Проводник (ЛП)

То воспоминание все еще было во мне. Его губы, его руки, то, что я чувствовала, словно я взорвусь, если он продолжит прикасаться ко мне. Финн. Что, черт возьми, это значило? Было ли это на самом деле? Или же я просто так сильно этого желала, что мой сумасшедший мозг все придумал.

- Финн? - позвала я дрожащим голосом, пристально смотря на указатель, заставляя его сдвинуться. Заставляя его доказать, что я не была той сумасшедшей, какой считали меня доктора.

Он не сдвинулся.

Значит, я сошла с ума. Я сжала руки в кулаки так сильно, что ногти оставили маленькие половинчатые отпечатки на моей ладони, затем соскользнула с кровати и потопала на кухню, вниз по коридору. Таблетки. Мне нужны таблетки. Я щелкнула выключателем и одна из лампочек лопнула и потухла, погружая кухню в полумрак. Я схватила маленькую оранжевую таблетницу со стойки. Я уже принимала одну капсулу сегодня, но мне точно нужно было еще. Мне нужно было выбросить это воспоминание... нет. Эту галлюцинацию из головы.

- Не принимай их, - сказал теперь уже знакомый голос.

Я сжала крышку, пока пальцы плотно не обхватили ее, и повернулась. Он был там, стоял в моей кухне, словно она принадлежала ему. Словно он всегда там был.

Финн взглянул на пузырек в ее руках.

- Ты не сумасшедшая, Эмма. Они не нужны тебе.

Пузырек прогремел по кафельному полу. Я подскочила, сердце бешено стучало в груди, легкие съедали весь воздух вокруг меня, пока я не почувствовала головокружение. Со щелчком все стало на свои места. Парень в моих снах, парень, который спас мою жизнь, дважды... он был здесь. Стоял передо мной. Как это было даже возможно?

- Что ты такое? - Я прикрыла глаза и представила тот отчаянный взгляд на его лице перед тем, как он распался и исчез в ночи как призрак.

- Я не... живой.

Дыхание с дрожью вышло из меня, и я открыла глаза, наполовину ожидая, что он ушел. Но все еще стоял там, неуверенно опираясь на серый гранитный стол.

- Что это означает?

- Это означает, что я мертв. Я и есть душа.

Мертв. Слово плавало вокруг моей головы, не чувствуя себя реальным. Был мертвым, как мой папа. Был мертвым, как холодное, гниющее тело в земле. Я посмотрела на Финна. На теплый цвет его губ. Взволнованный взгляд в его ярко-зеленых глазах. Я не могла приладить к нему это слово.

Финн сделал шаг ближе. Я попятилась, но он последовал за мной.

- Я не лгу, - прошептал он.

Я уставилась на его грудь так, что мне не пришлось смотреть ему в глаза. Она не двигалась. Она. Не. Двигалась. Слышно было лишь мое дыхание. Страх вспыхнул тихим, равномерным огнем в моей груди. Мое сердце, казалось, замерло у меня в горле, черствое и больное. Несколько минут назад, все чего я хотела - было это. Сейчас же, я не знала, что я чувствовала. Боже... Я не могла... Я не могла...

Я сделала глубокий вдох и открыла ящик передо мной. Затем, схватила миску для смешивания ингредиентов и поставила ее на столешницу, рядом с противнем моих любимых кексов. Мне нужно было как-то занять руки. Занять свой разум, потому что я была слишком близка к тому, чтобы потерять его.

- Скажи что-нибудь, - сказал Финн позади меня. - Скажи, о чем ты думаешь.

Я повернулась, облокачиваясь о столешницу.

- Я... - я закусила губу и с дрожью выдохнула. - Я не знаю, что думать. Я даже не знаю, с чего начать.

Он зацепился большими пальцами за карманы своих джинсов, спустив их ниже на талии.

- Как на счет того, чтобы сказать мне, что ты хочешь знать, и я расскажу тебе.

Прежде чем я смогла придумать вопрос, еще одно воспоминание сбило мое дыхание и окутало мои мысли.

Небо выглядело холодным. Тусклого, оловянного оттенка, сливающегося с покачивающейся серебреной пшеницей, которая окружала меня. Финн приблизился ко мне на шаг, закрывая собой небо. Он просунул большие пальцы в джинсы и улыбнулся мне.

Живот скрутило, колени задрожали, угрожая уронить меня. Я осела у стола.

