Страница 64 из 69
— Понимаю.
— А кончается все тупиком, — заключил Флинн, повторяя ее мысли. — Пару дней назад Джордан сказал одну фразу, к которой я все время мысленно возвращаюсь. Спрашиваю себя, действительно ли я рисовал в своем воображении жизнь с Лили. Понимаешь, на несколько лет вперед. Я представлял ближайшее будущее, переезд в Нью-Йорк. Вот мы находим работу, которая нам по душе, снимаем квартиру. И все. Большего я не мог вообразить. Как мы будем жить, чем заниматься, не говоря уже о том, как станем смотреть друг на друга через десять лет. Мне было нетрудно представить свою жизнь без Лили — намного легче, чем жить после того, как она меня бросила. Уязвленная гордость. Злость и боль. Сплошные раны… А в довершение всего — убеждение, что я, наверное, не создан для любви и брака.
Сердце Мэлори пронзила жалость — к ним обоим.
— Ты не обязан объяснять.
— Я еще не закончил. В конце концов все наладилось. Я привел свою жизнь в порядок — ты вряд ли со мной согласишься, но меня это устраивало. Потом Мо сбил тебя с ног, и все начало меняться. Не секрет, что ты мне понравилась с первого взгляда, и я надеялся, что рано или поздно мы окажемся на этом диване. Дальше я не заглядывал… Сначала не заглядывал…
Флинн приподнялся на локте. Ему нужно было видеть лицо Мэлори.
— Мы знакомы меньше месяца. На многие важные вещи смотрим по-разному. И при этом я могу представить нашу совместную жизнь — так заглядывают в окно и видят свой маленький мир. Я вижу, что будет через год, через двадцать лет: ты, я и то, что мы создадим вместе.
Флинн коснулся пальцами щеки Мэлори, просто чтобы почувствовать тепло нежной кожи.
— Чего я не могу представить, так это своей жизни без тебя.
Он смотрел, как глаза Мэлори наполняются влагой, как слезы бегут по щекам.
— Я тебя люблю. — Флинн смахнул соленую капельку с ее щеки. — И не строю никаких планов. Я просто знаю, что люблю тебя.
Чувства затопили Мэлори, такие сильные и яркие, что она удивлялась, почему эти ощущения не вырываются наружу лучами света. Испугавшись, что разрыдается, она заставила себя улыбнуться.
— Я хочу попросить тебя о чем-то очень важном.
— Все, что угодно.
— Пообещай, что никогда не выбросишь этот диван.
Флинн рассмеялся и ткнулся носом ей в щеку.
— Ты об этом пожалеешь.
— Нет. Я ни о чем не буду жалеть.
Вместе с двумя женщинами, подругами и компаньонками, Мэлори сидела на парадном крыльце дома, который на одну треть будет принадлежать ей.
Небо хмурилось. Облака громоздились друг на друга, образуя многослойную конструкцию всех оттенков серого цвета.
Мэлори подумала, что собирается гроза, и тут же представила, как приятно им будет сидеть в тепле и слушать стук капель на крыше. Но сейчас ей хотелось побыть на свежем воздухе, уже накапливавшем электричество, почувствовать первые порывы ветра, от которых гнулись деревья.
А больше всего Мэлори хотелось поделиться радостью и переживаниями с подругами.
— Он меня любит! — Мэлори не подозревала, что отважится сказать это вслух. — Флинн меня любит.
— Это так романтично! — Зоя достала из сумочки платок и чихнула.
— Да. Знаешь, в прежние времена я бы с тобой поспорила, потому что точно знала, как это должно случиться. Свечи, музыка, а рядом со мной идеальный мужчина. В элегантно обставленной комнате или на фоне великолепного пейзажа. Только так, и никак иначе.
Мэлори покачала головой и рассмеялась — сама над собой.
— Именно поэтому я знаю, что у нас с ним все настоящее. Потому что оно не обязано быть таким, как я представляла, изящным и совершенным. Просто оно должно быть. С Флинном.
— Черт! Мне трудно представить, что огонь в твоих глазах связан с мистером Хеннесси. — Дана подперла щеку кулаком. — Все равно здорово, потому что я тоже его люблю. Но Флинн — мой любимый болван. Никогда не представляла его романтической фигурой. — Она повернулась к Зое. — Что там у тебя в этом мясном рулете? Думаю, мне пригодится рецепт.
— Сама собираюсь присмотреться к нему повнимательнее. — Зоя погладила Мэлори по колену. — Я очень рада за тебя. Мне с самого начала понравилось, как вы смотритесь вдвоем.
— Эй, а ты к нему переедешь? — встрепенулась Дана. — Тогда Джордан получит пинок под зад гораздо раньше, чем я надеялась.
— