Страница 65 из 69
Сердце колотилось так, как не колотилось никогда в жизни. Мэлори окинула взглядом комнаты по обе стороны от нее. Зловещий голубой туман пробирался в них, поднимался по стенам, затягивал окна, не пуская в дом даже тусклый свет грозового неба.
«Беги…» Это был отчаянный шепот, прозвучавший у нее внутри. Нужно бежать. Спасаться, пока еще не поздно. Это не ее битва. Она обычная женщина, живущая обычной жизнью.
Мэлори схватилась за перила и спустилась на одну ступеньку. Сквозь прозрачную голубую пелену, быстро пожиравшую настоящий свет, она видела входную дверь. За дверью был реальный мир. Ее мир. Достаточно открыть дверь и выйти наружу, чтобы все вокруг снова стало нормальным.
Ведь она этого хочет, так? Нормальной жизни. Разве сон не доказательство? Замужество и семья. Тосты на завтрак, цветы на комоде. Приятная жизнь с простыми удовольствиями, построенная на любви и привязанности.
Эта жизнь ждала ее за дверью.
Мэлори спускалась по лестнице, словно в трансе. Она каким-то непостижимым образом видела сквозь дверь. Чудный осенний день. Листья сверкают золотом в лучах солнца, воздух ароматен и свеж. И хотя сердце по-прежнему выскакивало из груди, губы сами сложились в мечтательную улыбку. Она подошла к двери.
— Это все неправда, — вдруг послышался ее собственный голос, на удивление бесстрастный и спокойный. — Очередной обман. — Мэлори вздрогнула и отвернулась от двери — от прекрасной жизни, ждавшей ее за порогом.
Иллюзия — то, что снаружи. Реальность внутри. Теперь это ее дом.
Ошеломленная тем, что едва не бросила подруг, она стала звать Зою и Дану. Куда Кейн их спрятал? Страх за них заставил ее броситься вверх по лестнице. Стремительное движение разорвало голубой туман, но за спиной Мэлори липкое марево сомкнулось вновь.
Чтобы сориентироваться, она подошла к окну на верхней площадке лестницы и раздвинула рукой ледяной туман. Кончики пальцев онемели, но Мэлори увидела, что снаружи все еще бушует гроза. С темно-лилового неба вниз обрушивались потоки дождя. Около дома стояла машина — там, где она ее оставила. По противоположной стороне улицы быстро шла женщина под красным зонтом.
«Вот она, реальность», — напомнила себе Мэлори. Жизнь — суматошная и нескладная. Она вернет себе эту жизнь. Отыщет путь назад. Но сначала дело.
Свернув направо, Мэлори почувствовала, что кожа покрылась мурашками. Ей пригодились бы куртка и фонарь. А еще хорошо бы, чтобы рядом были подруги. И Флинн. Мэлори подавила желание бежать, не разбирая дороги. Впереди раскинулся лабиринт коридоров.
Впрочем, это неважно. Еще один трюк, чтобы напугать ее. Где-то здесь, в доме, спрятан ключ. Она его найдет. И подруг тоже отыщет.
Мэлори продолжала идти, борясь с подступающей паникой. Было тихо, а голубой туман приглушал ее шаги. Что может быть страшнее, чем холод, неизвестность и одиночество? Кейн зло играет с ней, он знает, как сильны человеческие инстинкты.
Но прикоснуться к ней он не может, пока она сама не разрешит.
— Ты не заставишь меня бежать! — крикнула Мэлори. — Я знаю, кто я и где я. Ты не заставишь меня бежать!
Вдруг она услышала, как кто-то ее зовет — едва заметное колебание густого воздуха. Мэлори повернула и пошла на звук своего имени.
Холод усилился, туман теперь клубился влажными вихрями. Ее одежда промокла, кожу пощипывало от холода. Мэлори подумала, что послышавшийся ей голос может быть еще одним обманом. Теперь она уже ничего не слышала, кроме толчков пульсирующей в висках крови.
Неважно, куда несут ее ноги. Можно описывать бесконечные круги или стоять на месте. Дело не в том, что она пытается найти выход, а ее сбивают с пути. Это поединок ее воли и воли Кейна.
Ключ здесь. Она полна решимости найти его, а Кейн полон решимости помешать ей.
— Наверное, для тебя унизительно сражаться со смертной женщиной. Тратить свое искусство и силу на такую, как я. И все, что ты можешь, — это напустить дурацкий голубой туман.
