Страница 38 из 74
Рен рассвирепел. Так значит за всем этим стоит Чейз Камерон. У Чейза всегда был нюх на хорошеньких женщин. Каким-то образом он встретил Илейн и, насколько Рен знал Чейза, тот сейчас ломал голову, пытаясь затащить ее в постель, — а может, уже сделал это. Внутри у Рена все похолодело.
— Если я решил, что ты поедешь со мной, — сказал он, — никакой Чейз Камерон не остановит меня. — Он заглянул в золотисто-карие глаза Илейн. В них ничего не отражалось. Ее грудь вздымалась под платьем с низким декольте, пробуждая воспоминания о розовых сосках и нежной, как шелк, коже. Кровь стучала у него в ушах, а тело трепетало от желания. Он почти не владел собой. Eй хотелось обнять ее. Он облизал губы, борясь с желанием поцеловать ее. Если бы не Джакоб Стэнхоуп и данное слово…
— Мы на этом не закончили, Илейн. Он твердо взглянул ей в глаза. Я вернусь.
Илейн смотрела, как он поворачивается и уходит. Его фигура с широкой спиной и узкими бедрами исчезла в темноте. Забежав в салун и закрывшись в своей комнате, она горько заплакала. Почему он не оставит ее в покое? Теперь, увидев его снова, Илейн почувствовала себя хуже, чем когда-либо. Упав кровать, она отдавалась горестным воспоминаниям, пока стук в дверь не прервал ее.
— Я могу что-нибудь сделать для тебя — От спокойных слов и теплой улыбки Чейза ей стало еще горше.
— Нет, Чейз, но спасибо за беспокойство.
Если ты не против, я бы побыла одна.
— Как скажешь, но если твой друг Дэниэлс будет досаждать, сразу зови.
Итак, эти двое знали друг друга. Она кивнула:
— Спасибо, Чейз, я позову.
— Обещаешь?
Она невольно улыбнулась. Чейз умел вызывать у нее улыбку.
— Я обещаю. Спасибо. — Она заперла за ним дверь и попыталась не думать о Рене.
Рен остановился в отеле Сентрал-Сити. Он знал, что ему повезло, что, в конце концов, нашлось, где переночевать. Он стащил ботинки и рубашку и растянулся на узкой кровати. Что ж, он все испортил. Илейн почти ненавидит его, и теперь в гуще событий оказался Чейз Камерон со своим обаянием джентльмена с Юга. Не то чтоб Чейз был недостойным человеком, он был по-своему интересен. Рену он даже нравился — до некоторой степени. Но Чейз был не тем мужчиной, который нужен Илейн. Когда дело касалось женщин, его мораль была сродни морали канализационной крысы. Несомненно, Илейн не могла не понять этого и все же пала так низко, чтобы спать с парнем вроде Чейза?
Рен достал из кармана брюк маленькие золотые часы и открыл крышку. Оказалось, он пролежал в постели, надеясь уснуть, целых два часа. Опустив крышку, он сел на кровати и убрал часы обратно в карман. Зачем себя насиловать? Может, если он немного выпьет, ему удастся уснуть, натянул ботинки, надел рубашку и, ходу заправляя ее в брюки, вышел комнаты.
Хотя внутренний голос и говорил ему, что это плохая мысль, Рен все же двинулся в сторону «Черной Подвязки». Он распахнул двустворчатую дверь и смешался с полупьяной публикой.
Рен стоял в самом конце стойки и прекрасно видел лестницу, ведущую к расположенным над салуном комнатам. Он видел даже несколько дверей. По этой лестнице нескончаемым потоком поднимались и спускались старатели и девицы. Лишь это сдерживало Рена, чтобы не начать колотить каждую дверь до тех пор, пока он не найдет Илейн. Мысль о том, что в эту минуту в е комнате кто-то есть, вызывала бурю негодования.
Илейн разбудил легкий стук в дверь. Уст от своих страданий, она уснула, даже не сняла черно-красное платье.
— Минуточку, — крикнула она. Подбежав к тазику, она плеснула туда немного воды ополоснула лицо, потом промокнула воду грубым полотенцем и подошла к двери.
— Привет, мисс Лейни.
— Привет, Вилли. Чем я могу тебе помочь
В коридоре стоял Вилли Дженкинс, он нерешительно мял в руках шляпу и хватал ртом воздух.
— Могу я с вами немного поговорить? Это о Делси.
И хотя час был поздний, обычно Илейн засыпала гораздо позже. Она понимала, что без необходимости Вилли не стал бы ее беспокоить. Видя несчастное выражение его лица, она пригласила парня войти. О ней ведь никто, кроме него, не заботился.
