Страница 62 из 116
– Не могу, Брон. Мне запрещено говорить на эту тему.
– Но я хочу знать!
– Нет, ответа не будет. У нас с тобой сейчас сложилось психологическое равновесие, которое крайне опасно нарушать в столь кризисной ситуации. Это может окончиться трагически… для тебя.
– А для тебя?
– А меня можно не считать, я буду решать свои проблемы сама. Но ты должен знать, Брон. Может быть для Каны и Штаба ты и являешься командующим эскадры, но для меня ты самая обыкновенная свинья, и ты, я надеюсь, тоже знаешь об этом. Моя работа и состоит в том, чтобы ты никогда об этом не забывал.
– Большое спасибо. Поверь мне, что я буду работать над собой. У тебя уже есть ответ Андера?
– Он сидит в вычислительном центре и чинит главный компьютер. И что самое главное – бесплатно! Вот так–то. Хочешь с ним поговорить?
– Пускай заканчивает работу. Дай ему пленки с последними записями. Может быть они смогут быть ему полезны.
– Ты что–то нашел?
– Мне кажется, что мы не сможем сражаться с Чужаками, потому что не имеем подходящего оружия. Если они исследовали наши схемы Хаоса на протяжении тысячелетий, то точно знают границы наших возможностей. Они наверняка побеспокоились о защите своих кораблей от мезонных бомб. Но у нас есть что–то иное, что сильно их беспокоит, иначе они не напали бы на нас. Нужно не забывать, что они наблюдают за нами на протяжении уже семисот миллионов лет.
– И ты думаешь, что знаешь, что им мешает?
– Все говорит о том, что это связано с Хаосом. Они пытались помешать Кане собрать ученых в этой области, не так ли? Пробовали уничтожить меня. Применили оружие, уничтожившее «Джубал». Я начинаю верить, что сам Хаос скрывает Тайну. Но каким образом можно вести войну, применяя только математическую абстракцию? Это единственное, чего я никак не могу понять!
31
– Слышу тебя, Ананиас! Как дела?
– Плохо, Брон. Я потерял шесть звездолетов в самом идиотском бою, который когда–либо проводил. Чужаки просто–напросто издевались надо мной.
– Что случилось?
– Они столкнули корабли с курсов и бросили их друг на друга. Мы едва успели отвернуть, иначе я уже не разговаривал бы с тобой. Это меня очень беспокоит, Брон. Когда подойдут их основные силы, у нас просто не хватит кораблей, чтобы выдержать такое сражение. А наши ракеты не причиняют им вреда.
– Расскажи мне, что произошло на «Тантале», Ананиас.
– «Тантал» вылетел в глубокую разведку в космос. Мы вышли из подпространства в шестнадцати парсеках от границы нашей Галактики. И к своему удивлению через несколько минут после выхода обнаружили, что неподалеку находится какой–то корабль. Сейчас я уже знаю, что это были ОНИ. Они рассчитали с помощью Хаоса наши координаты, а мы тогда еще не могли делать этого. Представляешь, что творилось, когда мы поняли, что это чужак. Ведь впервые человечество встретилось с чужим разумом! Мы безрезультатно пытались связаться с ним. Потом незнакомец двинулся на сближение с нами. И произошел взрыв, или что–то вроде этого, не знаю. Я ничего не могу вспомнить, так как был без сознания. Когда я пришел в себя, то обнаружил, что весь экипаж мертв. Причина их смерти неизвестна. Неизвестна была до сих пор… Потом было еще хуже. Положение звезд не сходилось ни с одной навигационной картой. Компьютер выдал ответ, что согласно с его данными Вселенная перевернулась. Поскольку это было невозможно, я пришел к выводу, что я и корабль были вывернуты наизнанку.
Как бы там ни было, я продолжал жить. Почти ни одна из систем корабля не работала. Я занялся монтажом системы обнаружения. Когда она заработала, радары дальнего действия Каны обнаружили мои слабые сигналы, и пришел патруль, который подобрал меня. Кана хотел, чтобы я рассказал на Земле об угрозе, и я согласился. Он посадил меня на торговое судно в порту Стеро, и я вернулся на Землю, честно рассказав всю историю. Но никто мне не поверил и все считали меня лгуном, который спасал свою шкуру и пустился на поиски оправдания причин гибели корабля. Кроме того, меня обвинили еще и в том, что сам корабль я продал Разрушителям. Вот так–то. Меня понизили в звании и лишили всех прав, но несколько друзей все же поверили мне. В их числе был и ты.
