Страница 67 из 103
– Ну что вы, – испуганно произнес он.
И девушка снова засмеялась.
– Еще раз спасибо, Михаил, вы просто прелесть. До свидания. У меня уже начался прием. Все ваши подарки я возвращаю назад. Нет, пожалуй, шоколад я оставлю себе. Это для меня действительно дорогой подарок. Золотой якорь – мечта любой девушки.
В этот же день Михаил подготовил коммерческое предложение для москвичей и отправил его по факсу. Буквально через пару часов от них пришел ответ:
«Предварительные условия устраивают. Сегодня же направляю к вам своих представителей. Переговоры желательно провести завтра с 10 до 11 утра. С уважением, Колосков».
После короткого совещания шеф определил состав участников переговоров. Михаил в их число не входил.
Совещание с москвичами состоялось ровно в 10 утра, как и было намечено. В 12 часов пригласили Михаила.
– Это наш лучший специалист – юрисконсульт и аналитик фирмы.
– Михаил Петров, – представился юрисконсульт.
С ним вежливо поздоровались и вручили визитные карточки коммерческого директора и заместителя директора по экономической безопасности. Что это за должности, он мог только догадываться. Когда все вопросы были решены, гости заторопились.
– Надо еще в «Медхор» заглянуть на Пушкинской.
– Это недалеко, мой водитель доставит вас туда за десять минут.
Когда они ушли, Михаил как бы невзначай заметил шефу:
– «Медхор» – это научно-производственное предприятие. Создано при Спортивном клубе армии Ленинграда. Известно как торговая компания. Чем сейчас торгует, не знаю, но недавно она продавала французский коньяк и компьютеры.
– Это только их плюс. «Формула 7» как российский филиал концерна «Интеркомцентр-Формула 7» тоже больше известна по коммерческим операциям с вычислительной техникой, однако в бизнесе нет ничего невозможного. Если завтра они начнут продавать конверсионные танки, я не удивлюсь.
– Главное, чтобы они не продавали наркотики.
– Компания располагается в центре Москвы, на Кропоткинской. Возможно, придется у них побывать. Это очень серьезная фирма, и связана она не только со спортсменами, но и с большими политиками.
– Заказ не очень большой. С этой поставкой мы передаем им все наши наработки с продавцом. В чем наш интерес, если не секрет?
– Если сделка будет удачной, то мы хорошо заработаем – это основа бизнеса. Ну и, возможно, один-два «нисана» останутся в Питере. Это московский бонус.
– Вы это серьезно?
– Михаил, как можно так легко попадаться? Конечно же, я шучу. Идет консолидация крупных компаний. И в то же время серьезные люди уже сейчас занимают свои сектора экономики. Конечно, автомобили – это не основной наш бизнес, но и к этому надо привыкать.
Было полвторого, когда Михаил вошел в столовую. Обеденный перерыв в Смольном заканчивался. Такого выбора, как в начале обеда, уже не было. Буфеты не работали, и в огромном зале находилось не более десяти человек.
Только он приступил к поглощению ухи «по-царски», как прямо у его уха кто-то произнес.
– Вам лучше с Елизаветой Аркадьевной не встречаться.
Михаил оглянулся и увидел удаляющуюся крепкую фигуру с бритым затылком и в очень дорогом костюме.
Моментально промелькнула мысль: «Не об этом ли человеке говорил правнук»?
Остаток дня был испорчен. В голову ничего хорошего не приходило, и настроение пропало. Вторая половина обыкновенно уходила у него на изучение нормативных актов, федеральных и союзных законов, распоряжений мэра, указов двух президентов и тому подобное. Двоевластие и поляризация Советского Союза и РСФСР создавали немалую неразбериху на правовом поле. Надо было не только лавировать между противоречиями, но и улавливать тенденции. Все говорило за то, что новый президент в этой борьбе возьмет верх. Михаил невольно подумал: «Надо будет внимательно следить за их поведением. До двадцать первого августа остается меньше двух месяцев. Боже мой, сегодня уже двадцать девятое июня. День нашего венчания». Ему стало душно. Отчаяние впервые за все это время комом подкатило к горлу. Михаил встал. Вышел из своего кабинета и зашел к шефу.
– Мне нужно уйти. Все, что не успел, я доделаю дома.
– Хорошо, Михаил, но это не должно входить в привычку, становиться правилом.
– Это не станет правилом. Это просто исключение из правил. Мне что-то нездоровится.
– Простыли?
– Перенапрягся.
– Это никуда не годится. Да, кстати, вы больше не занимаетесь делами вашего знакомого с Просвещения?
– Нет.
– Вы его давно не видели?
– Уже две недели, – его вопросы, в которых чувствовался подтекст, стали надоедать Михаилу, с большим усилием он оставался спокойным. – Сейчас пять часов вечера. Я прошу всего один час.
– Хорошо, идите.
Машина стояла на площади перед собором. Михаил подошел к ней, открыл дверцу и сел за руль. Но закрыть дверцу так и не успел. Над ним склонилась крупная фигура мужчины лет сорока. Он был коротко и аккуратно подстрижен и одет в знакомый дорогой костюм, который Михаил уже видел в смольнинской столовой.
