Страница 40 из 83
— Свадьба в шесть часов. Я зайду получасом раньше.
— Но жених не должен видеть невесту до свадьбы! Это плохая примета, — воскликнула Молли.
Огромные голубые глаза были такими призывными, что Сэм испугался утонуть в них.
— Хорошо. Я пришлю кого-нибудь за вами. — Несколько секунд он молча смотрел на нее и, не выдержав, заключил в объятия, крепко поцеловав.
— Спокойной ночи, детка!
Задыхаясь, Молли шагнула к себе в номер и тихо закрыла за собой дверь.
Голова Молли кружилась — и не только, и не столько от шампанского. Она провела прекрасный вечер с Сэмом и, хотя чувствовала себя виноватой, знала; рано или поздно угрызения совести пройдут.
Что действительно волновало ее, так это поцелуи Сэма. Она словно утопала от них в реке, сгорала в огне, погружалась в лед, и чувство это было слишком мятежным, чтобы облечь его в слова.
Все было так, будто в те мгновения она не владела ни своим телом, ни мыслям и совершенно теряла волю. Несмотря на приятные ощущения, Молли это не нравилось.
Она позвала горничную помочь ей раздеться, затем расчесала волосы несколько более энергично, чем в том была необходимость, и, надев ночную сорочку, взобралась на кровать.
Чего добивается Сэм? И почему так мил с нею? Быть может, он все-таки хочет прибрать к рукам ее ранчо? Наверняка, Сэм не все говорит ей!
Молли уткнулась лицом в подушку и попыталась уснуть. Она злилась на себя за то, что отвечала на поцелуи, а на Сэма — за лицемерие. А что будет с нею завтра ночью? Почувствует ли она такие же тепло и доверие, как сегодня? Возжелает ли чего-то большего, сама не понимая, что именно? Или испытает отвращение, но вынуждена будет подчиниться и смириться с неотвратимостью унижения?
Отказавшись от тяжелых раздумий, так и не решив, что же принесет ей день грядущий, Молли забылась беспокойным сном.
Солнце ярко светило в небе Колорадо, когда Молли проснулась от стука в дверь. Накинув легкий шелковый халат, она потянулась, зевнула и открыла.
Маленькая темноволосая женщина с восточными чертами лица стояла рядом с худеньким мальчиком-посыльным, державшим в руках множество коробок.
— Мистер Бренниган послать это, — сказала женщина на ломаном английском. — Сказать, я прийти помогать одеваться.
Посыльный сгрузил коробки на кровать и ушел, закрыв за собой дверь. Недоумевая, что же Сэм мог прислать, Молли открыла одну из коробок и обнаружила в ней белоснежный пеньюар из французского кружева и пару белых атласных туфелек.
Разложив на кровати, она разглядывала пеньюар с благоговейным трепетом. Слов нет, он был прекрасен. Взглянув на маленькую китаянку, многозначительно улыбавшуюся, Молли почувствовала, как краска приливает к ее щекам.
— Мистер Бренниган — хороший человек, да? — сказала женщина.
— Да, — ответила Молли.
Но глядя на пеньюар и догадываясь, что Сэм прислал его, чтобы она ночью надела для него это прозрачное неглиже, Молли засомневалась, хороший ли он человек.
С трепетным чувством она открыла вторую коробку. Ее рука задрожала, а в горле встал комок, когда она осторожно вытащила из коробки прекрасное свадебное платье из белого шелка.
Простое и элегантное, с высокой горловиной и длинными пышными рукавами, оно было украшено лишь крошечными, спускающимися от плеч к талии, складками и рядом жемчужных пуговиц, пришитых спереди к лифу.
Платье было сшито из тончайшего шелка. Маленькие жемчужные пуговицы стягивали рукава на запястьях.
К тому времени, когда Молли извлекла из коробки белую вуаль, увенчанную жемчужной диадемой, ее сердце так бешено колотилось о ребра, что она боялась: присланная Сэмом женщина слышит этот стук.
Молли разложила платье на кровати и собралась было накрыть коробку крышкой, как вдруг заметила на дне небольшой белый конверт.
Пытаясь сдержать дрожь в пальцах, она вытащила карточку и прочитала несколько простых слов, написанных энергичным мужским почерком:
«ИНОГДА МЕЧТЫ СБЫВАЮТСЯ, МОЛЛИ».
Внизу вместо подписи стояла буква «С».
