Страница 17 из 114
Охранявшие Кира воины расступились, и мгновенно в него впились сотни глаз, сотни рук протянулись в его сторону. В немом молчаливом порыве люди пытались отдать ему всю свою ненависть, свой страх, гнев, передать все то, что копилось в их душах долгие месяцы.
Странное дело, но Кир ничего не ощущал — он просто смотрел на этих людей, с ужасом понимая, насколько зависимы они все от стоящего на помосте человека, чье располневшее от обильной еды тело не могли скрыть даже ниспадающие складки мантии. Почему они верят этому заплывшему жиром борову, почему его слова так много для них значат? «А почему верил ты, почему ты стоял среди них и тянул руки к беспомощной жертве, стараясь отдать ей все мерзкое, что было в твоей душе?» — вопрос этот всплыл в сознании сам собой, и Кир не знал, что на него ответить.
— Довольно, дети мои! Отправим же зло в горнило Священного Огня, и да спасут боги душу этого заблудшего человека!
Кольцо отточенных копий снова сомкнулось, Кира подвели к Колодцу. Колесо уже было приготовлено и тихо покачивалось над жерлом бездонной пропасти. Подталкиваемый копьями, Кир взобрался на него, его руки коснулись покрытой окалиной поверхности. Тяжелое кованое Колесо качнулось, затем охранники его слегка раскрутили — так, чтобы Кир был всем хорошо виден. Колесо медленно вращалось, снова раздался барабанный бой, послышались восторженные крики. Кир стоял на Колесе, перед ним медленно проплывали сотни лиц — и не было среди них ни одного теплого взгляда.
Великий Боа поднял руку, барабаны ускорили свой ритм. Выждав положенную паузу, вождь торжественно взмахнул рукой, и десять пар рук начали осторожно крутить барабан с навитым на него канатом. Лязгнули цепи. Колесо дрогнуло и плавно пошло вниз, навсегда унося Кира из этого мира…
Холодные мокрые ветви хлестали по лицу, Тая споткнулась в темноте о цепкий корень и в который уже раз за эту ночь упала, больно ударившись о поваленное дерево. Лежа среди мокрых опавших листьев, девушка заплакала, затем с трудом поднялась и снова торопливо пошла вперед. Начинался рассвет, и Тая с ужасом поняла, что она опаздывает — в темноте она сбилась с тропинки и теперь шла практически наобум. От многочисленных шипов и колючек ее тело покрылось царапинами, раненая рука нестерпимо ныла. Тая шла босиком, свои плетеные сандалии она потеряла в болоте, в которое забрела, сбившись с дороги, и откуда с трудом смогла выбраться.
Небо становилось все светлее, и Тая наконец-то смогла сориентироваться — если она права, то очень скоро ей должна встретиться река. Она шла и шла, а реки все не было, и Тая начала беспокоиться, правильно ли она идет. Наконец впереди блеснула водная гладь, но рассмотрев ее как следует, девушка едва не заплакала от отчаяния. Теперь она знала, где находилась — это было Озеро Предков, место, где некогда жил ее народ. Она вгляделась в заросли джунглей по ту сторону озера и заметила слабый металлический блеск — окутанный лианами и вросший в землю, Дом Предков угадывался с большим трудом.
Надо было исправлять свои ночные ошибки, и Тая, стараясь не думать о том, что не успевает, быстро пробилась сквозь заросли к тропинке и стремглав бросилась в сторону деревни. Нестерпимо болели сбитые ноги, но девушка не . останавливалась — ей казалось, что она уже слышит дробь барабанов у Священного Колодца. Вот и Девичий ручей, место, где девушки ее племени загадывали свои самые заветные желания, — Тая перебежала его по уложенному поперек ручья бревну. А вот и поляна, вот то место, где она последний раз была вместе с Киром — подальше от деревни, чтобы отец ничего не узнал.
Дробь барабанов становилась все сильнее, и Тая поняла, что она действительно ее слышит. Господи, как же еще далеко! Не хватало дыхания, бежать дальше девушка уже не могла и перешла на шаг. У очередного ручья она остановилась, бросилась в воду и несколько минут отдыхала, понимая, что иначе ей не дойти. Вода остудила боль, по телу разлилась сладкая истома, избитое тело просило отдыха. И хотя сидеть по горло в воде, удерживаясь за хрупкие ветви, было невыносимо приятно, далекий грохот барабанов терзал душу — не в силах больше этого выносить, Тая быстро выбралась из ручья.
Вот и деревня, но она тиха и пустынна. Ну конечно же, все там, у Священного Колодца! Надо успеть, надо сказать, что Кир никого не обманывал, что боги действительно там, у Щербатой скалы — если только боги могут быть столь жестоки. Тая бежала, не чувствуя под собой ног, грохот барабанов и шум ликующей толпы был уже .совсем близок. Бешено колотилось сердце, Тая задыхалась от быстрого бега — но остановиться не могла, не имела права. Кир был невиновен, и поэтому ей надо было успеть — непременно успеть.
К Священному Колодцу она пробиралась, уже почти ничего перед собой не видя. Расталкивая людей, она пробиралась туда, где был Кир, у ней уже не было сил что-либо сказать. На нее смотрели с удивлением и непониманием, ее пытались остановить, но она упрямо срывала с себя чужие руки и шла вперед. Добравшись до Колодца, она остановилась И несколько секунд молча смотрела на открывшуюся ей картину, еще не в силах осознать произошедшего — большое кованое Колесо, тихонько покачиваясь на удерживающих его цепях, мягко светилось теплым светом раскаленного докрасна металла. Ноги девушки подкосились, и на глазах притихшей толпы она с тихим стоном рухнула на землю.
Светлое пятно над головой медленно уменьшалось, Кир крепко держался за цепи, со страхом вглядываясь вниз. Из недр Священного Колодца поднимались туманные испарения, различить что-либо внизу было невозможно, но даже здесь Кир ощущал исходивший из глубины бездны жар. Его вновь охватил страх, Киру мучительно захотелось жить. Отрешенность и невозмутимость исчезли, и Кир стал лихорадочно оглядываться в поисках спасения. Наверх пути не было — цепи, на которых висело жертвенное Колесо, были специально покрыты острыми стальными шипами, дабы обезумевшая жертва не смогла выбраться по ним наверх. Мимо него медленно проплывали вверх каменные стены, но дотянуться до них Кир не мог. Жар медленно усиливался, по лицу потекли капли пота. Не зная, что предпринять, Кир стал раскачивать Колесо, пытаясь достать до стен. Вскоре ему удалось дотянуться до стены ногой, он стал отталкиваться от нее, раскачиваясь все сильнее. Несколько раз он пытался зацепиться руками за маленькие скальные выступы, но лишь в кровь разодрал ладони. Ему мешала одежда, стесняя в движениях, и Кир без колебаний сбросил с себя роскошное жертвенное одеяние. Было трудно дышать, ядовитые испарения вызывали кашель и .жгли глаза. Стало совсем темно, Кир уже с трудом видел стены. Правда, вскоре тьма немного рассеялась, и Кир понял, что осветивший каменные своды зловещий красноватый свет исходит снизу. Его охватил ужас, Кир снова попытался зацепиться за стену, но чуть не сорвался и только чудом сумел уцепиться за обод Колеса. Держась за негр руками, Кир повис над бездной, пышущие жаром глубины жгли все сильнее.
Он снова начал раскачиваться, пытаясь достать ногами до стены, — и неожиданно понял, что в таком положении раскачивать тяжелый металлический обод стало намного легче. Наконец ему снова удалось достать ногами стену, он оттолкнулся раз, другой — теперь он раскачивался между каменными стенами, лихорадочно осматривая их в поисках укрытия. Одна из стен начала отдаляться и вскоре скрылась из глаз — колодец расширялся. Кир отталкивался все сильнее, до максимума увеличив амплитуду движения, из глаз текли слезы — и вдруг на очередном движении опора под ногами исчезла. Пышущие жаром глубины были уже совсем близко, неотвратимый конец приближался.
И в тот момент, когда Кир уже мысленно прощался с жизнью, он вновь увидел стену — а точнее, показавшийся из тумана скальный выступ. Кир не колебался ни секунды — как только очередное движение гигантского маятника поднесло его к выступу, он отпустил обод и полетел над пылающей бездной. Полет, длившийся доли секунды, показался Киру вечностью — его больно стукнуло о стену, он едва не сорвался и заскользил вниз по наклонной скале, раздирая грудь об острые камни. И все-таки он удержался — удержался тогда, когда ноги уже повисли над бездной. Несколько секунд он удерживал хрупкое равновесие между жизнью и смертью, затем стал медленно отползать от края пропасти. Нет, он не думал, что спасся — скорее это была краткая отсрочка. У него не было никаких шансов выбраться из колодца, и все-таки он уцепился за эту соломинку, не желая сдаваться. Вскоре он уже уверенно сидел на выступе, прижавшись спиной к горячей скале. Он отчетливо "видел скользившую мимо него цепь, вскоре сменившуюся толстым прочным канатом. Прошло несколько минут, и канат замер, вытянувшись во всю длину, — Священное Колесо достигло цели. Кир не видел того, что происходило наверху, но мог догадываться — сейчас Великий Боа воздает хвалу богам и просит их принять жертву. Наконец канат стал подниматься — подниматься наверх, к жизни, к свету, но Кир не сделал ни малейшей попытки за него уцепиться — это было бессмысленно, наверху его ждала смерть. Впрочем, внизу тоже. Вот показалась цепь, из черной она постепенно становилась малиновой, затем из глубины появилось и Священное Колесо — в пылающих недрах чертова колодца оно раскалилось добела, Кир ощутил исходивший от него жар, когда Священное Колесо медленно проплыло мимо.