Страница 23 из 103
Юля говорила и говорила. Она словно боялась, что Михаил ее прервет, скажет нечто душераздирающее и она не сможет сделать то, что решила сделать вопреки своему желанию.
– Михаил, милый, простите меня… Запишите телефон Лизы и в случае надобности звоните по нему от Инги, я с ней об этом уже договорилась.
Она назвала номер и очень тихо попрощалась с остолбеневшим Михаилом. Все. Он записал номер, машинально повесил трубку, поблагодарил Ингу и вышел из квартиры на лестничную площадку. Там было темно, свет перестал гореть. Дойдя на ощупь до своей двери, он попытался ее открыть и внезапно понял, что попасть в квартиру ему не удастся: замок защелкнулся, а ключи остались внутри.
Несколько минут Михаил приходил в себя. «Нет, я не отступлюсь, я буду за нее бороться. Ну что за напасть, что за наваждение. Второй раз милая и желанная мне девушка из одной и той же квартиры на Старо-Невском отказывается от меня. Отказывается от любви и от будущего. Роковая квартира. А может быть, и встреча роковая? Как знать. Но ведь ничего ровным счетом не было».
И вновь он физически ощутил, как его душа разделилась на две половины. Одна из половин хотела настоящей, полноценной любви, а вторая желала любви возвышенной для своей души. Одна из половин уже принадлежала Лизе, а вторая была отдана Юле. И вот теперь вторая половина осиротела, в ней образовалась черная дыра, пустота, бездна…
Спустя ровно месяц после расставания с девушкой из этой квартиры умер его дядя и Михаил оказался в другом времени, в другой жизни, с другим именем. Что сулит ему это расставание? А может быть, все еще образуется? Может быть, надо сделать новый круг? Может быть, надо что-то изменить? «Я буду за нее бороться», – с необычайной страстью подумал Михаил и отчетливо понял, что ничегошеньки он сделать не сможет. Все решает сама Юля. Все решает сама Лиза. И если одна из них сказала «нет», это еще не значит, что другая скажет «да».
Постояв в нерешительности несколько минут перед запертой дверью, Михаил возвратился к квартире номер 135. Он робко позвонил, отошел от двери и стал ждать.
– Кто там?
– Инга, это я, Михаил. Я оставил ключи в квартире, и мне туда не попасть. Дверь захлопнулась. Можно я от вас позвоню Лизе?
– Да, конечно, заходите.
Лиза была дома. Михаил рассказал ей о своем несчастье.
– Не паникуйте, через час я буду у вас.
Он положил трубку на телефон, поблагодарил Ингу и направился к двери.
– Куда же вы, там опять бомжи лампочки выкрутили. Посмотрите телевизор. Сейчас чаю попьем с пирогами. Я их только что испекла.
– Спасибо, тогда я должен Лизу предупредить, где меня искать.
Через час Лиза позвонила в дверь. К этому времени Михаил уже хорошенько познакомился с Арменом и Ингой. Пирожки и коньяк были отменные. Все это плавно перешло в плотный ужин. Звонок Лизы спас гостя от смертельного переедания за обычным ужином хлебосольных хозяев. Никакие уговоры не смогли усадить Лизу за стол и продолжить трапезу. Минута, другая, и вот они снова в Юлиной квартире.
– Михаил, вам пора привыкать к новому имени. Это будет и нормально, и безопасно. Ведь Николай – это тоже красивое имя.
– Николай – это совершенно другая судьба. Это другая жизнь. Это другой человек.
– Значит, придется ко всему этому привыкать.
– Я уже это ощущаю. Мои мечты не сбываются, а чужие желания, как будто я – Николай-угодник, сами собой воплощаются в реальность.
– Мечты и желания – это совершенно разные женщины.
– Это так. Куда уж точнее…
– И я даже знаю их имена.
– Вы все время шутите, Лиза. У вас все просто и легко. С вами хорошо.
– Это только так кажется, – немного помолчав, Лиза добавила: – Не только вы можете исполнять желания, но это, быть может, удастся и мне. Сейчас на улицах пустынно, и я могу вам дать потренироваться в езде на автомобиле. Выше нос. Надо уметь переключаться!
– Это сказка?
– Это исполнение желаний. Ну что, будем переключаться?
– Будем.
