в схватку, тут же напоминал он себе, а просто постараться застрять в глотке чудовища, чтобы заставить его забыть о продолжении трапезы, хотя бы на какое-то время.
Им не дойти, потому что темнело. Ким не понимал, или это чудовище навалилось на факел где-то за его спиной, закрыло его своей тушей, или же это они отошли уже достаточно, чтобы свет начал тускнеть. Ему хотелось верить во второе, но ужас заставлял его верить в худшее.
Коридор изогнулся, и свет позади перестал давать даже тот минимум, который позволял видеть дорогу. Ким замедлил шаг. Фантом, несмотря на свое состояние, тут же среагировал и тоже приостановился. Теперь Киму приходилось шагать на ощупь, он ставил ступню, немного двигал пяткой, чтобы убедиться в прочности поверхности, на которую встал, и только после этого переносил вес тела вперед.
Все казалось ему безнадежным. Та скорость, с которой он шел, не давала ни малейшего шанса убежать от чудовища. Ким сгорбился, каждое мгновение ожидая, что огромная, размером во всю пещеру пасть поглотит сразу и самого Кима, и его друга. Но все же вор делал еще один шаг вперед, а потом еще один, и еще, и еще.
Впереди забрезжил слабый свет. Ким попытался сосредоточиться, но, по его подсчетам, никак не выходило, чтобы они прошли так медленно и такое большое расстояние. Никак. Может быть, они прошли треть всего пути, в это он еще мог поверить. Ну, может быть, с большой натяжкой – половину. Но они еще никак не могли видеть свет магического огня, горящего на посохе Вика.
Сначала Ким испугался еще больше. Так как это не мог быть свет мага, то, значит, впереди была какая-то ловушка, которую устроило чудовище. Ким даже остановился, подумав, не повернуть ли обратно и не принять бой, пока еще не поздно. Но Фантом упорно отступал, толкая Молнию в спину, и вор делал шаг за шагом навстречу свету.
Хотя свет приближался быстрее, чем двигался Ким. Значительно быстрее. Свет бежал им навстречу, или бежал тот, кто держал источник этого света в руках.
Тот, кто держал в руках посох, с магическим огоньком на его навершии.
– Закройте глаза! – еще издали крикнул Вик. – Все закройте глаза. Закройте глаза и ложитесь на пол.
Даже тот уровень доверия, который существовал внутри отряда, не помог Киму сразу подчиниться подобному приказу. В подземелье, когда сзади тебя нагоняет чудовище, приказать воину закрыть глаза и лечь было сродни безумию. Вся его тренировка, весь опыт бойца сопротивлялись этому. Наоборот – надо развернуться, вытащить ножи, принять неравный бой.
Но Вик был умнее, самый умный в их команде. И Ким знал Вика не первый год. И они выживали вместе в разных местах. Делили тепло очага зимними ночами и черствый хлеб в глухом лесу, в окружении орков. Если Ким кому и мог поверить, то только своему магу.
Вор лег на дно пещеры, потянув за собой ничего не соображающего Фантома, и закрыл глаза.
Вик сразу почувствовал, что подземное зло, присутствие которого давило на его сознание последние сутки, вырвалось на волю. Это было знание, которое невозможно доказать, но в реальности которого он не сомневался. Больше всего это было похоже на то, как будто за глухой ширмой в комнате затушили свечку. Нельзя увидеть, что свечку действительно затушили, но результат очевиден – комната погружается во тьму, и нет никаких шансов на то, что свет вернется в помещение сам по себе.