Страница 63 из 116
Брон изменил действия. Он немедленно потребовал от команды Хаоса прогнозирования будущего «Энтерпрайза». Через мгновение компьютер был запрограммирован и длинная диаграмма волн Хаоса, окружающих корабль, поползла из печатающего устройства. В течение нескольких ближайших часов линия корабля шла прямо, мимо явных изменений в окружении, потом стремительно поползла вверх, достигла максимума и упала до нуля.
Техники застыли, издав крик ужаса, при виде грозящей им смерти через несколько часов. Брон внимательно посмотрел на диаграмму и попросил еще раз проиграть данные на компьютере.
– Как только дойдете до переломной точки, перепрограммируйте компьютер и начните сначала. И тотчас сообщите мне, если получите какую–нибудь разницу в очередных диаграммах.
В этот момент на мостике появился Кана и с интересом стал наблюдать за его действиями.
– Что ты тут колдуешь, синкретист? Хочешь доказать, что то, что должно произойти, может и не случиться?
– Я уверен, что в теории Хаоса существуют исключения, и я хотел бы их найти.
– При таком количестве атакующих кораблей нужно скорее заниматься подготовкой к бою, чем абстрактными измышлениями! Даю тебе на все это четыре часа, а потом изволь заниматься своими прямыми обязанностями командующего эскадрой!
– Хаос несовершенен, а кроме того, он не наука. Чужаки никогда бы не старались уничтожить меня в Онарисе, если бы серьезно верили, что я погибну через несколько часов.
На экранах высветились сотни световых точек. Неприятель развернул свои главные силы. Экипаж, в напряжении сидевший на своих боевых местах с испугом рассматривал эти страшные машины, изображение которых увеличивалось с каждой секундой. Все люди были очень испуганы из–за кажущейся непобедимости кораблей чужаков…
– Джесси, соедини меня с Андером.
– Он уже здесь.
– Андер! Я думаю, что в теории Хаоса существуют исключения. Я утверждаю, что возможно изменение причинно–следственных связей.
– Это составная часть теории многократных полей Иоганна. Эту теорию поддерживают многие математики, но, к сожалению, до сих пор она не доказана.
– Я думаю, что мне удастся ее доказать. Ты, наверное, просматривал записи и, конечно, заметил, что я немного обманул Хаос, заменив уничтожение «Анны–Марии» искусственным взрывом. Не было ли это изменением цепи причинности?
– Очень небольшое. Был уничтожен другой корабль.
– Да, но позже. А в это время могло что–то произойти, что дало бы начало новой цепи причинно–следствий. И это не могло бы произойти, если бы не порвалась первая цепь.
– Ход рассуждений, Брон, вполне правильный, но твои рассуждения еще требуют доказательств. К несчастью, ничего, о чем ты только что говорил, не произошло.
– Так… Я принял решение, чтобы тебе передали для анализа ленты с записью всех недавних событий, и этот разговор является непосредственным результатом этого решения, точно так же, как и любые другие последующие постановления, которые будут приняты в связи с этим.
Несколько секунд Андер молчал.
– Хорошо. Все эти факты слишком фантастичны, чтобы их сразу понять, но могу сказать пока, что ты добыл хороший пример изменения истории. Я уже тебе говорил, что ты хороший ученый, а не солдат.
– Это все, что я хотел знать. Я буду бороться против пришельцев даже до взрыва Вселенной, если будет нужно.
Его прервал техник из команды Хаоса, который молча протянул ему новые данные компьютера.
– Это невероятно, но, однако, это произошло. Путь корабля уже не ведет к нулю. Когда–то такие вещи назывались, наверное, чарами. Но я всегда думал, что это враки. Если говорить разумно, ничего нет более идиотского, чем все это.
– Идиотизм это или нет, – усмехнулся Брон, – но это сейчас произойдет. – Он потряс диаграммой. – С этого момента я буду решать, как должна выглядеть случайность. Я скажу еще вот что. Приходится сомневаться, что после всего этого Вселенная вернется в норму.
– Ты не просто свинья, а свинья–мегаломан, – включилась Джесси в голове Брона. – Если ты начнешь свои штучки, то я тут же расскажу всем такое о твоей матери, что ты сразу пожалеешь о том, что появился на свет!