Дымка окрасилась красным. Сердце Мэлори замерло, однако она стиснула зубы и продолжала идти. Очевидно, злить волшебника было опасно, но риск оправдался.
Там, где красное свечение смыкалось с голубым, она увидела еще одну дверь.
«Чердак, — подумала Мэлори. — Это должен быть чердак. Не иллюзорные повороты и коридоры, а часть настоящего дома».
Сосредоточившись на двери, она пошла вперед. Туман плыл, сгущался, клубился, но Мэлори не обращала на него внимания, пытаясь удержать в своей голове образ двери.
Наконец, задыхаясь, она протянула руку сквозь туман и сомкнула пальцы на старой стеклянной ручке.
Из открытой двери на нее пахнуло теплом. Мэлори шагнула в темноту, и клубы голубого тумана вползли следом за ней.
Флинн прокладывал путь через бушующую грозу, наклонившись вперед и силясь разглядеть дорогу через потоки воды на лобовом стекле, с которыми не справлялись «дворники».
Мо на заднем сиденье всхлипывал, словно ребенок.
— Трусишка! Это всего лишь небольшой дождик.
Черное небо проре́зала молния, за которой последовали раскаты грома, напоминавшие пушечную канонаду. И снова ударила молния.
Машина вздрогнула и вильнула в сторону. Флинн, выругавшись, с трудом повернул руль.
— И еще ветерок, — прибавил он, успокаивая собаку. — Со штормовыми порывами.
Когда Флинн уходил из редакции, ему казалось, что гроза быстро пройдет, но она становилась все сильнее и сильнее. Поскуливание Мо превратилось в жалобный вой. Флинн начал беспокоиться, что Мэлори, Зою или Дану — а может быть, всех троих — непогода застала в пути.
Теперь девушки уже должны быть в доме. Кстати, он мог поклясться, что в этой части города гроза бушевала особенно неистово. На горы опустился туман, накрыв их серой пеленой, плотной, как шерсть. Видимость ухудшилась, и Флинну пришлось замедлить ход, но еле ползущую машину все равно занесло на повороте.
— Мы остановимся, — сказал он Мо. — Остановимся и переждем.
Когда Флинн съехал на обочину, тревога, мурашками ползущая по спине, нисколько не ослабла, наоборот, когтями вцепилась в затылок. Стук дождя по крыше автомобиля отдавался в мозгу ударами молота.
— Что-то случилось.
Флинн снова поехал, вцепившись в руль, чтобы удержать машину, которую ветер раскачивал из стороны в сторону. Струйка пота — от напряжения и тревоги — побежала между лопатками. Проезжая следующие три квартала, Флинн чувствовал себя как на поле боя.
Увидев около дома машины, он выдохнул с облегчением. Все в порядке. Девушки в доме. Ничего не случилось. Он просто идиот.
— Говорил же тебе, беспокоиться не о чем, — Флинн обратился к Мо. — Теперь выбор за тобой. Можешь собраться с духом и вместе со мной пойти туда, а можешь сидеть здесь, дрожа и плача. Решай, приятель.
Флинн съехал на обочину и взглянул на дом. Тревога вернулась и даже усилилась.
У грозы имеется центр, и этот центр находится здесь. Над домом яростно клубились черные тучи. Из них ударила молния, огненной стрелой вонзившись в лужайку перед крыльцом. Среди травы образовалось черное пятно.
— Мэлори.
Флинн не осознавал, что это было, крик или шепот. А может быть, имя любимой просто прозвучало у него в мозгу… Он распахнул дверцу машины и выскочил навстречу бушующей стихии.
Порыв ветра отбросил его назад. Удар, похожий на пощечину, был так силен, что Флинн почувствовал во рту вкус крови. Молния вошла в землю прямо перед ним, и в воздухе разнесся запах гари. Ослепленный потоками дождя, он нагнулся вперед и побрел к дому.
С трудом взобравшись на ступени крыльца и повторяя, словно заклинание, имя Мэлори, Флинн увидел просачивающийся из-под двери голубой туман.
Ручка обожгла ладонь холодом и не желала поворачиваться. Стиснув зубы, Флинн отошел на шаг и ударил в дверь плечом. Потом еще и еще. После третьего удара дверь распахнулась.
Он бросился в дом, в гущу голубого тумана.
— Мэлори! — позвал Флинн, отбросив намокшие волосы с лица. — Дана!