Страница 4 из 50
Это уже совсем не походило на мышей…
Кот яростно зашипел.
Антонина Михайловна и Саша с любопытством наблюдали за поведением животного. Они ничего не видели, не слышали и недоумевали, что же могло так раздражать Белку, отличавшегося характером крайне флегматичным.
Вдруг кот сжался ещё больше и… прыгнул!
Ни Саша, ни его мать не могли впоследствии связно рассказать о том, что видели их глаза. В самом буквальном смысле они оба своим глазам не поверили.
Белка прыгнул так, что должен был оказаться на полу немного позади стула, на котором сидел Саша.
Но не оказался!
Саша и Антонина Михайловна смотрели в этот момент прямо на Белку. И у них не осталось никакой возможности прибегнуть к спасительному при таких обстоятельствах самообману, чтобы успокоить себя тем, что Белка якобы прыгнул не рядом с Сашиным стулом, а под стол и сейчас находится именно там. Они были бы бесконечно рады подумать так, но… оба инстинктивно боялись сделать самое простое и естественное движение и заглянуть под стол.
Потому что они знали, твёрдо и точно знали — КОТА ПОД СТОЛОМ НЕТ!
Ведь они оба все видели!
В их памяти навсегда запечатлелись, как остановившиеся кинокадры: кот, сжавшийся подобно пружине на сиденье стула, тот же кот, распластавшийся в стремительном прыжке и… ничего больше! Белка неожиданно исчез, словно растворился в воздухе.
Антонина Михайловна закричала. Саша, наоборот, сжал губы и тряхнул головой, желая как можно скорее, немедленно избавиться от чудовищного наваждения.
Но «наваждение» никуда не исчезло…
Белки не было!
Даже много лет спустя, вспоминая это утро, Саша и его мать не могли отделаться от впечатления, что они оба неподвижно простояли (Антонина Михайловна — у плиты, а Саша возле стула, с которого он вскочил в момент исчезновения кота) не менее пяти — шести минут, тогда как в действительности прошли считанные секунды. Но в эти секунды время как бы остановилось для них. Застывшие в оцепенении, они с какой-то необычайной, никогда не испытанной отчётливостью воспринимали все, что их окружало, такое привычное, обыденное, на что раньше они никогда не обращали внимания: булькание закипающего чайника, шипение масла на сковородке, которое не успело даже подгореть за эти мгновения, тиканье часов, темноту за окном и промелькнувшие блики света на стене соседнего дома от фар проезжающей автомашины. Все было как всегда, не было только Белки, и это отнюдь не примечательное, пустячное по сути обстоятельство придавало всему окружающему жуткий оттенок нереальности. И только потому, что отсутствие животного ничем разумным объяснить было совершенно невозможно.
Большой, пушистый, белый, как только что выпавший снег, зверёк исчез на глазах у двух человек. В это нельзя было поверить до конца!
На крик жены, разнёсшийся по всему дому, прибежал полуодетый Александр Степанович. Выслушав торопливый и бессвязный рассказ сына, он посоветовал «прекратить бред». И тут же заглянул под стол, под кухонный шкаф и во все углы. То же проделал прибежавший вслед за отцом младший Кустов. Он даже неизвестно зачем заглянул в духовку.
Кота нигде не было!
Коля кинулся искать его в других комнатах. Немного пришедший в себя старший брат последовал его примеру, хотя и был абсолютно убеждён в бесцельности поисков.
То, что он видел собственными глазами, не могло произойти, но в то же время, вне сомнения, произошло!
Антонине Михайловне стало плохо. Муж помог ей прилечь на кровать, а сам, поминутно чертыхаясь и зовя виновника переполоха, который упорно «не желал» появляться, принялся старательно помогать сыновьям.
Дом был несколько раз осмотрен сверху донизу. Коля не поленился побывать даже на чердаке, куда Белка, между прочим, не мог попасть, так как люк, ведущий туда, всегда был заперт на замок.
