Страница 126 из 254
Профсоюзы были распределены по отраслям промышленности, т. е. рабочие и служащие одного предприятия принадлежали к одному и тому же профсоюзу, даже если имели различные профессии. Во главе каждого профсоюза стоял свой Центральный комитет. Объединяющим все профсоюзы органом являлся Всесоюзный Центральный совет профессиональных союзов (ВЦСПС). В ходе реорганизации количество профсоюзов выросло с 23 до 44. При этом крупные профсоюзы, как, например, профсоюз металлообрабатывающей промышленности, который включал 1,2 млн. членов, были раздроблены на несколько отдельных{2006}.
В июне 1933 г. был ликвидирован Наркомат труда (Наркомтруд). Его функции перешли к ВЦСПС, который тем самым окончательно превратился в государственное ведомство трудовых отношений{2007}. Профсоюзы занимались теперь и социальным страхованием, охраной труда, содержанием санаториев и домов отдыха, а также соблюдением трудового законодательства. С обретением новых задач им удалось отчасти компенсировать утрату прежних функций и привлечь новых членов{2008}. Тот же эффект дала передача в ведение профсоюзов Всесоюзного бюро жалоб из Рабоче-крестьянской инспекции, распущенной в марте 1934 г. после XVII съезда партии{2009}.
Базовыми организациями профсоюзов были фабричные комитеты (фабком), комитеты на строительных объектах (постройком) и их подразделения «местные комитеты» (местком). Самой мелкой единицей служила профсоюзная группа (профгруппа) во главе с выборным организатором (профгрупорг, профорг). Профсоюзные собрания и заседания профсоюзного комитета следовало проводить, равно как и партийные и комсомольские собрания, в нерабочее время.
Согласно закону перед фабкомами и постройкомами ставилась задача представлять интересы рабочих и служащих перед администрацией предприятия, государственными органами и партией, контролировать соблюдение закона об охране труда, следить за безопасностью и условиями труда, выплатой заработной платы и социальным страхованием, заботиться об улучшении культурного и материального снабжения рабочих и «содействовать нормальному ходу производства»{2010}. Последней задаче были фактически подчинены все прочие. Профсоюзы призваны были воспитывать у рабочих новую дисциплину труда, распространять социалистические методы работы (ударничество, социалистическое соревнование) и всеми способами стимулировать рабочий класс для достижения более высокой производительности труда{2011}.
По уставу фабкомы и постройкомы ежегодно обязаны были переизбирать свой состав на общих собраниях членов профсоюза предприятия. Впрочем, в 1930-е годы этот пункт устава все менее соблюдался. Также теоретическим являлось положение о подчинении профсоюзного комитета общему собранию. На практике он получал инструкции от вышестоящих профсоюзных инстанций, партийных и государственных органов{2012}.
Председатель профкома входил в состав «треугольника» предприятия. Профком был также представлен на паритетных началах с руководством предприятия в тарифно-конфликтной комиссии, в которой рассматривались претензии рабочих и администрации. Фабком или постройком заключал с дирекцией предприятия коллективный договор, который, впрочем, в значительной мере повторял нормы типового коллективного трудового соглашения. Кроме того, профсоюзы проводили производственные совещания{2013}и собирали рационализаторские предложения рабочих{2014}.
Фабком или постройком содержали прачечные, бани, столовые, следили за принадлежащими предприятию заведениями по уходу за детьми, жилищами, оборудовали читальные залы, заботились о курсах, кружках, культурных и спортивных мероприятиях, экскурсиях, распределяли билеты для посещения учреждений культуры или даже содержали рабочий клуб{2015}.
В 1934 г. в СССР 78,4% всех занятых на производстве состояли членами профсоюза. В профсоюзе строителей этот показатель был несколько ниже — 72%. Профсоюз рабочих железнодорожных, шоссейных, портовых и метро с показателем 65,8% (в 1933 г. — 55,2%) плелся в самом хвосте списка профсоюзов{2016}. Профсоюзные взносы составляли 2% заработка члена профсоюза{2017}. Последний имел право на скидку при приобретении билетов в кино, театр, музеи и другие учреждения, а также получал шанс на предоставление места в лечебном санатории{2018}.
