Страница 16 из 83
— Дайте мне еще немного времени, чтобы сбрить бакенбарды! — потребовал он. — Затем мы без промедления отправимся в путь.
Не дожидаясь, что скажет Молли, Торгер вернулся к тазу с водой, взял осколок потрескавшегося зеркала и достал бритву. Слегка намылив веснушчатое лицо, Торгер приступил к делу.
Закончив бриться, он полил водой себе на голову и, громко фыркая, смыл остатки мыла.
Торгер был высоким мужчиной, хотя из-за преклонного возраста уже начинал немного сутулиться. Молли знала, что его родители эмигрировали из Норвегии для того, чтобы найти работу на лесозаготовках Мэна. Когда же леса Мэна начали истощаться, Торгеры уехали на Запад, куда в то время мигрировали лесорубы со всей страны.
После смерти Мела Джеймса один лишь Торгер остался в лагере лесорубов из уважения к дочери покойного хозяина ранчо. Но лесорубы были людьми общительными, любили буйное товарищество, и Молли не сомневалась, что без артели Торгер не останется надолго в лагере ранчо «Леди Джей».
Молли объехала лагерь. Без суеты лесорубов он выглядел пустым и заброшенным. Обычно здесь царили суматошное движение людей, мелькание инструментов и столь громкое визжание пил и лязг металла, что Молли едва могла слышать свои собственные мысли.
Слушая тишину, повисшую теперь над лагерем, она вздохнула. Правдами-неправдами нужно будет на празднике убедить лесорубов согласиться работать на лесозаготовках, которые будут вестись под началом новой хозяйки «Леди Джей».
Она должна сделать ранчо прибыльным во что бы то ни стало! При мысли, что в противном случае ей придется отправиться с дядей на Восток, у нее засосало под ложечкой.
Нет уж, скорее она сама пойдет валить лес, чем поедет с дядей на Восток! Почувствовав новый прилив сил и решимости, Молли выпрямилась в седле и продолжила путь, пробираясь сквозь плотную стену соснового леса.
ГЛАВА 5
До Сьерравилля они не доехали. После трехчасовой скачки Торгер свернул с главной дороги, и город остался в стороне.
Встреча лесорубов проводилась в долине Дженкинса на большом зеленом лугу, окруженном соснами. С одной стороны луга протекала небольшая речушка, перегороженная плотиной, с другой поднималась отвесная гранитная скала. У временной запруды были сгружены бревна, которым в конечном итоге предстояло быть сплавленными по реке на лесопилку.
Когда Молли и Торгер подъехали, по лугу эхом уже разносились звуки ударов топоров и жужжание пил. Повсюду были потные и смеющиеся лесорубы.
Молли заметила, что хотя на празднике и присутствуют немногочисленные леди, большинство из них держится в стороне от толпящегося сборища мужчин.
В тени сосен стояли бочонки с пивом, а импровизированные столы были завалены едой: толстыми ломтями говядины, цыплятами, кукурузой и картошкой, домашним хлебом, пирогами и пирожными.
— Каждый лагерь приезжает на праздник со своим угощеньем, — сказал Торгер Молли. — Для лесорубов еда также важна, как и плата за работу, когда плата справедлива и своевременна, что, впрочем, относится и к еде: своевременность прежде всего!
Одетая в бриджи, с волосами, заплетенными в тугую толстую косу, некоторое время Молли, пробираясь по лугу среди мужчин, не привлекала к себе ничьего внимания.
Лесорубы пили с самого рассвета. Состязания шли своим чередом.
— О, Торгер, Боже мой! Мне кажется все это ужасно интересным!
— Однако, я по-прежнему считаю, что вы не должны были надевать одежду мужчин, — ворчал старик. — Вы уже не маленькая девочка. Для взрослой леди это неприлично, мисс.
— Торгер, каковы были бы мои шансы набрать артель, если бы я явилась на праздник, разодетая как леди? Все бы наверняка сказали «нет», и ты прекрасно знаешь это!
— В любом случае все скажут «нет», — угрюмо предрек Торгер.
— Это мы еще посмотрим! — она упрямо нахмурила брови.
Молли направилась к месту проведения состязания по распиливанию бревен. По пути она остановила несколько человек и расспросила их, не знают ли они, кто из «лесных быков» и независимых погонщиков приехал сегодня на праздник.
