Страница 29 из 35
— Обязательно посещу. — Кивнул маг. — Спасибо за помощь, но мне уже пора идти. До встречи.
— До встречи. — Крикнул ему Алистар, смотря как тот скрылся в зарослях орешника. — Слишком много событий за один день.
— Ну и что? — Ирис подошел к своему деду.
— Ладно, поехали.
— Тогда уже давай остановимся на часок в трактире, пускай лошади отдохнут.
Через час путешествие вновь возобновилось. Кони уверенно скакали, карета неслась вперед по ровной мощеной дороге, густые деревья стоящие рядами проносились в окнах и исчезали вдалеке.
— После полуночи приедем. — Заметил Ирис, когда алое солнце почти скрылось за далеким горизонтом. Его красный овал уже почти закатился, окрашивая небо в нежно розовый цвет. Облака были необычайно красивы, и принцесса удивленно посмотрела вверх.
— Как красиво! — Восхитилась Генриетта, наблюдая за небом в окошко кареты.
— Только не говори, что видишь его в первый раз! — Тревожно заметил внук архимага. Созерцание природы наполнило его восторгом и радостью.
— Что ты! — Успокоила его девушка. — Просто я раньше никогда особо не засматривалась на небо. Да и времени особо не было. Только сейчас заметила, какое красивое небо во время заката.
— Да. — Вздохнул Пеньё. В это мгновение на него нашло то настроение, которое обычно бывает у людей, когда они вспоминают об упущенных возможностях. Это была тоска и печаль. Оба этих чувства были не сильны, но все же повлияли на мысли и речи Ариса. — Мы в суете и своих мелочных делах часто забываем о том, что каждый день и каждое мгновение неповторимо. Оно проноситься между нами, и мы не можем почувствовать его эфимерную сущность. Еще секунду назад оно было будущим, а сейчас уже прошлое. Как и когда оно пронеслось, мы не знаем. Ибо даже не знаем, существует ли это настоящее вообще? Но упущенное мгновение не вернется, оно раствориться и смешается с образами прошлого и исчезнет в их гнетущей толпе. Поэтому каждое наше мгновение жизни мы должны любить. Оно уникально и больше никогда не повториться. Наша молодость пройдет, оставив только призрачные воспоминания, которые в старости будут тревожить наши сердца и не давать нам покоя, во время глубокой задумчивости или ночного сна.
— Как хорошо сказано! — Заметила принцесса.
— Да только вот не будет ли у кого-то молодость вечна? — Решил затронуть больную тему архимага юноша.
— Увы, нет. — Вздохнул Алистар. — Даже если ты с помощью магии вернешь молодость телу, душа останется стара. Ее нельзя будет омолодить. И человек по-прежнему будет считать себя стариком. В молодости люди часто неправильно поступают. Они не опытны и поспешны. В старости же приходит мудрость. — Пеньё немного помолчал, а затем добавил. — Конечно не у всех.
Кучер погонял лошадей, и прекрасные кони неслись, приближая и приближая путешественников к Тэйвину.
Глава 18
Как только Арис перешел порог своего углового дома и плотно закрыл входную дверь, он тут же переместился в свое далекое поместье в Сейнийской империи. Там, приняв свой старческий облик, он осмотрел дом, пустующий в его отсутствие, а затем переместился в замок к Тристану. Дьё надеялся застать своего друга дома, но вышло все на оборот. Тристан был в Кегеране. Однако слуга, встретивший архимага, любезно предложил подождать, поскольку хозяин должен был скоро вернуться.
Арис сидел в кресле и смотрел на небо в огромное окно с полукруглым сводом. Небо было нежным и голубым, с утренним еще не разогревшимся солнцем, с которого еще не сошел холод осенней ночи.
Тристан, как и обещал его слуга, скоро вернулся.
— Мог бы хоть предупредить. — Заметил он, зайдя в просторный холл.
— Я просто решил тебя спросить по некоторым вопросам лично, поэтому так неожиданно появился.
— Я удивлен. — Архимаг пяти королевств сел в соседнее кресло. — Не слишком ли ты часто стал меня посещать за последние годы?
— Да вот думаю наверстать упущенное. — Улыбнулся Арис.
— Какие важные вопросы?
