Страница 33 из 123
Здесь мы продали шлюп, на котором я находился. Так как капитан Вильмот оставил за собою свой корабль, я принял в качестве капитана испанский фрегат, а старшим лейтенантом взял моего товарища Гарриса, смелого, предприимчивого парня, каких мало на свете. На бригантину мы поставили кулеврину [165]; итак, у нас было теперь три крепких судна, с хорошим экипажем и припасами на двенадцать месяцев, так как мы захватили два или три шлюпа из Новой Англии и Нью-Йорка, шедших на Ямайку и Барбадос, груженых мукою, горохом и бочонками с говядиной и свининой. Дополнительные запасы говядины сделали мы себе на берегу острова Кубы [166], где били скота, сколько угодно, хотя соли у нас было мало для того, чтобы заготовить мясо впрок.
Со всех захваченных нами кораблей мы отбирали порох, ядра и пули, ручное огнестрельное оружие и тесаки, а что до людей, то мы всегда забирали, в первую очередь, лекаря и плотника, как людей, которые могут пригодиться нам во многих случаях. И они не всегда шли к нам неохотно, хотя ради собственной безопасности, на всякий случай, могли легко утверждать, что их захватили силой; забавный пример этого я привожу в дальнейших моих приключениях.
Был у нас один веселый парень, квакер [167], по имени Виллиам Уолтерз, которого мы сняли со шлюпа, шедшего из Пенсильвании [168] на Барбадос. Был он лекарем, и называли его доктором; он не служил лекарем на шлюпе, но отправился на Барбадос, чтобы там «получить койку» [169], как выражаются моряки. Как бы то ни было, на борту находилась вся его лекарская поклажа, и мы принудили его перейти к нам и захватить с собою все свои причиндалы. Был он, право, парень преуморительный, человек с отличнейшей здравой рассудительностью и, кроме того, превосходный лекарь. Но, что самое ценное, был он всегда жизнерадостен, весел в разговорах и к тому же смел, надежен, отважен, не хуже любого из нас.
Виллиам, как мне показалось, не имел ничего против того, чтобы двинуться с нами, но решился произвести это так, чтобы переход имел вид насильственного захвата его, и потому он явился ко мне.
— Друг, — говорит он, — ты говоришь [170], что я должен перейти к тебе, и не в моих силах сопротивляться, если бы я захотел того. Но я прошу, чтобы ты заставил хозяина шлюпа, на котором я нахожусь, собственноручно удостоверить, что я взят силой и против моего желания.
И сказал он это с таким довольным выражением на лице, что не понять смысла сказанного никак нельзя было.
— Ну, что же, — говорю я, — против вашей воли это или нет, но я заставлю его и всех его подчиненных выдать вам такое удостоверение, не то захвачу их с собой и продержу в плену, покуда они его не выдадут.
Итак, я самолично написал удостоверение, в котором было сказано, что захвачен он в плен пиратским судном при помощи грубой силы, что вначале забрали его поклажу и инструменты, а потом связали ему руки за спиной и силой толкнули его в лодку к пиратам. Это было засвидетельствовано хозяином шлюпа и всеми его подчиненными.
Сообразно с этим я набросился на Виллиама с проклятиями и приказал моим людям связать ему руки за спиной; связанного мы взяли его к себе в лодку и увезли. Когда мы попали на судно, я подозвал Виллиама к себе:
— Ну-с, друг, — говорю я, — я, правда, увел вас силой, но не думаю, чтоб сделал я это так уж против вашей воли, как это кажется прочим. Полагаю, — говорю я, — что вы можете быть полезным для нас, мы же с вами будем обращаться очень хорошо.
Я развязал ему руки и тут же приказал возвратить ему все его вещи; а наш капитан поднес ему чарочку.
— Ты по-дружески обошелся со мною, — говорит Виллиам, — и прямо скажу тебе, по доброй ли я воле явился сюда. Я постараюсь быть тебе полезным, чем только смогу, но знаешь сам, когда ты будешь сражаться, — не мое дело вмешиваться.
— Нет, нет, — говорит капитан, — зато вы можете вмешаться, когда мы будем делить деньги.
— Это полезно для пополнения лекарских запасов, — сказал Виллиам и улыбнулся, — но я все же буду умерен.
Словом, Виллиам был очень приятный товарищ. Но у него было то преимущество, что, если бы нас захватили, то всех бы наверняка повесили, а он, несомненно, избежал бы наказания, — и это он твердо знал. Но, короче говоря, был он парень бойкий и мог бы стать лучшим капитаном, чем кто-либо из нас. Мне придется часто упоминать о нем в продолжение всего этого рассказа.
Долгое наше крейсирование в этих водах стало теперь известным настолько, что не в одной только Англии, но и во Франции и в Испании всенародно оглашали наши похождения. Всюду рассказывали много басен о том, как мы хладнокровно убиваем людей, связываем их спиной к спине и бросаем в море.