Когда Молли дошла до места состязания она уже знала многое из того, что ей нужно было знать, и уже отметила для себя несколько имен.
— Здравствуйте, мисс Джеймс, — звучный голос Сэма Бреннигана, идущего рядом с ней, напугал ее.
Молли почувствовала, как сердце учащенно забилось при взгляде на его красивое лицо.
— А, здравствуйте, мистер Бренниган! Вы ведь знакомы с Торгером?
— Конечно.
Мужчины пожали друг другу руки. Сэм окинул взглядом мужское одеяние Молли.
— Я вижу, урок не пошел вам впрок, — сказал он.
— Она никого не слушает, — вставил Торгер, сердито нахмурившись.
Молли насупилась. Ей не понравилось, что Торгер сделал замечание в присутствии Сэма.
— Как я вам уже говорила, мистер Джонсон, я здесь для того, чтобы нанять артель, и меня совершенно не волнует, буду ли я женственна, нанимая артель.
— Но в отличие от вас это взволнует тех, кого вы будете нанимать, — ответил за Торгера Сэм, указывая на мужчин, пожиравших глазами округлости фигуры Молли и ее стройные ноги.
Он наблюдал за мисс Джеймс с того самого момента, как она появилась на лугу. Сэм с удивлением отметил, что, несмотря на ночь, проведенную с Лили, при взгляде на Молли у него возникает прежнее напряжение в паху, как будто и не занимался он вовсе некоторое время назад любовью с миссис Роуз.
Еще утром он ощущал легкую расслабленность во всем теле и приятную удовлетворенность, которые теперь у него как рукой сняло — в ту минуту, когда появилась на лугу эта маленькая рыжеволосая соблазнительница.
— Благодарю вас, мистер Бренниган, за вашу трогательную заботу о моей одежде, — вежливо выразила признательность Молли с досадой и иронией в голосе, — но у меня такое впечатление, что мужчины озабочены моим внешним видом больше, нежели я сама. Нельзя ли в конце концов оставить в покое эту тему?
— Как пожелаете, мисс Джеймс.
Она бросила на Сэма неуверенный взгляд, словно удивляясь, с какой стати ему нужно делать то, что она пожелает.
«Почему меня так притягивает к себе и возбуждает эта девушка? — спрашивал себя Сэм. — Что в ней такого? Что делает ее непохожей на других, какой-то особенной?»
Сэм не мог понять, что в ней особенного, но она всегда производила на него одно и то же впечатление: при взгляде на Молли он испытывал некое смешение удовольствия, огорчения, разочарования и ярости.
С того самого момента, как он заметил ее сегодня утром, ему с трудом удавалось сосредоточиться.
— Вы когда-нибудь видели прежде состязание по распиливанию бревен? — спросил он.
— Нет, но давно хотела посмотреть.
— Не возражаете, если я присоединюсь к вам?
— А разве для вас имеет значение, стану ли я возражать?
— Вы правы, нет, — он по-мальчишески озорно ей улыбнулся.
Молли не могла сдержаться, чтобы не ответить ему улыбкой.
— Вы ведь привыкли всегда добиваться своего, не так ли, мистер Бренниган?
— Вы и на этот раз правы, — рассмеялся Сэм. Когда они подошли к месту проведения состязания, Молли увидела двух обнаженных по пояс мужчин. Они стояли по разные стороны от трехфутового бревна.
Другая пара лесорубов замерла в напряжении возле соседнего бревна. Сжимая ручки пилы и широко расставив ноги, мужчины стояли в ожидании выстрела — сигнала приступать.
Шум стих, всеобщее внимание было привлечено к участникам состязания, но уже в следующее мгновение грохот пистолетного выстрела заглушили выкрики толпы.
Пары лесорубов лихорадочно задергали пилами. Пот ручьями стекал по мускулистым спинам, тугие мышцы напрягались от усилий.
Необходимо было, чтобы в паре оба следовали одному ритму. Не столько сила, сколько согласованность действий вела к успеху и служила решающим фактором победы.
Когда одно из бревен с глухим стуком развалилось на части, послышался новый взрыв одобрительных возгласов, и Молли тоже охватило радостное возбуждение.