Крещение

— Уж такой я есть, Оля.

— И я буду такою.

— Я исправлюсь, Оля.

— Обязательно к начальнику штаба?

— Вася, ты меня поймешь…

— Не время сейчас, иди, иди.

— Он сперва не поверил. А уж потом сказал: пусть все идут в город.

— А еще что говорил? Кто он?

— Капитан, должно. В плащ-накидке. Не видно было.

— Ну?

— Когда я сказал, что мы цельный полк, он еще раз сказал: пусть все стягиваются в город. Пока ночь.

— А еще-то что?

— Да все, товарищ майор. Город же наполовину у немцев — не до меня ему. В записке, наверно, все сказано… Товарищ майор, а как же ребята наши? Вы…

— Еще хоть одно слово, Махотин!..

— Махотин, ты в полк дорогу найдешь?

— Так точно.

— Тогда останься и разыщи своих товарищей.

— Слушаюсь! — Махотин стремительно развернул свою лошадь и ускакал к подсолнечному полю.

— Молодец, Петр Федорович, как правды не скажешь. Только придется тебе местечко свое отдать для «максима». Место лихое — дорога.

— Кто еще хочет на Петроград?

— Эй, пехтура, не хочешь ли каши?

— Кинь пару ложек, — отозвался Малков и, вытряхнув сор из своего котелка, вытер его полой шинели. — Клади, коль не шутишь!

— Мы, пулеметчики, шутить не любим. — Колосов был помоложе Малкова, но держался с достоинством старшего, изо всех сил хмурил жидкие белесые брови. — Котелок-то помыть надо.

— Слушаюсь.

— Ты что такой покорный?

— Вежливый я.

— Со всеми?

— Да нет. Преимущественно с теми, кто покормит.