– Завтра в десять утра прилетает Лиза. Просила встретить. Не опоздайте, ее обратный самолет через три часа.
Он закурил сигарету, поблагодарил Михаила, словно это он дал ему спички, и ушел.
Между тем рабочий день в Смольном закончился, и сотрудники вереницей выходили на площадь. Кто-то уезжал на общественном транспорте, у кого-то здесь же, на площади, стояла своя машина, за кем-то подъезжали мужья или знакомые. Михаил еще не успел тронуться с места, когда увидел на противоположном конце площади новенькую черную «Волгу» последней модели. Машина плавно подъехала к Елизавете Аркадьевне. Издалека она казалась моложе. Девушка не спеша села в машину, и та быстро поехала по кругу, чтобы попасть на Шпалерную. Михаил опустил голову как можно ниже и увидел за рулем иномарки новенькой «Волги» своего куратора. Они ехали молча, с каменными лицами, думали о чем-то своем и его не заметили.
Михаил вышел из машины и вернулся обратно в офис. Навстречу ему попался Семен Ефимович.
– Что-нибудь произошло?
– Да. Сегодня я могу работать хоть до утра, но завтра меня не будет до обеда. Так уж сложились обстоятельства.
– И речи быть не может. Завтра до одиннадцати часов мы должны отослать в Москву договор. Попробуйте уладить ваши дела сегодня. Все, Михаил, у меня нет времени. До завтра.
И он ушел. Впервые он дал понять Михаилу, что недоволен им. Здесь его территория. Он здесь хозяин, и все принадлежит ему – и бизнес, и тайны, и люди, и их личная жизнь. Михаилу стало нехорошо. Он нутром почувствовал опасность. Его предположения и схемы зашатались. Вероятно, он ошибся не только с Виталиком, но и с двухмесячным контрактом.
Это естественно. Но невозможно быть совершенно спокойным и рассудительным, когда приезжает Лиза, когда каждая минута до встречи равняется часу, когда миллионы планов и желаний раздувают мозг, словно воздушный шар. В противном случае это не любовь, не радость и не испытание временем. Впрочем, это только его радость и его волнения, для остальных они ничего не значат и только мешают делу. В эйфории всеобъемлющей любви к человечеству Михаил забыл, что находится в джунглях новых нецивилизованных и нечеловеческих отношений. Он расслабился и перестал быть осторожным, забыл про опасность.
Он зашел в свой кабинет и занялся подготовкой договора поставки. Когда у него все было готово, часы показывали девять вечера. Михаил отнес договор в кабинет шефа и отправился домой. Он уже знал, что завтра после обеда его ожидают крупные неприятности.
29 июня.16.307.00. Литейный, 6.
Майор госбезопасности только что закончил читать «Предварительное заключение» отдела психоаналитики. Основной вывод гласил: «Воздействие на объект экспериментальными препаратами дало отрицательный результат (в отличие от ранее полученных положительных результатов при работе с иными объектами). Наиболее вероятны четыре варианта: а) объект по своим психическим и генно-биологическим особенностям резко отличается от иных объектов, подвергнутых воздействию тех же препаратов; б) персоналом клиники допущены профессиональные ошибки и неточности при использовании экспериментальных препаратов; в) объекту удалось нейтрализовать или избежать воздействие экспериментальных препаратов путем использования собственных уникальных способностей; г) произошла комбинация вариантов а) – в). В результате специалисты клиники не смогли закрепить в сознании объекта плановую поведенческую программу, психологическое и биохимическое кодирование. Смещение памяти во временном интервале вполне реально, хотя не следует исключать и хорошо спланированной симуляции, которую объект весьма убедительно демонстрирует продолжительное время. В то же время консилиум специалистов аналитического отдела допускает и наиболее вероятный вариант – замещение в сознании (более того, в подсознании) объекта реального времени на прошедшее и реального образа на прошлый, воображаемый образ. Объект автоматически превратил собственную фантазию и профессиональные знания в псевдореальность. Без всякого сомнения, у объекта появились новые, ярко выраженные способности и качества. К ним следует отнести в первую очередь умственные, гипнотические, интуитивные и физические способности. Выводы: 1. Социальная опасность объекта – категория “средняя”. 2. Политическая опасность объекта – категория “выше средней”. 3. Экономическая опасность объекта – категория “низшая”. 4. Стабильность состояния объекта – категория “средняя”. В целом объект государственной опасности не представляет. В то же время для решения поставленной задачи возможно использовать факторы страха, волнения, неуверенности, опасности. У объекта в безусловном порядке должны наблюдаться симптомы раздвоения личности и галлюцинаций. Спровоцировать объект на какие-либо желаемые действия возможно в том случае, если использовать эффект внезапности и неотвратимости. Здесь наиболее эффективны страх, вина, утрата, унижение и безысходность. Сопутствующими факторами при этом могут быть физическое переутомление или нервное истощение, состояние огромного успеха и эйфории или депрессии и отчаяния. Состояние объекта – “неустойчивое”. У объекта могут возникать периоды устойчивой сублимации (переключения), когда он становится способен ощущать себя в нескольких состояниях одновременно, вплоть до восприятия им прямого контакта реального и вымышленного объектов, где и реальный, и вымышленный объекты существуют в его сознании не только одновременно, но и независимо друг от друга».