Страница 75 из 88
К нему осторожно приблизился, судя по баулу с намалеванным красным крестом и полумесяцем, лекарь. Что он делал и как Сергей уже не видел и не чувствовал. Большая потеря крови из рваной раны сделало то, что не могли сделать накинувшиеся на него до этого душманы.
Мне вновь привиделся старик. Он пытался что-то сказать, но голоса не было слышно, а по губам понять, что от него хочет этот дервиш …. Да, точно, вот это слово, именно дервиш. Я, непроизвольно иногда думая о старике периодически посещавшего мои сны, пытался определить, кого он мне напоминает. В высоком колпаке, в длинном замызганном халате и тапочках на босую ногу с загнутыми концами вверх…, я уже не сомневался, что передо мной дервиш, который пытается что-то сказать, а звука нет. Вроде как недоволен и в чём-то упрекает меня и тычет своим скукоженным с длинным ногтем пальцем в амулет, который я повесил себе на шею еще в пещерке-логове. Так и исчез с глаз долой с недовольным лицом, напоминающим маску клоуна в цирке.
Он исчез, зато появилось сосущее чувство незавершенной работы, которую обещал сделать, но по каким-то независящим от меня причинам не смог во время завершить. У меня и раньше бывало так. Иногда казалось, что предстоит какое-то важное событие или нужно срочно что-то сделать, преодолеть какой-то рубеж. И вроде бы все готово, все просчитано и решено. Только остается сделать шаг. Но вот это и напрягает. А что там за “горизонтом”? Неизвестность? Пустота? И неизбежная необходимость - решать. Решать и как можно быстрее! Делать или не делать….
Умом понятно, что надо делать, причем надо обязательно. А в душе боязнь. Может отложить? Плюнуть на все и повернуть назад?
Это состояние - даже не души, а какого-то внутреннего предчувствия всегда означало только одно - предстоит познать неприятное. К нему надо себя подготовить. Каким-то образом предупредить себя самого и не забыть об этом, тем самым обезопасить, отвести в сторону эту опасность. Четко понимая всё это во сне, просыпаясь, не могу вспомнить и мучаюсь весь день, неосознанно ожидая нехорошее. У меня проявлялись и другие, чисто интуитивные предчувствия, или предвидения, выработанные за недолгую, но насыщенную жизнь. И хорошие и плохие. Но вот это, которое обозначало приближение беды, всегда сбывалась.
Много что ещё мерещилось мне в горячечном бреду, ибо яд с собачьих клыков успел проникнуть в мою кровь, и рана от этого яда набухла темно-фиолетовым пузырём и пахла гноем и тухлятиной. Его бы могли просто пристрелить и выкинуть в какое-нибудь ущелье, но боязнь что хозяин будет недоволен, заставляла лекаря делать все возможное, что тот мог сделать. У него не было специального медицинского образования, но за ним стояли его предки и их знания знахарей, и лечил он, опираясь на многовековый опыт. Тем не менее, он боялся сделать что-то кардинальное. Пациент может умереть и умрет от его лечения, а это грозит лекарю очередными неприятностями. Ведь из двоих нукеров хозяина поверженных этим гяуром одного так и не удалось спасти. И это послужило причиной, по которой лекарю задержали жалование за три месяца. А обещание отправить в действующий отряд это не просто угроза. Вот поэтому лекарь и боится что-то предпринимать в отношении русского. Но что бы обезопасить себя, он решился доложить о плохом здоровье пациента своему господину.
Хозяин задумался. Ему нужен не труп, он не хочет, чтобы шурави ушел из жизни так легко.
- Сделай все возможное и невозможное. Мне он нужен живым.
- Я и так делаю всё что умею, но ему нужна операция и замена крови, его кровь заражена и
если ее не заменить то он умрёт. Его нужно везти в госпиталь к военным, только там смогут ему
помочь, но это дорого и не для раба.
- Ты у меня лекарь, вот и делай операцию, заодно потренируешься, хоть таким образом он
принесёт мне пользу. Не бойся, я с тебя не спрошу за его смерть, но если он выживет, то получишь награду.