Во дворе дома Михаил сел за руль Лизиного автомобиля. Сначала робко и медленно, затем все увереннее и быстрее он проехал одну улицу, потом другую и выехал на проспект. По пути следования он выполнял указания и запоминал устные инструкции. Михаил спрашивал и пытался запомнить все знаки и указатели. Примерно через час езды ему это удалось. Сказать по правде, знаков оказалось не так уж и много. На Петроградской стороне Лиза показала ему, как надо заправлять машину бензином. Проезжая через Троицкий мост, Михаил был поражен красотой увиденного и даже не заметил, как уверенно прибавил газа. За мостом он повернул направо и через некоторое время остановился. Они вышли из машины и пошли гулять пешком. У Дворцового моста стоял маленький кораблик. Какой-то человек, взяв в руки рупор, приглашал желающих покататься по Неве и Финскому заливу до утра. Они купили билеты. На верхней палубе стояли столики и работал буфет. Продавали шампанское и бутерброды. Играла легкая музыка. Михаил и Лиза сидели у борта за столиком на двоих, смотрели на воду, пили шампанское и тихо общались под шум двигателей и плеск воды за бортом. Последние дни апреля. Было по-летнему тепло.
– Михаил, вы принципиально не пьете шампанское?
– Мне больше нравится держать бокал в руках, ощущать запах игристого вина, по этому запаху определять вкус, поддерживать компанию и произносить глупые, но искренние тосты. Вы лучше расскажите, как нам не запутаться в моих именах.
– Да, задача у меня не из легких, но я постараюсь с ней справиться. Значит так, наедине с вами я буду говорить «Михаил», в присутствии посторонних вы будете Николай. И тогда у вас будет не только чужая новая жизнь, но и обычная прежняя.
– Прежней жизни у меня уже не будет, – с грустью в голосе произнес Михаил.
– Как знать.
К середине ночи похолодало, и они спустились в каюту. Там было сумрачно, тепло и уютно. Многие парочки сидели обнявшись и целовались. Михаил и Лиза сели так, чтобы никому не мешать. Лиза сняла туфли и подобрала ноги под себя.
– Вы можете лечь и положить свою голову мне на колени.
Она так и сделала.
– Михаил, расскажите мне что-нибудь из своей жизни.
– В той моей жизни все было по-другому. Чтобы сделать карьеру, надо было хорошо учиться и много знать. Я просиживал в библиотеке почти все свое свободное время. Однажды там же, в читальном зале, я познакомился с девушкой. Наши отношения были как бы спланированы заранее. Она мне нравилась, и я ей нравился. Чтобы зря не тратить время, можно было и пожениться. Все к этому и шло. Как-то раз она пригласила меня в гости. Это была та самая квартира, в которой сейчас живет Юля. Было лето. Ее родители уехали в Гатчину, на дачу, и мы остались вдвоем. За разговорами время пролетело незаметно, наступила ночь. Мы зажгли свечи и стали шептаться. Я подступал в своих рассуждениях все ближе и ближе к поцелуям и нежностям. И вдруг по коридору кто-то прошел, старчески передвигая истрепанные тапки. Шаги на миг затихли у нашей двери и снова продолжили свой путь. Моя знакомая сидела ни жива ни мертва. Ведь, кроме нас двоих, в квартире никого не было! Я взял свечу и вышел в коридор. Там никого. Я еще немного постоял в коридоре и пошел обратно. Переступая через порог, я почувствовал удар в спину. Запнулся, но не упал. Я резко обернулся. Позади меня никого не было.
Михаил замолчал.
– И что было дальше?
– На следующий день моя девушка сказала мне, что больше нам не следует встречаться. Она была в нервном состоянии, как-то странно дергалась, путалась и оглядывалась по сторонам. Я спросил ее, что случилось, почему мы не можем больше видеться. Она часто-часто замотала головой из стороны в сторону, ничего не сказала и убежала. Я решил все же добиться своего, разузнать причину и на следующий день направился к ней домой. Поворачивая на Старо-Невский, в десяти метрах от ее дома, я чуть было не попал под ломовых лошадей. Выручил какой-то зевака, который столкнулся со мной прямо перед лошадьми. Подойдя к дому, я машинально поднял голову вверх и в ужасе застыл оттого, что прямо мне на голову летел огромный кусок лепнины, отвалившийся от карниза. Он упал перед моими ногами. Я больше не стал испытывать судьбу. А через месяц умер мой дядя.