Страница 9 из 12
В назначенное время состыковался со специалистом по видеонаблюдению, договорился о встрече. Хорошо хоть просить об отсрочке платежа не пришлось. Средства на приобретение приспособления еще имелись.
— Добрый день, Василий Сергеевич!
— Добрый, Георгий Александрович! Проходите, присаживайтесь. Вот ваш переделанный аппарат и защита для глаз. Как и заказывали, очков три комплекта. Цена, правда, немного кусается. Мне удалось вообще трехваттный светодиод достать, так что дальность намного увеличилась. Метров с тридцати железно будет брать. В комплекте идет объектив-насадка на излучатель, с помощью которой можно регулировать фокусировку. Я уже испытал переделанную мухобойку. По-моему, получилось неплохо. Только пришлось переделать и корпус — вставить в него миниатюрный вентилятор, иначе схема перегреется. Вот эти отверстия рукой закрывать нежелательно, через них и идет охлаждение. Но вообще больше, чем на пять секунд я бы включать не рекомендовал. Пробовать будем?
— А не страшно, что камеру вашу подопытную спалим?
— Не переживайте, испытывать будем на хорошей, снабженной защитой.
Испытания прошли на ура! В длинном складском помещении, в самом его конце Василий Сергеевич установил камеру и подключил ее к видеорегистратору, предназначенному для преобразования видеосигнала, его записи и ретрансляции на монитор. Надев защитные очки, через самодельное прицельное приспособление направил настроенный прибор на камеру и нажал кнопку. Внешне ничего не произошло. Буквально через секунду выключил.
— Ну что, Георгий Александрович, пойдем смотреть результат?
— Конечно, Василий Сергеевич!
На экране монитора, начиная от самого центра, расходясь к периферии, заполнив почти весь экран, сияло яркое белое пятно, напоминающее солнце, рассматриваемое через закопченное стеклышко. Что-либо еще кроме него рассмотреть не было никакой возможности. Работоспособность системы наблюдения восстановилась только минут через десять.
— Ну, что скажете? Принимаете работу?
— Просто замечательно, Василий Сергеевич! Даже лучше, чем ожидалось. С удовольствием готов рассчитаться.
— Рад, что смог помочь. Только вы поосторожнее с этим. Практически оружие получилось. Человека без глаз оставить — раз плюнуть. А глаза — это не видеокамера, не восстанавливаются.
— Обязательно учтем, уважаемый Василий Сергеевич. Не переживайте. Всего вам доброго!
— И вам того же!
По поводу использования аппарата в качестве оружия наш добровольный помощник подсказал отличную идею. Судя по всему, камеру наблюдения гасить не придется. Зато запросто может понадобиться всерьез и надолго вывести из строя наших противников. Без глаз — это не бойцы, зато для использования в качестве языков вполне подойдут. И главное, незаметно и совершенно бесшумно, если не считать за шум разъяренный мат ослепленных. Луч же мухобойки практически не виден даже в темноте. Мало кому придет в голову обратить внимание на крохотную еле заметную светящуюся точку синего цвета. Да и то, со стороны не увидать, а кто заметит, уже больше ничего рассмотреть никогда не сможет. Кстати, нужно попробовать сфокусированный луч на небольшом расстоянии. К примеру, на доске хотя бы. Интересно посмотреть, что из этого выйдет?
Приобретением в обязательном порядке похвастался перед друзьями-соучастниками. Моя идея использования приспособления в качестве оружия была воспринята с воодушевлением. Испытания провели возле вечно переполненных мусорных ящиков в одном из дворов. Цель в виде здоровенной крысы пришлось достаточно долго поджидать. Все-таки эти существа довольно умные, а еще, видимо, обладают даром предчувствия. Ожидание увенчалось успехом. Зверюга, другого определения ей я просто не нашел, выбралась из мусорного контейнера с добычей. Поджидавший ее на расстоянии около пятнадцати метров Гном, тщательно прицелившись, нажал кнопку.
Эффект мы заметили сразу. Крыса, попытавшись смыться, с разгона врезалась в стоявший на ее пути другой металлический короб для сбора мусора. Звук удара был слышен даже на расстоянии. В конечном итоге, жертве удалось сбежать. Цели убивать ее у нас не было. Но, пытаясь спрятаться, она вела себя именно так, как слепая, не раз ударившись и споткнувшись о различные предметы, лежащие на ее пути.
— Будем считать испытания успешными, — подвел итог Сергей, — как оружие вполне годится. Осталось опробовать в боевых условиях.