Неизвестно, что послужило причиной, но лекарь рискнул и стал лечить, не оглядываясь на хозяина. Сергей точно не знал, что применял в этом лечении лекарь, какие лекарства и снадобья. Лишь потом по разговорам он с ужасом осознал, что его тело было использовано как экспонат для лабораторных работ этого доморощенного знахаря. Гнойную рану он очищал с помощью червяков-опарышей какой-то бабочки, а затем, очистив от остатков гниющей плоти и червяков, дал зализывать рану собаке и только после этого наложил повязку с вонючей мазью. Для питья он использовал эликсир собственного изготовления. Какие индигриенты в этом эликсире он использовал, осталось его секретом, но то, что один только запах вызывал рвотные позывы, уже говорит о составе напитка. Но, тем не менее, уже через две недели Сергей смог встать на ноги. Организм молодого человека смог побороть болезнь. Да и настойчивое лечение местного “эскулапа” видимо тоже сыграло свою роль, и тот был очень горд, что его пациент выздоровел, и он тем самым продемонстрировал хозяину свою значимость.
Зима как таковая в этом уголке Афганистана почти отсутствует, зато весна своим буйным цветением всего растущего в этой долине ярко показывала, что жизнь идет своим чередом, и нет на этом свете ничего более постоянного. Это люди временные на этой земле. Они гости на этом празднике жизни и то, что они считают себя хозяевами не больше чем самообман. Как бы они не хотели доказать свою значимость суетясь и делая все возможное и невозможное, но они всего лишь миг в бесконечности. Понимая это, многие из живущих торопятся получить все удовольствия от своего короткого пребывания в этом мире, и конечно не задумываются о вечном, о душе. Торопясь жить, многие и не успевают понять для чего они здесь, да и вспоминают об этом лишь тогда когда уже надо уходить. И не понятно для кого, и ради чего укорачивают всеми возможными способами этот промежуток своего бытия. Наверное, если смотреть со стороны на весь этот мир, то он напоминает грязную ёмкость, в которой копошатся люди в стремлении вылезти из этой клоаки. При этом отталкивая других, а частенько просто лишая жизни более слабых. Как тараканы в банке. Куда лезут? Для чего? Рожают себе подобных и тут же их поедают. Б-р-р-р - мерзость какая!
Мухаммед явно знал, что он человек, от которого зависят многие. Это именно он решает, кому жить, а кому умереть. При этом ему не нужны были материальные блага, его устраивала власть и возможность влиять на судьбы людей. Он этим жил, упивался этим. Но хотелось большего. Его не устраивало, что в его абсолютном подчинении находится так мало людей. Его жажда власти стремилась к славе обожаемого им властителя мира Дария, потомком которого он считал и себя. Пока же он был всего лишь одним из многих мелких командиров отрядов заполонивших многострадальный Афганистан. Да, с ним считались, его боялись, даже уважали. Но все это не то, все это мелочь. Хотелось большего. В своем неуемном желании он делал всё возможное и невозможное. Но самое главное, как он считал, это иметь хорошо вооруженную и обученную свою армию. Средств не хватало, не смотря на поддержку со стороны “инвесторов”. Его поддерживали в его стремлении к созданию своего независимого государства, пусть пока на первых порах и автономного, в составе Пакистана. Лишь бы снабжали и давали деньги. Для обеспечения своих далеко идущих планов он заставил своих подданных сеять мак и готовить из него наркотики. Сбыт уже хорошо налажен и денежные потоки от этого бизнеса дадут ему возможность осуществить свою мечту. На эти деньги он приобретал оружие, приглашал хороших специалистов для обучения его бойцов, планировал вооружить и оснастить большое количество своих преданных ему, как он считал, подданных.
То, что так легко смог справиться этот шурави с толпой его воинов, было для него унизительно и заставляло думать, что обучение его воинов пока не на достаточном уровне. Поэтому он и оставил Сергея в живых в надежде, что сможет заставить его заниматься обучением своих джигитов. Этот пленный мог делать то, что не мог показать ни один инструктор ранее приглашенных им для обучения его воинов. Ну, может тибетец смог бы с ним соперничать, если бы был молодым, но тот сам уже еле двигался, а на словах многому не научишь.