Страница 6 из 11
Все равно я способен был думать только о ней.
Я покосился вниз, убедился, что звук стоит на нуле, и, поколебавшись лишь секунду, вновь нажал на проигрывание.
Экран был темным, а изображение размытым, но мне и не надо было видеть четко, чтобы знать, что там происходит. Даже без звука я вспомнил пульсирующую музыку и то, как бедра незнакомки ритмично двигались, а юбка задиралась все выше и выше. Американские женщины не ценили бледную кожу без веснушек, но кожа моей незнакомки была идеальна. Проклятье, да я бы вылизал ее от лодыжек до бедер и обратно, если бы она мне позволила. Теперь я знал, что она плясала только для меня, понимая, что я наблюдаю за ней.
И это ей чертовски нравилось.
Боже правый. Это крошечное платьице. Ее растрепанные волосы карамельного цвета, длиной по плечи, и невероятно огромные, невинные карие глаза. Под их взглядом мне хотелось сделать с ней очень, очень плохие вещи.
И, конечно, совершенная задница и сиськи не портили картину.
– Стелла, обедать с тобой – все равно что с пустым стулом, – заявил Уилл, протянув руку через стол и стащив ломтик картошки с моей тарелки.
– М-м-м? – пробормотал я, по-прежнему глядя вниз и старательно изображая равнодушие. – Вы обсуждаете регби. А я тут помираю от скуки. Я уже практически мертв.
Если я чему-то и научился в этом бизнесе, так это тому, что вы никогда, никогда не должны раскрывать карты, даже если у вас на руках худший расклад из возможных. Или ролик с танцующей девушкой, которую вы впоследствии трахнули, прижав к стене.
– На что бы ты ни пялился в своем телефоне, это точно выглядит в тысячу раз лучше, чем «Джетс» в этом сезоне. И ты не хочешь поделиться с нами!
Если бы он только знал, насколько не хочу.
– Просто взглянул на рыночные рейтинги, – сказал я, чуть покачав головой.
Почти застонав, я закрыл видео и сунул телефон во внутренний карман пиджака.
– Скучища.
Уилл выдул то, что оставалось у него в стакане, и рассмеялся.
– Ненавижу тебя за то, что ты так ловко лжешь.
Если бы мы не были лучшими друзьями с тех пор, как три года назад открыли одну из самых успешных венчурных фирм в городе, я бы мог ему поверить.
– Делаю предположение: ты смотришь на телефоне порнушку.
Я пропустил это мимо ушей.
– Эй, Макс, – встрял Джеймс Маршалл, наш главный технический консультант. – Что там у тебя вышло с той женщиной, с которой ты говорил в баре?
Обычно, когда мои приятели спрашивали о какой-нибудь случайной женщине, я пожимал плечами и отвечал «быстрый перепихон» или даже просто «лимузин». Но сейчас, неизвестно почему, я только покачал головой и сказал:
– Ничего.
Официант прибыл с очередной порцией заказанных напитков, и я рассеянно поблагодарил его, хотя не притронулся даже к первому. Мой взгляд нетерпеливо скользил по комнате. Обычная толпа обедающих: деловые встречи и женщины, забежавшие в ресторан.
Мне захотелось вырваться из собственной кожи.
Джеймс застонал, закрыл папку и сунул ее в дипломат. Он прижал стакан ко лбу и вздрогнул.
– Кто-нибудь еще оплачивает выходные? Я слишком стар для этого дерьма.
Я поднял стакан со скотчем к губам и немедленно пожалел об этом. Как мог этот напиток, к которому я прикладывался почти каждый день с момента совершеннолетия, вдруг напомнить мне о женщине, встреченной лишь раз? Рядом кто-то кашлянул. Я поднял голову.
– Эй, – сказал Уилл.
Проследив за его взглядом, я заметил мужчину, пересекавшего ресторанный зал.
– Это не Беннетт Райан, случаем?
– Будь я проклят, – выдохнул я, глядя на шагавшую по залу высокую фигуру – принадлежавшую, отметим, моему старинному другу.
– Ты его знаешь? – спросил Джеймс.
– Да, мы вместе учились в универе, и он три года был моим соседом по комнате. Он звонил мне пару месяцев назад – хотел на время одолжить мою виллу в Марселе, чтобы сделать предложение своей подружке. Мы поговорили о расширении «Райан Медиа» и об их новом нью-йоркском офисе.