Молли прижала карточку к груди, чувствуя, как комок в горле становится все жестче. Сэм. Казалось, он всегда знал ее заветные желания.
Распаковав остальные коробки, она обнаружила кружевные нижние юбки, шелковые белые чулки, атласные подвязки и еще несколько совершенно прозрачных ночных сорочек.
Свадебное платье оказалось немного длинновато и широковато в талии, но Уэн (так звали присланную женщину) заверила Молли, что быстро подгонит платье по фигуре и подошьет внизу.
Впервые за два дня Молли испытала искреннее и совершенно непреодолимое желание улыбнуться. В конце концов, быть может, это правда — иногда мечты действительно сбываются.
ГЛАВА 11
К пяти часам Молли так разнервничалась, что была уверена: ей не пережить церемонии бракосочетания. В четыре часа заехал Спенсер Уиткоум, предъявив все необходимые документы, заверяющие сохранение за ней ранчо и в случае брака.
Молли мерила шагами комнату, словно для того, чтобы шло быстрее время. Если уж ей суждено выйти замуж за Сэма, так чем скорее все свершится, тем лучше.
Уэн, как могла, успокаивала девушку. Сэм прислал ее, чтобы помочь Молли одеться и причесаться, а Уэн, как выяснилось, имела в этом деле большой опыт.
Маленькая китаянка умело уложила волосы Молли короной из элегантных локонов и закрепила вуаль, но позади оставила волосы густой массой ниспадать на спину, однако, несколько непослушных рыжих колечек, завиваясь у каждого уха, все-таки выбились из прически.
— Время надеть платье, мисс Джеймс, — сказала Уэн, и Молли кивнула.
Ее сердце отбивало сумасшедший ритм, руки дрожали.
Уэн застегнула сверкающие жемчужные пуговицы и, посоветовав Молли не садиться, чтобы не измять платье, взобралась на стул и поправила вуаль.
Надев белые атласные туфли, Молли позволила Уэн подвести ее к большому овальному зеркалу, висевшему на стене. Дрожащей рукой Молли дотронулась до бесплотного создания, отраженного зеркалом. Неужели это действительно она? Огромные голубые глаза уставились на девушку в зеркале.
Платье плотно облегало тонкую талию, и его простые, чистые линии подчеркивали выразительность лица. Крошечные веснушки, усеивающие переносицу, казалось, не сочетались со строгой красотой платья, но кожа выглядела гладкой, здоровой, а губы и щеки, слегка подкрашенные, соблазнительно блестели.
Легкий стук в дверь обратил ее пульс в галоп. Тонкие губы Уэн растянулись в довольной улыбке.
— Прекрасная невеста для прекрасного жениха.
— Спасибо, Уэн!
Молли тщетно попыталась изобразить уверенность, на лице все равно осталось выражение растерянности.
Уэн открыла дверь, и Молли была удивлена, увидев Уильяма Джексона Палмера, стоящего в вестибюле с букетом из белых роз, завернутым в серебряное кружево. Украшавшие букет ленты свисали почти до пола.
Он передал ей цветы, в его темных глазах плясали веселые огоньки.
— Буду весьма польщен, если вы удостоите меня чести быть на свадьбе посаженным отцом.
Молли улыбнулась и сразу почувствовала себя намного лучше. Ей нравился Уильям Палмер. Он производил впечатление человека честного, прямолинейного и открытого. Его приход несколько успокоил Молли и придал ей силы. Она приняла его руку и вышла в вестибюль.
Оказалось, что свадебная церемония должна состояться в номере-люкс на верхнем этаже отеля. Уильям Палмер подбадривающе похлопал Молли по руке, прежде чем открыл тяжелые двойные двери, ведущие в роскошные апартаменты.
Какое-то время ее шаги по сверкающему паркету отдавались эхом, затем их звук поглотил ковер. Оформленный в голубых и серебряных тонах — от тяжелых бархатных портьер до обитой парчой изящной мебели в стиле Людовика XIV — номер-люкс был великолепен.
Нежный запах белых роз наполнял комнату. Мужчина, строго одетый во все черное, держал в руках молитвенник. Позади него полукругом стояли Спенсер Уиткоум, Уоррен Джекобс и Кларис Уэбб — джентльмены, присутствовавшие вчера на встрече. Кроме них, в номере были две элегантно одетые леди, а рядом с ними — Майкл Локе. Его красивое лицо сохраняло мрачное выражение.