— Я слышал, в Кегеран направлялось двадцать тарасульбских всадников на драконах. Ты не знаешь, куда они исчезли в Кегеране?
— А эти. — Тристан рассмеялся. — Я их убрал куда подальше. С помощью сильного вихря. Не хватало, что бы они принесли вред моей академии. Все это было на высоте посему на земле сказалось только ветреной погодой. Надо сказать для этого пришлось потратить не мало сил.
— Ты был в курсе, что они хотели похитить принцессу Генриетту?
— Да. — Кивнул белобородый старец.
— Ты многое знаешь. А король это знал?
— Кстати, твой внук заметно сблизился с принцессой!
— Да, и главное она ему понравилась! — Заметил Арис, весьма довольный тем что мог похвастаться своим внуком.
— По крайней мере, я королю об этом не говорил. — Коснулся темы о всадниках, архимаг пяти королевств.
— А что с королем? Я слышал, что он чем-то болен. Ты делаешь для него лекарства?
— Да король болен и на врядли выздоровеет. Хотя все может быть. Сейчас у него просто приступ ухудшения болезни. Печально, но помочь я ему уже не смогу. Поскольку его тело сильно повреждено разгульным образом жизни, который он вел ранее. Это дало сильные осложнения и скоро даже магия будет бессильна его восстановить. Болезнь, однако, не смертельна, но малоприятна. Кстати помниться ты изобрел для своей жены эликсир похудения?
— Да. — Кивнул Арис. За окном пролетела небольшая птица, лишь на мгновение приковавшая взгляд архимага. — И до сих пор меня терзают смутные сомнения, не от него ли померла Матильда?
— У тебя еще сохранился рецепт?
— Да. Если хочешь, я передам его тебе через внука.
— Хорошо. — Согласился Тристан. — У нас сейчас многие аристократы озабочены лишним весом.
— Я до сих пор думал, что аристократов ничего не терзает. — Усмехнулся архимаг Сейнийской империи.
— Ничего из того что терзает обычных людей. Но не в этом дело. Ты знаешь, последнее время мне хочется убраться подальше из этих пяти королевств.
— Почему? — Удивился Арис столь быстрому изменению настроения его друга.
— Даже когда я нахожусь в своей академии, я замечаю что создаю только напряжение. Когда я ухожу, все спокойно вздыхают, и чувствуют себя облегченно. Все эти мелкие дела аристократии… Как мне надоело участвовать в политике Пяти королевств! Хотя если честно признаться, я в ней уже почти не участвую. Иногда мне хочется изменить облик и пойти куда-нибудь. Например, в леса Донар.
— Что-то последнее время на них пошла мода. — Вспомнил барда Арис.
— Не в этом дело. Просто за сто лет жизни в этих пяти королевств я не только не нашел ни одного друга, но наоборот нажил целый легион врагов. А так называемых друзей держит около меня только мое могущество. Конечно, может быть кто-то искренне восхищается мною, но таких мало. Большинство же магов мечтают попасть ко мне в ученики, дабы прикоснуться к моим знаниям и разработкам. С этой целью я создал себе убежище в горах, где храню самое ценное. На тот случай, что бы если однажды кто-то захватит этот замок он не смог проникнуть в некоторые тайны. Хотя и в этом замке их хватает.
— Да, тяжело тебе. — Вздохнул Арис. — Я тоже целыми днями сижу, занимаясь работой над новыми формулами и кристаллами. Изредка встречаюсь с некоторыми людьми и заседаю на советах.
— У тебя хотя бы есть дети и внуки.
— Сына я почти не вижу, а внука и то изредка. А кто тебе не мешал иметь детей?
— Видишь ли, я боюсь, что мой сын, от того что его отец архимаг начнет смотреть на весь мир свысока. Я знаю много семей аристократов, где из-за того что их родитель граф и пэр, дети считают себя чуть ли не богами, а может даже выше! Я повидал много женщин, но не одна не была готова меня понять. Да и не смогла бы.
— Сейчас есть много женщин магов. — Проронил Арис.
— Много? — Усмехнулся Тристан. — Может быть, я сосчитаю их на пальцах одной руки?
— Я вот знаю Ирию Тью — боевой маг. — Продолжил архимаг Сейнийской империи. — Он работает в моей академии агентом.