Страница 88 из 97
Спинола предлагал провести в колониях референдум и на этой основе предоставить им право на самоопределение, но в рамках «лузитанской федерации» с сильной центральной властью.
Против такой позиции решительно выступили левые силы страны во главе с ПКП, потребовавшие скорейшего решения колониальной проблемы. Разногласия, возникшие в ДВС по вопросу колониальной политики, выразились, в частности, в том, что существовали два варианта «Программы ДВС». В официальном тексте программы, опубликованном в «Диариу ду Говерну», один из принципов заморской политики ДВС был сформулирован так: «Выработка основ заморской политики, которая приведет к миру».
В тексте «Программы», отредактированном Мелу Антунишем и опубликованном в журнале «Република», тот же пункт был сформулирован более радикально, решительно и определенно: «Ясное признание права народов на самоопределение и скорейшее принятие мер, ведущих к административной и политической автономии “заморских территорий”, с эффективным и широким участием автохтонного населения». ДВС объявило о замене генерал-губернаторов секретарями, о ликвидации тайной полиции ДЖС. Но большинство колониальных чиновников остались на своих постах, а в Мозамбике некоторые высшие функционеры ДЖС даже направили в Лиссабон приветственные телеграммы Совету национального спасения. 5 мая 1974 г. генерал Кошта Гомеш по поручению президента обратился к освободительным движениям в Африке с призывом сложить оружие. Этот призыв, однако, не был принят. А. Нето заявил, что борьба может прекратиться лишь после предоставления Анголе независимости. Такую же позицию заняли лидеры освободительных движений в Мозамбике и Гвинее-Бисау.
Спинола отражал интересы монополий и крупных землевладельцев, стремившихся после 25 апреля прервать революционный процесс возможно быстрее и наиболее эффективными способами. Хотя генерал, по их мнению, грешил либерализмом по колониальной проблеме, правящий класс отлично сознавал, что он стал временным президентом не для того, чтобы способствовать развалу империи. Они знали, что он покончит с игрой в либерализм, как только столкнется с угрозой власти и господству правящей эксплуататорской элиты, к которой принадлежал сам.
Но повернуть вспять демократический поток было уже нелегко. Доминирующее настроение в стране было определенно в пользу революционных изменений и дальнейшего движения в социалистическом направлении. Спинола и те социальные круги, которые он представлял, сознавали, что в этих условиях необходимо двигаться вместе с потоком до тех пор, пока не появится возможность для обратного курса. Под нажимом Революционного совета ДВС Спинола сформировал правительство, состоявшее из представителей всех главных демократических течений, включая коммунистов и социалистов. М. Соареш (лидер социалистов) был назначен министром иностранных дел, А. Куньял — министром без портфеля, Аделину де Палма Карлуш (либеральный профессор права) — премьер-министром.
Затем Спинола стал прилагать усилия, чтобы удалить ДВС с политической арены. Через несколько недель после 25 апреля он обратился с речью к армейским офицерам, смысл которой сводился к следующему: «Вы отлично потрудились, но теперь должны вернуться в казармы и доверить работу по руководству страной нашим более опытным рукам».
Внешняя политика генерала Спинолы развертывалась на трех континентах. В Африке он имел тесные связи с президентом Сенегала Сенгором, который был первым африканским лидером, посетившим Лиссабон в то время, когда колониальная политика нового португальского правительства подвергалась резким нападкам ОАЕ. Спинола установил также тесный контакт с президентом Заира Мобуту, встреча с которым на острове Сал явилась прологом к империалистической интервенции в Анголу в 1975—1976 гг. Спинола всегда сохранял хорошие отношения с ЮАР. Значительную дипломатическую активность развил новый президент в отношении Латинской Америки. Он направил в Бразилию в качестве посла одного из самых реакционных генералов, стремясь добиться поддержки бразильского военного режима, традиционно связанного с фашистской Португалией. Посол Бразилии в Лиссабоне был частым гостем и сотрапезником Спинолы. Что касается США, то Спинола постоянно подчеркивал свое стремление к «дружбе» с ними во имя общей цели — защиты «свободного мира» и западных ценностей. Такие заявления он делал, в частности, во время встречи с президентом Никсоном на Азорских островах и в обмене телеграммами с президентом Фордом. Связи генерала с Госдепартаментом США осуществлялись через верного ему человека — профессора Вейга Симана, которого он назначил послом в ООН, что освободило его от возможного контроля со стороны министерства иностранных дел, руководимого М. Соарешем.
