Страница 39 из 107
— И то верно, — согласился я. — Но будем искать мотивы. Кто лучше выполнит домашнее задание и поймёт, что хочет другой, тот и выиграл.
Уголки ее рта дёрнулись:
— Тогда у нас проблемы. Потому что твои мотивы… определённо никогда не были тайной, Гарри.
— Это для тебя, — сказал я. — Для кого-то вроде Никодимуса, я, должно быть, выгляжу как полнейший псих.
Кэррин хихикнула:
— А знаешь что? Я думаю, ты, наверное, прав. — Она взвела затвор «Узи», поймала вылетевший патрон, затем положила оружие на стол и кивнула: — Вот и всё. Все сорок.
Я хмыкнул.
— Какой-то из библейских парней собрал армию из сорока воинов или типа того?
— Гедеон. У него было три сотни.
— Я думал, это у спартанцев.
— И у спартанцев тоже, — подтвердила Кэррин. — Если не считать, что у них было около четырёх тысяч других греков в дополнение к их трём сотням.
— Триста лучше смотрятся в фильме. Но у кого же тогда было сорок парней?
— Столько дней и ночей дождь поливал Ноев ковчег.
— Да ну? У кого-то точно было сорок парней.
— Али-Баба?
— У него не было сорока парней — он обдурил сорок парней.
— Наверное, ты опять вспомнил какой-то мультфильм, — сказала Кэррин.
— Наверное, — согласился я и уставился на пушки. — Сорок этих демонов в костюмах. С «Узи».
Она поморщилась.
— Да. Только чтобы вставить патроны во все магазины, мне понадобится часа три.
— Что это за цель такая, что для нападения на неё нужно сорок демонов-солдат с автоматами?
Кэррин покачала головой:
— Военный объект?
Я хмыкнул.
— Никто не набирает столько оружия, если не собирается его использовать, — сказала Кэррин. — Если дело дойдёт до того, что головорезы Вязальщика начнут стрелять в людей...
— Мы точно не будет стоять рядом и просто наблюдать, — заверил я её.
— Хорошо, — кивнула она и скривила рот в брезгливой гримасе. — Если ты бросишься их спасать, разве это не расстроит Мэб?
— Её Мороженое Величество может расстроиться, но если она станет утверждать, что удивлена, я рассмеюсь ей в лицо.
— Но она может убить тебя из-за этого, — сказала она тихо.
— Как будто она раньше не пыталась, — ответил я по возможности дерзко и уверенно.
Кэррин отвернулась резче, чем следовало. Дело не дошло до стряхивания слёз с ресниц или чего-нибудь вроде того, но на секунду она стала выглядеть на десять лет старше. Она кивнула, словно собиралась что-то сказать.
— Кэррин? — спросил я.
Она тряхнула головой и сказала:
— Мне нужно зарядить все эти магазины.
— Тебе помочь?
— Конечно.
Мы занялись установкой девятимиллиметровых патронов в сто двадцать магазинов на тридцать два. Восемьдесят шесть сотен патронов или около того. Даже с приспособлением для быстрого снаряжения магазинов это требовало времени, и мы работали в солидарной тишине, иногда нарушаемой шагами охранника или всё более тихими ритмичными глухими ударами, доносившимися из дальнего конца цеха — Эшер, видимо, практиковалась в своем заклинании для пробивания стен.
Стоило нам закончить, как с противоположной стороны раздались шаги, и, подняв голову, я увидел Никодимуса, марширующего в нашу сторону с парой охранников, семенящих за его спиной. Рядом шла Дейрдре в своей человеческой форме с лицом, на котором можно было прочесть только одно недружелюбие.
— Оружие готово? — спросил он Кэррин, даже не остановившись.
— Всё готово.
— Отлично. Прошу к столу для переговоров.
— Зачем? — спросил я. Моя левая рука годилась только для того, чтобы держать магазин, пока я его заряжал, и пальцы правой руки теперь саднило.
Прошедший мимо Никодимус оглянулся на меня через плечо, и его глаза задержались на шине.
— Грей вернулся. Пора поговорить о нашей цели.
Глава 22
Мы вновь собрались за столом для переговоров, и Анна Вальмон скользнула на сидение рядом со мной.
