Страница 127 из 254
Одновременно в низовых организациях были проведены перевыборы. При этом выяснилось, что рабочие не знают некоторых своих профоргов{2023}. В начале июля на заседании нового состава постройкома Метростроя прежний глава профкома Галузо не был переизбран и заменен Сухининым{2024}. Галузо был уволен за небрежный стиль руководства, на что указали партком и комиссия по чистке Метростроя{2025}.
Штаты профсоюзной организации из-за обилия задач, которые вменялись ей в обязанность, превышали штатный состав партии и комсомола. Постройком Метростроя в июле 1935 г. располагал 35 «освобожденными» должностями. Председатель профкома (с месячным содержанием в 300 руб.) руководил аппаратом, состоявшим из 9 отделов: орготдела, сектора нормирования, заработной платы и производства, отдела культуры и технической пропаганды, отдела снабжения и условий жизни рабочих, отдела информации и статистики, финансового сектора, спортивного бюро, бюро инженерно-технической секции и административного отдела{2026}.
В профкоме шахты (шахтком) имелось три «освобожденных» поста: председателя (с окладом 250 руб.), организатора по заработной плате и нормированию, а также технического секретаря{2027}. Наряду с этим профсоюз Метростроя содержал пять «опорных пунктов культуры» с руководителем каждой, одного культорга, инструктора ликбеза, заведующего библиотекой, радиотехника и киномеханика. В штате первых наиболее оснащенных «опорных пунктов культуры» значились также учитель, руководитель драмкружка и спортивный организатор{2028}.
Расходы на этот разветвленный аппарат во втором полугодии 1933 г. составили полмиллиона рублей, которые были перечислены профсоюзу руководством предприятия по условиям коллективного договора (2% от фонда заработной платы)[233]. Главными статьями бюджетных расходов постройкома Метростроя наряду с содержанием штатного персонала являлись выплаты на оснащение барачных поселений радиоточками (54 тыс. руб.), издержки по уходу за детьми (34 тыс.), на спортивные мероприятия (27 тыс.), пропаганда интернационализма и работа с национальными меньшинствами и иностранцами (26 тыс.), культурно-массовая работа, включая ликвидацию неграмотности (26 тыс.), красные уголки и клубы (20 тыс.), библиотеки и читальни (18 тыс.), проведение киносеансов (14 тыс.) и субсидии кассе взаимопомощи (11 тыс. руб.). Другими расходными статьями бюджета являлись плата за пребывание метростроевцев в санаториях и домах отдыха, культурные мероприятия, выпуск стенгазет, проведение экскурсий, кружки художественной самодеятельности, политические и спортивные, военная и антирелигиозная пропаганда{2029}.[234]
В октябре 1933 г. аппарат постройкома был сокращен на 13 штатных единиц{2030}, в декабре 1933 г. еще на 18{2031}, а в феврале 1934 г. увеличен на 31 единицу. Оклад председателя профкома тем временем повысили до 500 руб. в месяц. Число «культурных баз» выросло до десяти{2032}. В марте 1934 г. исходя из реорганизации партийных и комсомольских органов рассматривали предложение о ликвидации постройкома и передаче профкомов шахт и дистанций непосредственно в подчинение Желдоршоспортстроя{2033}. Проект этот, впрочем, не был реализован.
В конце июля 1933 г. членами профсоюза значились 50-55% метростроевцев. Областной комитет критиковал комитеты шахт и дистанций за то, что те плохо стараются привлечь новых членов и на недели затягивают из-за бюрократических проволочек прием рабочих, согласных вступить в профсоюз. Кроме того, профсоюзная картотека находилась в хаотическом состоянии, а многие члены профсоюза по несколько месяцев не платили членские взносы{2034}. На первую встречу профсоюзных организаторов в конце ноября 1933 г. явилось всего 250 из 700 профоргов{2035}.
В сентябре 1933 г. произошла новая перемена в руководстве по-стройкома[235]. Новый председатель Гранат ввиду затруднительного положения своей организации призвал провести в ноябре 1933 г. «профсоюзную декаду», в ходе которой намечалось проверить численность членов профсоюза, довести их долю среди метростроевцев с 51 до 70% и погасить задолженность по членским взносам[236]. Даже среди коммунистов и комсомольцев на ряде шахт и дистанций всего 10-15% состояли в членах профсоюза. На некоторых шахтах председатели профкомов точно не знали, сколько членов входит в их организацию. Несколько сот рабочих на протяжении месяцев не платили членские взносы{2036}. Гранат составил обширный план работы на следующие месяцы, из которого следовало, что низовые организации на всех объектах Метростроя были созданы самое раннее в конце 1933 г.{2037} К 1 января 1934 г. доля членов профсоюза среди метростроевцев возросла до 65%.{2038}
В связи с истечением срока коллективного договора в феврале 1934 г. на всех объектах Метростроя было проверено его выполнение. Для заключения нового договора собрали предложения рабочих и служащих. При каждом профкоме с этой целью была образована чрезвычайная контрольная комиссия, в состав которой вошли председатели профкома и бюро инженерно-технической секции (ИТС), представители администрации и лучшие ударники. По каждому разделу коллективного договора были дополнительно созданы «бригады самопроверки». О результатах проверки источники, впрочем, сведений не содержат{2039}.
В июне 1934 г. Московский комитет партии освободил Граната от обязанностей председателя постройкома Метростроя и назначил на этот пост бывшего заместителя парткома Осипова. Он оставался на этой должности вплоть до завершения строительства первой очереди метро. Гранат же стал его заместителем{2040}.
В течение 1934 г. профсоюзная организация существенно расширилась. Причиной тому были как более высокая доля членов профсоюза среди метростроевцев по сравнению с партией и комсомолом, так и более разветвленная организационная сеть. 60 профоргов на одной дистанции или шахте не были чем-то удивительным{2041}. Впрочем, даже председатели профкомов шахт и дистанций не всегда четко представляли, что входит в их задачи. Партия должна была постоянно вмешиваться и отстранять от должности неспособных или пассивных лидеров профсоюза{2042}. Еще в октябре 1934 г. председатель профкома 4-й дистанции не мог сказать, сколько членов профсоюза в его подразделении, а членские взносы уплачивались здесь «по совести». Профорги отчасти пользовались высоким авторитетом, но имели в высшей степени отвлеченные представления о своей деятельности{2043}. Некоторые функционеры чувствовали себя столь обремененными «принципиальными вопросами», что не реагировали на жалобы рабочих{2044}.
233
Коллективный договор, заключенный постройкомом с руководством Метростроя, был опубликован в «Ударнике Метростроя» (29 июня 1933. № 113. С. 6). Он действовал в период с 1 марта 1933 до 1 марта 1934 г. и включал 22 статьи, от образования и вербовки рабочей силы, проведения социалистического соревнования до нормирования, организации, охраны и оплаты труда, обеспечения рабочих жильем и продовольствием и культурно-массовой работы.
234
Сюда же относились 140 тыс. руб. на рас ходы по присмотру за детьми и 102 тыс. руб. на культурную работу, выделенные Наркоматом народного просвещения, но не включенные в бюджет Метростроя (там же. Л. 173).
235
Сухинин был уволен со своего поста, но остался работать на Метрострое и сумел пройти партчистку. Вместе со своим преемником Гранатом в январе 1934 г. он был избран в состав парткома Метростроя (Ударник Метростроя. 14 янв. 1934. № 12. С.1).
236
Председатель профкома Метростроя Гранат — в профкомы шахт и дистанций, ноябрь 1933 г. (ГА РФ. Ф. Р-7952. Оп. 7. Д. 215. Л. 61, 65-66).