В европейской политике этот деятель отдавал приоритет соседней Испании, где франкистская клика одобрительно отнеслась к его приходу к власти, принимая во внимание его прошлое (Спинола, будучи молодым офицером, добровольно вступил в ряды франкистов, боровшихся против Испанской республики, а в годы Второй мировой войны служил в «голубой дивизии» вермахта).
Не будучи в состоянии удалить ДВС со сцены и в то же время не желая быть подотчетным перед Революционным советом, Спинола решил получить для себя народный мандат независимо от ДВС и через его голову При содействии премьер-министра П. Карлуша новый глава государства начал маневры с целью проведения скорейших президентских выборов. Он рассчитывал таким путем покончить со своим временным статусом президента и получить столь желанную власть.
Однако генерал натолкнулся на решительное противодействие Революционного совета, который расценил эти демарши как попытку установления режима личной диктатуры. В результате в июле 1974 г. Карлуш вынужден был уйти в отставку, уступив свое место по требованию Революционного совета Васку Гонсалвишу, который был убежденным революционером и интеллектуальным лидером ДВС. А. Куньял занял пост государственного министра, а генеральный секретарь социалистической партии М. Соареш сохранил пост министра иностранных дел. Таким образом, попытка Спинолы захватить власть и ослабить революционные силы привела к обратному результату — эти силы в стране и в правительстве значительно укрепились.
Правительство В. Гонсалвиша приступило к реализации широкой революционно-демократической программы, включавшей в себя национализацию крупных иностранных и местных предприятий, аграрную реформу и деколонизацию.
В исторической декларации 26 июля 1974 г. новое правительство заявило, что Португалия готова начать процесс передачи власти в африканских колониях местным освободительным движениям. В тот же день в Букаву состоялась встреча руководителей четырех африканских стран (Замбии, Танзании, Заира и Конго) с целью примирить враждующие группировки в Анголе и открыть путь к независимости этой страны.
1 августа 1974 г. министр по делам заморских территорий Алмейда Сантуш заявил, что решение о быстром предоставлении колониям независимости вызвано отказом освободительных движений сложить оружие и провести референдум по вопросу независимости. Так были заложены основы для радикального и справедливого решения колониальной проблемы на основе принципа самоопределения.
В этих условиях Спинола решил пойти на риск насильственного захвата власти. Он обратился через голову правительства к «молчаливому большинству» с призывом провести марш в Лиссабон 28 сентября 1974 г. Однако трудящиеся поднялись на борьбу против сил контрреволюции и преградили путь к столице маршу сторонников Спинолы. Вместе с ДВС 100 000 человек строили баррикады, блокировали и контролировали весь дорожный транспорт. Спинола пытался обратиться за поддержкой к парашютистам, но получил отказ. Потерпев полное политическое фиаско, он вынужден был уйти в отставку с поста временного президента. Премьер-министр В. Гонсалвиш, выступая от имени временного правительства, заявил, что нация отбила «первую атаку» реакции против революции.
Временным президентом был назначен генерал Кошта Гомеш. Он выступал за деколонизацию, способствовал проведению аграрной реформы, национализации крупных монополий. Хотя К. Гомеш не был столь радикально настроен, как В. Гонсалвиш, он работал с ним в тесном контакте и защищал его от нападок реакционеров. Спинола и двое его последователей были исключены из Революционного совета. 11 марта 1975 г. была предпринята новая попытка контрреволюционного переворота. Но она провалилась благодаря бдительности ДВС и рабочих Лиссабона. Солдаты и рабочие снова возвели баррикады и отстояли революцию.