Мы наблюдали за тем, как Беннетт остановился у столика в противоположном конце зала и расплылся в идиотской улыбке, прежде чем наклониться и поцеловать потрясающую брюнетку.
– Похоже, Франция сработала, – рассмеялся Уилл.
Но моим вниманием завладела отнюдь не будущая миссис Беннетт Райан, а прекрасная женщина, стоявшая рядом с ней и сейчас потянувшаяся к своей сумочке. Те же карамельно-медовые волосы, те же алые губы, что я целовал в клубе, те же широко распахнутые карие глаза. Мне потребовались все силы, чтобы остаться сидеть на месте, а не вскочить и не кинуться прямо к ней. Она улыбнулась Беннетту. Затем он сказал что-то, отчего обе женщины рассмеялись, и вся троица вышла из ресторана. А мне только и оставалось, что пялиться им вслед.
Похоже, пришло время нанести визит старому другу.
– Макс Стелла!
Большие железные двери, разделявшие внутреннюю часть офиса и приемную «Райан Медиа» распахнулись, и мне навстречу вышел Беннетт Райан собственной персоной.
– Как делишки, старина?
Я отошел от панорамного окна с видом на Пятую авеню и пожал Беннетту руку.
– Отлично, – ответил я, оглядываясь по сторонам.
Атриум был по меньшей мере высотой в два этажа. Начищенный мраморный пол ярко блестел на полуденном солнце. Небольшая зона отдыха была чуть в стороне. Здесь стояли кожаные диваны, а с потолка, с высоты примерно в двадцать футов, свисала огромная люстра в форме хрустального шара. За широкой регистрационной стойкой рукотворный водопад рушился со стены, выложенной голубой плиткой. Небольшая группа сотрудников спешила от лифтов по своим офисам, бросая на Беннетта нервные взгляды.
– Похоже, ты тут неплохо устроился.
Он махнул мне рукой, делая знак следовать за собой.
– Мы постепенно набираем обороты. Нью-Йорк, в конечном счете, – это всегда Нью-Йорк.
Беннетт провел меня в свой угловой кабинет с огромными окнами и потрясающим видом на парк.
– А как невеста? – спросил я, кивнув на фотографию в рамке на его письменном столе. – Похоже, Средиземноморье пришлось ей по вкусу. Иначе зачем бы она согласилась выйти замуж за такого высокомерного олуха?
Беннетт рассмеялся.
– Хлоя просто совершенство. Спасибо, что разрешил мне привезти ее туда.
Я пожал плечами.
– Все равно большую часть времени дом пустует. Рад, что это сработало.
Указав мне на стул, Беннетт уселся в массивное директорское кресло спиной к окну.
– Мы давно не виделись. Как у тебя дела?
– Превосходно.
– Наслышан, – он поскреб подбородок, изучающе глядя на меня. – Было бы здорово, если бы ты зашел к нам в гости. Мы уже устроились, и я выложил Хлое всю твою подноготную.
– Надеюсь, ты преувеличиваешь.
Из всех жителей Нью-Йорка именно Беннетт Райан мог рассказать самые грязные байки о моих беззаботных деньках.
– Ну, я рассказал ей ровно столько, чтобы ей захотелось с тобой встретиться, – согласился он.
– Рад буду заглянуть и потрепаться о старых деньках в любое время.
Я взглянул на здания, видневшиеся в окнах за спиной Беннетта. Признаться, я колебался. Беннетт Райан отнюдь не читался, как открытая книга – именно это отчасти и делало его таким успешным бизнесменом.
– Но, признаюсь, я пришел, чтобы попросить тебя об одолжении.
Он наклонился вперед и улыбнулся.
– Я догадался.
Я спокойно работал с самыми грозными людьми в деловом мире, но с Беннеттом Райаном всегда приходилось тщательно подбирать слова. Особенно когда просишь о чем-то настолько… деликатном.
– Я тут немного увлекся женщиной, с которой встретился недавно в ночном клубе. Я не успел спросить ее номер телефона и с тех пор нещадно себя за это пинаю. Но тут мне подфартило – я увидел ее вчера за обедом с тобой и твоей несравненной Хлоей.
Беннетт несколько секунд молча смотрел на меня.
– Ты говоришь о Саре?
– Сара, – повторил я, возможно, с чуть большим триумфом, чем требовалось.