— Что случилось, Вилли?
Он стоял рядом, огромный, как башня, и не переставая теребил мочку уха.
— Дело в том… ну, я… не могли бы вы поговорить с Делси вместо меня?
— Буду рада, Вилли. О чем? Вилли откашлялся.
— Ну, мы с Делси вместе уже два года. Моя золотая жила дает регулярный доход, и я хочу, чтоб Делси вышла за меня замуж.
— Правда, Вилли? Это же чудесно! Так чего ты от меня хочешь? Скажите это ей.
— Все не так просто, мисс Лейни. Там, откуда приехала Делси, в Теннесси, женщина, которая… которая… черт, все очень просто, она не выйдет за меня замуж. Делси думает, что недостойна меня. Я говорил ей, что все это ерунда, но она не слушает. Я хочу заботиться о ней, хочу забрать ее отсюда. Поговорите с ней, пожалуйста, мисс Лейни. Она прислушается к вашему совету.
Илейн сжала руку Вилли.
— Конечно, я поговорю с ней. Делси — хорошая женщина. Она честна с тобой, и нет никаких причин, которые мешали бы вам пожениться.
Наконец Вилли улыбнулся. Он хлопнул себя по бедру широкополой шляпой, а потом нахлобучил ее на голову.
— Спасибо, мисс Лейни. Это здорово. — Распахнув дверь, он вышел в коридор. — О, кстати, — сказал он. — Прошлой ночью когда я забыл свой бумажник, она одолжила мне немного денег. Я должен был раньше ей их отдать. А сейчас Эд Дрейк и другие парни ждут меня у салуна. Мы идем к Эду поиграть в покер. Вы не могли бы передать Делси мой долг?
Он подал Илейн пачку бумажных денег, и по привычке она засунула их за вырез платья. Мужчины часто бросали ей деньги, пока она пела, и она быстро усвоила, где для них самое удобное место.
— Если я не увижу ее сегодня, я передам ей это при первой же встрече утром. Спокойной ночи, Вилли.
— Спокойной ночи, мисс Лейни, и спасибо за все.
Илейн улыбнулась ему и закрыла дверь. Похоже, ее подружке улыбнулось счастье. Ей так хотелось сказать то же самое про себя.
Глядя на дверь Илейн от дальнего конца стойки бара, Рен Дэниэлс сжал стакан с такой силой, что побелели ногти. Так вот как обстоит дело. Илейн не только пела в «Черной Подвязке» — она была шлюхой.
Проклятье! Уж в этом-то он не виноват? Он наблюдал, как дюжий старатель спускался по лестнице, широко улыбаясь. Ему, видимо, понравилась Илейн. Представив ее длинноногое полногрудое тело, прижатое тяжелым шахтером, он почувствовал, как стала закипать кровь. Рен разрывался: с одной стороны он испытывал муку оттого, что пустил ее жизнь по наклонной, а с другой — бесился оттого, что не он сам только что вышел из ее комнаты. Как могла эта женщина прогнать его, чтоб упасть в объятья незнакомца, даже не задумываясь. Он заметил, как шахтер дал Илейн пачку денег. По-видимому, Илейн оценивала себя недешево.
— Бармен! — окликнул Рен седоватого мужчину, протиравшего невдалеке стаканы.
— Принеси мне еще выпить. Двойной виски.
Он сжал кулаки и челюсти. Будь она проклята за то, что он так мерзко себя чувствует.
От третьей порции виски в нем родилась решимость и возникла идея. Разве он отличается от других? Теперь она шлюха. Она продает себя по самой высокой цене, а у него — целый бумажник денег. Он еще не женат, но даже если бы и был, Мелисса не ожидает от него верности. Она, возможно, будет даже приветствовать его связи — они будут значить сокращение ее супружеских обязанностей. Рен допил виски, заплатил бармену, оставив на чай, и двинулся к лестнице. Никто больше не входил в комнату Илейн, поэтому он был уверен, что она одна. Одна и ждет нового посетителя. Что ж, все очень кстати.
Илейн выскользнула из платья и набросила легкий шелковый халатик. Сидя перед зеркалом, она расчесывала волосы. Как обычно, ближе к ночи, идут гости. Так всегда говорила ее мама. В третий раз за вечер стучат в дверь. Может, Делси пришла пожелать спокойной ночи, и они смогут поговорить, хотя сейчас ей было тяжело говорить о чьем-либо замужестве. Она сразу вспоминает при этом Рена.