Январь благополучно подошел к концу. Наше наблюдение за казначеем постепенно приносило свои плоды. Уже как родных в лицо знали всех бригадиров, привозящих криминальные деньги. Спутать этих бандюганов с кем-то другим было достаточно сложно. Во-первых, машины, как на подбор, сплошь иномарки, причем не самые дешевые и подержанные, да еще и преимущественно, за редким исключением, «БМВ», только некоторые катались на «Тойотах». Как какой-то своеобразный дресс-код. Во-вторых, фигуры, как будто выращенные в инкубаторе, с практически полным отсутствием шеи как таковой, на которой неизменно болталась чуть ли не якорной толщины золотая цепь.
В один из последних дней месяца присматривать за Шварцем с ноля часов до двенадцати досталось мне. Все шло как обычно. Утром к дому потянулись быки с неизменными спортивными сумками, привезли бабки. Ближе к одиннадцати казначей вышел из дома, взгромоздился в стоявший напротив подъезда свой «Крузак» и тронулся с места, привычно нагло нарушая правила дорожного движения. Сложилось такое впечатление, что не нарушал он только тогда, когда стоял на месте. Огромного труда стоило не потерять его в плотном потоке транспорта. Все-таки мощность и приемистость его машины и моей «шестерки» несопоставимы. Еще и держаться к нему вплотную нельзя, может и засечь наблюдение, что было бы совершенно недопустимо. Но, слава Богу, с этим справился.
Подкатив к расположенному в центре города Первому Энскому акционерному коммерческому банку, Шварц уверенным шагом направился внутрь. Приткнув свою машину на стоянке, прихватив с собой дипломат, безжалостно переделанный для скрытой видеосъемки, для чего в торце пришлось проделать отверстие, замаскировав его сетчатой тканью, окрашенной в тон чемоданчика, включил видеокамеру и поспешил за ним. В фойе казначей ненадолго задержался, кого-то поджидая. Спустя минут пять из служебного помещения к нему вышла молодая женщина, старательно мною запечатленная на видеопленку. Взяв у Шварца сумку, она удалилась обратно. Стараясь не привлекать внимания, я присел за столик, взяв какой-то бланк из расположенной там же подставки, принялся его неторопливо заполнять.
Ожидать пришлось около получаса. Все это время казначей то занимался своими делами, периодически разговаривая с кем-то по сотовому телефону, то разглядывал развешанные по стенам образцы бланков и рекламу. Наконец девушка вновь появилась в холле, о чем-то перебросилась со Шварцем несколькими фразами и передала ему обратно сумку, забрав которую объект моего наблюдения благополучно вернулся в «Крузер». И вновь гонки по городу на грани фола, которые завершились возле ставшего уже почти родным дома. Там подопечный, хлопнув дверью, скрылся в подъезде, а ко мне подошел уже некоторое время поджидавший нашего возвращения Гном, приехавший мне на смену.
— Куда это вас носило? — спросил он.
— Катались в банк, — ответил я, — похоже, бабки меняли. Девочку я постарался заснять. Должно было получиться. Потом посмотрим. Ну что, принимаешь смену?
— Давай! Можешь быть свободен. Ты сейчас куда?
— Прокачусь обратно к банку. На всякий случай гляну, как там наружные камеры расположены, а потом — спать. Держи камеру, — передал Гному кейс, — аккумулятор должен быть еще живой. Кассету только не забудь поменять.
— Не забуду. Ну, удачи! Спокойной ночи! — прикололся Сергей.
Как и следовало ожидать, девушка, по нашему предположению менявшая Шварцу рубли на валюту, Руслану оказалась не знакома. Что уж говорить о нас, напрямую не связанных с оперативной работой? Так и этак обсосали визит казначея в банк, но версию, что он просто сдает деньги на хранение, признали несостоятельной. Средства могут понадобиться в любое время, не побежишь же за ними, особенно в неурочное время? Да и безналичный расчет в этой среде как-то не принят. Тогда уж проще сразу прийти в органы с повинной во всех своих грехах. Такие расчеты отследить проще простого. От отстегивания в общак Щербатого тоже никто не освободит. Тут тоже голимая наличка. На этом все и держится в бандитском сообществе. Что бы там ни говорили, но на эти бабки существует вся верхушка криминала. Тем более что в Димкину смену Шварц скатался по отлично известному операм адресу, где проживал держатель общака. Нет, деньги тот, естественно, дома не хранит, иначе, к бабке не ходи, бандюки давно бы с ними распрощались. Спланировать операцию по изъятию преступной кассы, если известно ее местонахождение, оперативникам — раз плюнуть.