- Я тебя знаю. Я хочу знать, откуда я тебя знаю.

Финн схватился за заднюю часть шеи и застонал.

- Для начала мы можем поговорить о чем-нибудь еще? О чем угодно.

- Ты это делаешь? - Я так сильно схватила и сжала в руках венчик, что руки чувствовались онемевшими. - Ты показываешь мне эти вещи? Сны?

Я ждала, что он скажет мне, какая я сумасшедшая. Что я все придумала. Боже, я по-настоящему хотела, чтобы он сказал мне, что спятила. Поскольку никто не собирался верить в альтернативную версию. Альтернативная версия означала бы, что я провела лето в психиатрической клинике просто так.

- Я ничего тебе не показываю, - сказал он. - Я - просто душа, Эмма. У меня нет способности заставить тебя видеть вещи.

Тогда все это было реально. Я не знала, что сказать. У меня было столько вопросов, но от этого все у меня кружилась голова. Я достала из шкафа муку и сахар и поставила их на столешницу, таким образом, мне не придется смотреть на него. Я не могла ясно мыслить, когда смотрела на него.

Финн выдвинул табурет и сел. Его взгляд прошелся по захламленной столешнице.

- Что ты делаешь?

- Делаю черничные кексы, - сказала я. Это звучало нормально. Мне нужна нормальность.

- Сейчас? - Он выгнул брови дугой.

Я заправила волосы за ухо и почувствовала, что покраснела.

- Я... я пеку, когда нервничаю. Это помогает мне успокоиться. Помогает мне думать.

Его губы сложились в легкую улыбку.

- Моя мама раньше так делала, когда она не могла спать. Мы просыпались и находили достаточно пирогов, чтобы накормить небольшую страну. Она не ложилась спать всю ночь, пекла и всегда оставляла один для нас. Она всегда раздавала остальные.

- Ты сказал «раньше делала». - Я прикусила нижнюю губу и поиграла с ручкой венчика. - Почему она не делает этого теперь?

Взгляд Финна опустился к захламленному столу, но я могла сказать, что он видел что-то еще, чего не видела я. Наконец, он нарушил тишину и произнес:

- Она умерла.

- Мне жаль. - Я не знала, о чем я сожалела больше. О том, что его мама была мертва, или что он был мертв. Сводили с ума даже мысли об этом.

- Не нужно. Все умирают, - сказал он, в его голосе звучала твердость. Он наблюдал, как я отмерила муку и высыпала ее в миску, мои руки дрожали настолько сильно, что большая часть вместо этого просыпалась на столешницу. - Я заставляю тебя нервничать?

- Да. - Я села на пол. - Но, возможно, я перестала бы так нервничать, если бы ты не сидел так, будто все нормально. Потому что это не так. Это... это основательно не нормально.

Финн кивнул, его глаза поглощали меня с каждым мгновением. Вентилятор, который я поставила на кухне чуть раньше, вращался, задувая несколько прядей волос мне в лицо и задевая мои ресницы. Я не могла не заметить, что волосы Финна не шелохнулись.

Не в силах объяснить это, я прижала миску к животу и начала закидывать оставшиеся ингредиенты. По крайней мере, это помогало мне отвлечься от беспорядочного чувства, переполнявшего во мне. Помогало мне отвлечься от того факта, что я стояла здесь и говорила с призраком. Если он вообще им был. Я смотрела, как комочки муки и черники кружились и сливались во взбитое жидкое тесто. Если бы только жизнь была столько проста, как это.

Финн стоял позади меня. Я повернулась, и воздух встал у меня по поперек горла. Я даже не слышала, когда он приблизился.

- Что ты делаешь? - сказала я, мой голос дрожал почти также как и колени.

- Я думал, тебе нужны ответы.

Я закрыла глаза, позволяя его необычно низкому голосу расплавить меня.

- Нужны.

- Тогда прикоснись ко мне.

- Все в порядке. - Я прижалась к столешнице позади меня, упрекая себя за то, что я зажалась в углу. - Ты говоришь, что ты мертв. Я тебе верю.

Взгляд Финна переместился к моему рту, затем снова к моим глазам.

- Все равно, прикоснись ко мне.

Глава 12

Финн

Эмма ничего не ответила. Я смотрел, как она кусала верхнюю губу, несомненно, обдумывая, было ли это хорошей идеей.