Страница 46 из 181
— Исходя из случившегося, — добавил Дирк, — мы думаем, что проф — из тех фанатиков, которые, не исследовав до конца, испытывают что-нибудь на себе. Некоторые из благих побуждений. Некоторые — ну, скажем так, из раздражения, что материал изучению не поддаётся. Боюсь, проф Кейптаун был из вторых. Он ввёл себе вирус, а потом сошёл с ума и решил заразить всех остальных.
— Это не вирус, — сообщил Брент. — Это Субстанция, по определению обитателей системы Сириуса. Есть у них такая легенда. На планете учёных и воинов осуществили отделение от тела некой совокупности разума и души. Планета мечтала о бессмертии. Совокупность (то есть Субстанцию) могли внедрить в любую другую молодую и здоровую плоть. Но что-то пошло не по задуманному сценарию. Остатки аборигенов покинули родную планету и постепенно рассеялись среди других цивилизаций. Вполне возможно, в легенде имели в виду именно Персей. Особенно если вспомнить, что предыдущая нам цивилизация тоже исчезла бесследно. Не хочется выдвигать версии бездоказательные, но, наверное, среди первопоселенцев тоже был свой профессор Кейптаун.
— Воины и учёные, — задумчиво повторил Саймон. — Это объясняет…
Что именно объясняет — он не уточнил.
Схватив за руку Дениса, я дёрнула мальчишку от Саймона. Человеческое изумление бывшего таксиста ещё успело среагировать на мой поступок: парень поднял брови. Но лицевые мышцы реагировали уже вяло. Зато зрачки глаз вдруг зазмеились ломаными линиями, как без воды трескается пересохшая дорога, когда этот процесс показывают в ускоренной съёмке. Тёмно-карий цвет глаз высветлился и перешёл в бледно-зелёный. Саймон замер, приоткрыв вдруг раздавшуюся в челюстях и суженную к подбородку нижнюю челюсть — слишком тяжёлую для его осунувшегося лица…
Дирк чуть отодвинулся. Но не встал.
— Переборет, — уверенно сказал он.
— Нет! — возразила я, прижимая к себе послушного от испуга Дениса. — Он слишком взволнован, чтобы контролировать…
Дирк пожал плечами, но отодвинулся ещё немного.
— Не знаю, как вам объяснить источник нашей информации, — медленно начал майор, не спуская глаз с меняющегося Саймона. — Очевидно, кто-то всё-таки смог покинуть планету, и отзвуки катастрофы на Персее в виде нелепых слухов просочились-таки в человеческий мир. Кто была та женщина, которая шла с вами из лаборатории?
— Ничего себе — слухи, — сказал Дирк, вставая и медленно отходя от тумбы. — Настоящая конкретика. Да, с нами была женщина.
— Так кто же она и где сейчас находится?
— Социопатка. Преступница, подписавшая с Кейдом договор о добровольном сотрудничестве. Мы, охрана, в подробности не вдавались. Она заявила, что попробует бежать с Персея и привести помощь. Мы отговаривали. В той ситуации нам необходим был каждый такой хороший боец, как она. Но условия изменились. Она, по сути, спасла нам жизни. Мы уже не могли придерживаться игры "полицейский и сбежавшая заключённая".
— И вы отпустили её? Так легко?
— Что значит легко?
— Она же могла быть этим… оборотнем!
— Почему могла быть? Она и была оборотнем.
— И вы отпустили её в наш мир? И так спокойно говорите об этом?
— Женщина не превратилась в чудовище! — рассердился Дирк. — И за эти годы мы ни разу не видели, чтобы чумовики превращали людей прикосновением или воздушно-капельным путём в себе подобных. Она не заразна, если вы намекаете на это! Сами сказали, что о вирусе нет и речи! На космошлюп мы усадили здравомыслящую сильную женщину, полную решимости добиться поставленной цели! Я не верю, что она могла пообещать и не сдержать слова. Скорее, поверю, что с нею случилась беда и она не долетела до людей.