Половина этих россказней, впрочем, была неправдой, хоть делали мы больше, чем уместно здесь пересказывать.
Следствием этого, во всяком случае, явилось то, что несколько английских военных судов было послано в Вест-Индию с приказом крейсировать в Мексиканском[171] и Флоридском [172] заливах и вокруг Багамских островов [173] с целью, если возможно, напасть на нас. Мы были не так уже неосторожны, чтобы этого не ожидать после того, как столько времени провели в здешних краях. Но первое достоверное сообщение об этом получили мы в Гондурасе [174]; там шедшее с Ямайки судно передало нам, что два английских военных корабля в поисках нас движутся прямо сюда с Ямайки. В это время мы как раз были заперты в заливе и, если бы англичане пошли прямо на нас, мы не смогли бы даже и пошевельнуться, чтобы улизнуть. Но случилось так, что кто-то осведомил их, будто мы находимся в Кампешском заливе, и они отправились прямо туда. Благодаря этому мы не только освободились от них, но и оказались на таком расстоянии с наветренной стороны от них, что они не смогли бы сделать попытку напасть на нас, даже если бы знали, где мы находимся.
Мы воспользовались этим преимуществом и направились на Картагену. Оттуда с великими трудностями, мы, держась некоторого расстояния от берега, прошли к острову святого Мартына [175], добрались до голландского берега Кюрасо [176] и оттуда направились к острову Тобаго, который, как сказано прежде, служил нам местом свиданий. Остров этот был пустынным, необитаемым и часто являлся для нас убежищем. Здесь умер капитан бригантины, и командование его принял капитан Гаррис, в то время мой лейтенант.
Мы пришли к решению уйти к бразильскому [177] побережью, оттуда к мысу Доброй Надежды и, таким образом, добраться до Ост-Индии. Но Гаррис, который, как я уже сказал, теперь был капитаном бригантины, заявил, что судно его слишком мало для столь длинного пути. Но, если капитан Вильмот разрешит, он отважится еще на один набег и последует за нами на первом же захваченном им корабле. Мы условились с ним встретиться на Мадагаскаре. Это было сделано на основании моих рекомендаций этого места и в виду имеющихся там запасов съестного.
165
Кулеврина (уж) — длинная узкая пушка.
166
Остров Куба — в Карибском море. Открыт Колумбом 28 октября 1492 г. По 1898 г. колония Испании; 1898—1901 гг. — Соединенных Штатов; 1902 г. — независимая республика. Развито сельское хозяйство. Вывоз — табак, ценное дерево, сахарный тростник.
167
Квакер (прыгун, дергающийся). Так называли наиболее «левую» (мелкобуржуазную) религиозно-политическую группировку (основана между 1648 и 1666 гг. Джорджем Фоксом) протестантского движения английской буржуазии (годы великой английской революции). Учение квакеров быстро утратило свой революционный характер и стало стяжательским, ханжеским. Жили квакеры «по священному писанию», соблюдали крайнюю простоту в одежде и внешнем убранстве и, обращаясь к собеседнику, называли его «друг». Отсюда их прозвище «друзья».
168
Пенсильвания (Пеннова лесная область) — в те времена земледельческая область на восточном берегу Северной Америки. Заселена впервые англичанином Виллиамом Пенном 28 октября 1682 г. Ныне штат Соединенных Штатов.
169
«Получить койку» — получить место, службу.
170
Квакеры обращались друг с другом на «ты», по-библейски. В английском языке «ты» отсутствует — и повседневное обращение «вы». Для того чтобы подчеркнуть характер этой речи, переводчик был вынужден заставить тогдашних моряков обращаться друг с другом на «вы», что является переводом дословным, но не передает характера английского «вы».
171
Мексиканский залив — между Северной и Центральной Америкой, на востоке.
172
Флоридский залив — северо-восточная оконечность Мексиканского, у берегов Флоридского (Цветущего) полуострова.
173
Багамские, или Баамские острова — открыты Колумбом в 1492 г. на северо-востоке от Больших Антильских и на востоко-востоко-севере от Флоридского полуострова. Английская колония, с 1783 г. С июня 1973 г. независимое государство. Входит в Содружество.
174
Гондурас (по-испански — Глубины) — в Центральной Америке на северо-западе от Никарагуа. Открыт Колумбом в 1502 г. Колонизаторы поработили коренное население и ввозили рабов из Африки. Рабство отменено в 1824 году.
175
Остров святого Мартына — остров между Кюрасо и Гваделупой. Новооткрытые земли часто назывались в честь церковного праздника данного дня.
176
Остров Кюрасо — в группе Островов под Ветром, в Караибском море, на севере от Южной Америки. Голландское владение. Вывоз — одноименный ликер (напиток).
177
Бразилия — огромная португальская колония. Открыта в 1500 г. (с 1822 г. — независимое государство, с 1889 г. — федеративная республика) на восточном побережье Южной Америки. Вывоз — кофе, рис, хлопок, табак, сахарный тростник; золотые, медные и железные руды.