Минут через двадцать, когда все трое сошлись посреди гостиной, Саша сказал:
— Ну хорошо, я согласен с тем, что не прав, что правы вы оба. Я готов допустить, что стал жертвой обмана зрения, галлюцинации, бредового видения, чего угодно! Но ведь и мама видела то же самое. Одна и та же галлюцинация, один и тот же сон не могут привидеться двум людям одновременно. Здесь нет выбора! Правы либо вы оба, либо я и мама. Третьего нет! А мы утверждаем, что Белка исчез в момент прыжка, когда находился в воздухе между стулом, с которого прыгнул, и полом, до которого не допрыгнул.
— Глупости!
Но в голосе Александра Степановича уже не было недавней уверенности.
— Хорошо! — все тем же ровным, нарочито спокойным голосом сказал Саша. — Хорошо! Согласен и с этим. Глупости! Но тогда будь так добр и скажи: где же Белка, однако, сейчас находится?
— Надо искать!
— Дом осмотрен. Не думаю, чтобы мы трое пропустили хотя бы один квадратный сантиметр. Да Белка и не иголка. Где же искать дальше? Где?
Ответа Саша не получил.
Обе наружные двери, все окна и форточки закрыты. Мебели очень немного, Антонина Михайловна не любила загромождать комнаты вещами. Если кот находится в доме, он несомненно был бы давно найден.
Александр Степанович и Коля отлично понимали это. Но они не могли забыть и того, что Белка физически не мог покинуть дом.
— Эх! — неожиданно воскликнул Коля. — И почему только меня не было тогда на кухне вместе с вами.
Ему казалось, что если бы он сам был с матерью и старшим братом, то, уж конечно, увидел бы все гораздо лучше, чем они.
И, боясь признаться в этом даже самому себе, о том же подумал и Александр Степанович. Потому что человеку чрезвычайно трудно, почти невозможно, примириться с фактом чуда. А то, что произошло с Белкой, иначе как чудом назвать было нельзя…
— Ты вполне уверен, что форточка на кухне была закрыта? — прекрасно понимая бесцельность этого вопроса, задаваемого им в третий или в четвёртый раз, спросил Александр Степанович.
И в свою очередь не замечая, что в третий или в четвёртый раз слово в слово повторяет одно и то же, Саша ответил:
— К сожалению, сомнений нет! Я совершенно уверен в этом. Ведь я сидел под форточкой. Зима же сейчас. Мы могли забыть, что форточка открыта, только летом. И уж в любом случае не забыли бы, что закрывали её после исчезновения Белки. Кроме того, Белка прыгнул не в сторону окна, а как раз от него.
— Да, ты прав, — с глубоким вздохом сказал Александр Степанович. — Все это логично!
— Будем продолжать поиски?
— Нет! — решительно ответил отец.
Он первым почувствовал угрожающую опасность. Находиться и дальше в состоянии столь острой растерянности было нельзя. Так недалеко и до психического расстройства.
— Кот найдётся сам! — сказал он, стараясь говорить как можно твёрже, с уверенностью, которой у него и в помине не было. — Не может он не найтись. Такого не бывает! А на дежурство ты не опоздаешь, Саша?
— Нет, у меня ещё двадцать минут.
— Ведь ты, кажется, ещё не завтракал?
— Боюсь, что аппетит пропал, — поняв, что заставляет отца менять тему, попытался пошутить Саша, — и не вернётся, пока Белка не явится.
— «Явится», «найдётся», — сказал Коля. — А как он может найтись или, ещё того лучше, «явиться», если его нигде нет?
Он даже боялся, что Белка вдруг и на самом деле найдётся, что это столь таинственное исчезновение вдруг объяснится самым прозаическим образом и ему, Коле, нечего будет рассказать школьным товарищам.
— Нигде он не может найтись! — повторил он. — Ниоткуда не может явиться. Кот разложился на атомы!
— Что? Что?…
— Разложился на атомы! Очень просто! Как это случилось, не знаю, но уверен, ничего таинственного, сверхъестественного здесь нет.
— Чем говорить глупости, — рассердился Александр Степанович, — иди-ка ты мыться и одеваться! А то в школу опоздаешь из-за кота. И не советую говорить всю эту чушь в присутствии преподавателей. Белка найдётся самым естественным образом. Обязательно! Не может он не найтись!
Больше, чем сыновей, ему хотелось убедить в этом самого себя.