В 1932-1933 гг. профсоюзная организация Метростроя функционировала слабо. Хотя в марте 1932 г. был образован постройком{2019}и впоследствии проведены выборы профоргов на участках, шахтах, дистанциях и в группах, но последние мало чем себя проявили. В декабре 1932 г. никто из парторгов не знал, имелась ли на его шахте профсоюзная группа. Нелегко было подыскать подходящих людей на должность профоргов. Некоторые из выбранных даже не представляли себе, что такое профсоюз. Многие вскоре оставили этот пост. Председатель профкома шахты № 18 должен был одновременно выполнять функции инспектора Рабкрина, вести музыкальный и спортивный кружки, поскольку не было другой подходящей для этого кандидатуры. Из 9 избранных групоргов только двое остались на своем месте. Руководитель культурного сектора хотя и был неплохим рабочим, но не имел понятия, что ему собственно следует делать. Глава массового сектора считал своей основной задачей получение ордеров на продовольствие. Это входило, однако, в компетенцию кооперативного сектора, о чем он не имел представления{2020}.
В январе 1933 г. было сменено руководство постройкома. Вместо председателя профкома Болдина был назначен Галузо. Некоторые профкомы шахт ввиду их бездеятельности были распущены. В ходе реорганизации Метростроя в апреле-мае 1933 г. были упразднены профкомы участков. Основной упор был сделан на комитеты шахт и дистанций, однако у них отсутствовал персонал. Постройком стремился направить активность низовых организаций профсоюза на проблему снабжения и улучшения условий жизни рабочих. Ранее они пренебрегали этой сферой, занимаясь больше производственными вопросами, которые, впрочем, совсем не входили в сферу компетенции профсоюзных органов{2021}. В мае-июне 1933 г. по распоряжению Московского горкома партии и Центрального комитета работников железнодорожного, шоссейного и портового строительства (Желдоршоспортстрой)[230], которому были приданы рабочие-метростроевцы, была проведена отчетно-перевыборная кампания. Все организации на основе «пролетарской самокритики» обязывались вскрывать и устранять недостатки. Пункты, на которые при этом следовало обратить внимание «бригадам самопроверки», отражали сферу деятельности профсоюзов и одновременно отмечали «узкие места».
Перечень этот охватывал организацию труда и его оплату, правильное применение трудовых норм, контроль за исполнением новых норм, правильный обсчет недовыполненной работы; руководство социалистическим соревнованием и движением ударников[231], созыв производственных совещаний, ускоренное рассмотрение рационализаторских предложений и изобретений рабочих; расходование средств на жилищное строительство, снабжение рабочих кроватями, матрацами и постельными принадлежностями, распределение средств на технику безопасности и охрану труда; улучшение работы столовых, качества пищи, снабжение тарелками и столовыми приборами, заготовка продовольствия, содействие устройству рабочими садов, проведение весенней посевной кампании, содействие марксистско-ленинскому воспитанию, системе политического просвещения, коллективная читка газет, проработка важных решений партии с массами, культурное обслуживание рабочих[232], шефство над Красной армией, интернациональное воспитание рабочих; участие профсоюзной организации в шефской работе с колхозами, проведение хозяйственно-политических кампаний на селе (заготовка зерна, посевная, уборочная, займы и т. д.); руководство профкома профоргами, привлечение новых членов, исчисление и своевременная уплата членских взносов{2022}.
230
В сентябре 1934 г. профсоюз Желдоршоспортстроя был разделен на Союз рабочих строительства железнодорожного и метрополитена и Союз рабочих шоссейного строительства (Ударник Метростроя. 10 сент. 1934. № 211. С. 3).
231
Подр. об этом см. Гл. V. 3.
232
См. Гл. V. 4.