– Значит, из всего сказанного тобой можно сделать такой вывод: имеем четыре способа атаки–уничтожения: как «Джубала» – без соприкосновения с ним; повреждение бортовых компьютеров и отсюда беспорядочное изменение курса и отклонение, как это было с твоими шестью кораблями; самоуничтожение корабля, который мы хотим атаковать, и, наконец, прямое столкновение с противником, как это было с «Танталом». Ни один из этих способов не требует применения оружия в нашем понимании. Похоже, что для боя они используют свои корабли, как это делали когда–то солдаты на Земле под названием «камикадзе». Так, наверное… А если и не так, сейчас это не имеет значения. Продолжаем… каждый из этих способов требует материалов и достижений науки, которая опередила бы нас на века. И что самое главное, каждый метод отличается от другого. Поэтому надо предположить, что мы еще не знаем всех возможностей…
– Может быть разница в ведении боя исходит из их любви к разнообразию? – спросил Ананиас. – Или, вероятно, это имеет более глубокие значения…
– Наверняка это что–то означает. Ведь они посвятили изучению Хаоса миллионы лет. Я уже проверил, что если применить соответствующие действия, то можно изменить Хаос. Но мы имеем очень ограниченные возможности делать это в крупных масштабах. Они много раз анализировали будущие сражения и так изменили карты, что мы не можем отыскать их следы в космосе.
– Это значит, что нам свыше предопределено проиграть.
– Не совсем так. В этом понятии кроется логическая связь, которая может привести нас к обнаружению отсутствующей части этой загадки.
– Черт возьми, если я что–либо понимаю в этом, – буркнул Ананиас. – Но, с другой стороны, я никогда бы не додумался до этого без твоей помощи.
– Посмотрим на проблему с другой с стороны. Можно заложить данные в компьютер и прогнать их как военную игру. Получив теоретическую базу, мы изменяем тактику и еще раз начинаем игру. При достаточном количестве времени мы сможем отыскать такую тактику, которая может обеспечить нам достаточно высокую вероятность победы.
– Но какую связь это имеет с нами?
– Допустим, что чужаки проводили такую тренировку будущей битвы, применяя к ней теорию Хаоса, и получили, что игра закончилась не в их пользу. Тогда они изменили данные и начали игру снова. И так продолжалось до тех пор, пока они не добились положительного результата. Ну что, еще не ясно?
– Откровенно говоря, нет.
– Тогда я объясню подробнее. Это означает, что предсказание Хаоса невозможно. Всегда может быть альтернативная развязка, я думаю, что существуют точки с ключевым значением для всей истории. Знание этих точек и изменение их – в этом роль катализатора Хаоса. Вот он, этот катализатор, он может порвать возможную сетку событий и направить будущее в совершенно другом направлении.
– Мой Бог! Брон! Если ты не ошибаешься…
– Я чувствую, что на этот раз не ошибаюсь. Если же это не так, то надежды у гомо сапиенса уже не будет.
– Как ты используешь это?
– Я добавлю собственный Хаос, «made in Bron», в общую ситуацию. Попробую запрограммировать систему на работу против себя. У тебя на борту есть биотронный передатчик и приемник?
– Да, но…
– Включи приемник и принимай все, что слышишь. Ты увидишь, что в моем канале присутствует чужой сигнал. Ты услышишь, что при подготовке к бою голоса чужаков становятся напряженнее. И таким образом можно будет судить о грозящей нам опасности.
– Каким образом?
– По опыту уже известно, что в таких ситуациях их корабли взрываются. Так мы сможем избежать потерь хотя бы частично…
Сигнал тревоги вызвал Брона к экранам. Еще ничего не было видно, но компьютер уже выдавал данные по положению кораблей неприятеля, которые описывали в космосе гигантскую дугу. Судя по поступившим данным, к ним приближались несколько сотен чужих звездолетов. Большая их часть совпадала с волнами Хаоса, означавшими мгновенное изменение энтропии.