— А почему вы не полетели с нею? — внезапно поинтересовался лейтенант.
— На город надвигалась беда, — равнодушно ответил Дирк. — Люди из лаборатории нас предали, но охранять беззащитных — это у нас в крови.
— Что могло случиться с нею в космосе? — уже риторически вопросил Брент, пятясь от вставшего с тумбы Саймона.
33.
Между тем общительная Бланш и помогающий ей исподтишка Синклер Мид познакомились с кучей народа из толпы. Осмелевшие горожане вскоре сами окружили остальных членов разведдесанта и жадно расспрашивали, с какой целью мы здесь и когда смогут эвакуировать с планеты оставшихся в живых. Получив не самые утешительные ответы, люди привычно вздыхали и начинали рассказывать о своей жизни в Нижней Андромеде. На изменения, происходящие с Саймоном, они почти не обращали внимания, только женщины жалостливо взглядывали в ответ на резкий стон или рычание.
Саймон сопротивлялся. Хотя это слово неточно отражало его состояние. Он буквально дрался с врагом, непрошено влезшим в тело и желающим завладеть его сознанием и душой, а затем избавиться от того и другого.
Тот дёрганый рывок в сторону людей был чудовищно силён и поэтому страшен. Цепи почти вспорхнули, но в следующий миг, падая, отдёрнули беснующееся в припадочных конвульсиях тело. Теперь стало понятным металлическое кольцо на шее Саймона. Метаморфоза начиналась с рук: кисти разом истончились, и наручники обвисли чересчур широкими браслетами; и только кольцо, к которому тянулись укороченные цепи от наручников, удерживало их на месте.
В основном изменялись челюсть и руки. Саймон с трудом возвращал их человеческую форму, и даже в процессе жуткого боя становилось заметным: вес человека тает, Саймон худеет на глазах.
— Вот так всё и тянется: мы кормим Саймона — Саймона жрёт эта тварь, — с горечью заметил всё же отошедший от тумбы Дирк. — Любое изменение то в одну, что в другую сторону требует огромных затрат энергии. Всякий раз, выходя из припадка, парень теряет столько мышечной массы, что мы уже подумываем о насильном переводе его на питание из сплошных стероидов и белков.
— Почему насильном? — спросил Брент.
Дирк невесело попытался улыбнуться.
— Ирония судьбы. Саймон — убеждённый вегетарианец.
Бланш невдалеке увлечённо рассказывала что-то одному из подземных жителей. Говорила она хоть и азартно, но вполголоса, как все в толпе. Её правая рука машинально опиралась на пояс с небрежно сунутым, ближе к телу, короткоствольным лазерным пистолетом. Малыш Ларс тихонько выдернул ладошку из мощной длани Дайкса и, подойдя к Бланш, встал так, что кисть брюнетки касалась его головы. Бланш машинально погладила малыша по встрёпанным волосам, и Ларс, не взглянув на женщину, просто прислонился к ней — с тем же безучастным, всё ещё припухлым от ночных слёз лицом. В глазах брюнетки вспыхнул вихрь трудноопределимых чувств, настолько сильных, что поневоле обернулся лейтенант Тайгер. Бланш подхватила малыша на руки и подсадила на бедро, как давеча Дайкс. Мальчик обнял её и, положив голову на плечо, уснул. А Бланш, насупившись, огляделась, и вот теперь-то можно было понять её основное чувство: наверное, так оглядывается волчица, оставшись с последним волчонком.
А Денис стоял метрах в двух от беснующегося Саймона и молчал.
— Ата, ты у нас "терра инкогнита", — сказал майор, задумчиво рассматривая дребезжащую клетку. — Не могли бы вы с Тайгером сделать что-нибудь эдакое, например, просканировать Саймона?
— Туманное предложение, Брент. Зачем его сканировать, когда и так ясно, что с ним происходит?
— Ты права. Я туманно выразился. Мне бы хотелось, чтобы вы — в идеале — попробовали наладить контакт с этим существом. А вдруг с ним можно договориться?