32
– Ананиас, ты принимаешь эти голоса?
– Да. Я сообщил на все корабли.
– Отлично. И проверь, как твой капитан корабля умеет пользоваться их предсказаниями. Я приказал Разрушителям также подключиться к этому каналу. Поскольку есть только один сигнал, то лучше было бы разделить наши атаки. Могу поспорить, что чужаки не имеют связи на сверхсветовых волнах и не подозревают, что мы слышим их. Пользуйтесь обычным оружием, чтобы они не сразу поняли, что мы раскусили их.
– Принято. Мы должны подключиться сейчас?
– Как только будете готовы. Сначала мы построимся в боевой порядок, а потом полетим прямо на них, атакуя все, что попадется на пути.
– Должен сказать, что…
Брон прервал связь и вызвал по интеркому Кану.
– Атакуем через десять минут. Мне будет спокойнее, если вы перейдете на борт другого корабля и покинете поле боя.
– Зачем? – удивился Кана. – Что ты собираешься делать?
– Я хочу использовать новую технику, которая столкнет с равновесия Хаос до такой степени, что наши диаграммы уже будут не нужны. Нельзя будет точно предсказать, какой корабль погибнет, а какой уцелеет. Я хотел бы знать, что вы будете в безопасности.
– Если мы проиграем это сражение, – покачал головой Кана, – то чужаки двинутся дальше. И уже все планеты Галактики окажутся в опасности. Поэтому я остаюсь на «Энтерпрайзе».
– Как хотите. Я только хочу, чтобы вы еще раз оценили опасность.
– Брон, с тех пор, как я познакомился с тобой, я потерял всякую уверенность, которую имел до сих пор – о жизни и о природе Вселенной. Ты всегда рискуешь. Ты принимаешь риск, словно это твоя стихия и твоя жизненная потребность. Ты странный человек, Брон.
– Чистая правда, – добавила Джесси.
Вся армада кораблей, построенная человеческими руками, двинулась на врага, выплюнув перед собой сотни мезонных ракет, которые летели впереди как сотня гончих псов перед охотниками. Изображения на экранах начали концентрироваться на отдельных сценах поля боя.
Шум чужих голосов в голове Брона усилился, в них слышалась тревога и беспокойство, надежда и страх. Динамики транслировали по всем кораблям эти голоса. Конечно, в случае необходимости динамики можно было сделать потише, только Брон не мог регулировать этот шум в своей голове.
И вот настал первый контакт. Ослепительный блеск взрывающихся ракет заполнил экраны. Когда изображение восстановилось, на них возникло три корабля землян, устремившихся к врагу. Они атаковали в классическом пикировании, если можно применить такой термин к космосу, где нет верха и низа. Мгновение было тихо. Корабли землян свернули с боевого курса, и корабль чужаков полыхнул огнем, разлетаясь на куски.
Чужаки кричали от бешенства. Брон усилием воли сдерживал этот крик на относительно Спокойном уровне.
Два боевых корабля землян пошли на сближение с тремя звездолетами пришельцев. В первый раз чужаки заколебались. Два их корабля поспешно изменили курс, уходя от атаки, а третий продолжал полет по курсу, и Брон заподозрил, что это корабль–ловушка. Брон испугался, что его план терпит крушение, но тут оба корабля землян, почти столкнувшись, исчезли в подпространстве. Только голоса их капитанов, считывающие данные координат, свидетельствовали, что все было правильно.
Брон заметил, что чужак не взорвался, хотя несколько секунд уже летел новым курсом, сбитый с прежнего резким уходом в подпространство земных кораблей. Два корабля пришельцев, которые раньше отошли в сторону, сейчас приблизились к кораблю–ловушке. И тут… произошел взрыв, в котором два корабля чужаков исчезли в ослепительной огневой вспышке.
Внезапная тишина в голове Брона предостерегала его, что сейчас включился в действие какой–то новый фактор. Необходимо было срочно отыскать на экранах следы опасности. Когда, наконец, он заметил ловушку, было уже поздно. Семь вражеских кораблей образовали кольцо с диаметром в полмиллиона миль с одним кораблем в центре. Это кольцо охватило почти половину флота Разрушителей. На первый взгляд, в них не было ничего необычного, если не считать, что все эти корабли удерживали свое положение с математической точностью.