— Привет! — сказал я. — Как там твои нырки?
Она посмотрела на меня и слегка улыбнулась:
— Я в этой команде «проныра». Проныра — это тот, кто может пролезть в такое место, куда ты сам бы не добрался. — Её голос стал насмешливым: — А нырки — это из другой оперы.
— Хорошо, понял, — сказал я прищурившись и кивая. — Ну и как там твои пролазки?
Вальмон хихикнула.
— Должна признать, что мне самой не терпится стать первой, кто справится с одним из монстров Фернуччи.
— А ты сможешь?
Она медленно кивнула:
— Думаю, да.
Неторопливой походкой вошёл Грей, точно такой же, каким он был этим утром, и сел за стол.
— К порядку, пожалуйста! — объявил Никодимус, пока Грей усаживался рядом с Дейрдре. — Мы быстро закончим, затем будет перерыв на обед, если никто не возражает.
— Я не возражаю, — протянула Эшер. Она выглядела более потной и испачканной чем пару часов назад, но выражение её лица было явно самодовольным. — Я просто ненасытна.
— Как я вас понимаю, — сказал Никодимус. — Дейрдре?
В очередной раз Дейрдре обошла стол с папками, озаглавленными просто «ЦЕЛЬ».
— Я хотел спросить, — начал я, — ваш генеральный план включает в себя медицинскую страховку?
— Дрезден... — вздохнул Никодимус.
— Потому что такой вещи, как страховка, сейчас придают всё больше и больше значения. В смысле, я понимаю, что правительство хочет как лучше и всё такое, но все эти бюрократы, если честно...
Никодимус продолжал смотреть на меня.
— Застраховать жизнь тоже не помешало бы. — Я посмотрел на Эшер и подмигнул: — Может, нам стоит устроить забастовку, пока не получим полис пожизненного страхования на случай смерти?
Эшер мельком ухмыльнулась мне и произнесла:
— Я всегда думала, что страховаться — это всё равно что делать ставки на свой проигрыш.
— Нет, — сказал Вязальщик. — По моему опыту, вы просто должны вести себя осторожно.
— Дети, — со вздохом сказал Никодимус. — Можем мы уже сосредоточить на деле?
— Но мне ещё даже не представился шанс подёргать Дейрдре за косички, — сказал я
Дейрдре сердито посмотрела на меня, её глаза метали искры.
— Ладно, ладно, — сказал я и заткнулся.
— Каждый из вас, — начал Никодимус, — принёс к этому столу свою часть того, что нам понадобится для достижения конечной цели — хранилища № 7 во владениях повелителя Подземного мира.
— В смысле, Аи...
— Не могли бы вы не произносить его имя в течение следующих двадцати четырёх часов или около того, пожалуйста, мистер Дрезден, — произнёс Никодимус страдальческим тоном. — Если вы, конечно, не предпочитаете, чтобы он ждал нас всех к себе в гости? Конечно, вероятность того, что он услышит кого-то из нас, исчезающе мала, но мне кажется разумным предпринять несколько упреждающих действий.
— Ну, как хочешь, — сказал я. Наверное, этот Аид сильно избалован вниманием. Все эти книжки и фильмы про него, и лекции по мифологии, которые читают по всему миру. Полагаю, он слышит, как произносят его имя, в том или ином виде, десятки, если не сотни тысяч раз в день.
Каждое упоминание имени могущественного сверхъестественного существа — это вроде как послать ему сообщение на пейджер или свистнуть, чтобы обратил внимание. Будь у меня телефон, который не ломался бы больше часа, отвлекающий меня десять тысяч раз в день, я бы забросил эту штуку куда подальше. И важные сверхъестественные существа, особенно такие похожие на людей греческие боги, наверняка поступили бы так же. Велики шансы, что я мог сидеть и трепаться час или два, упоминая его имя, но он даже не заметил бы горсточку моих сообщений среди всех остальных. Требовалось непрерывное намеренное повторение, как правило, не менее трёх раз, чтобы сигнал пробился сквозь шум.
Но, с другой стороны... всегда есть шанс, что именно на моё упоминание Аид случайно решит ответить. И это было бы совсем плохо. Поэтому я заткнулся, хотя и нахамил Никодимусу.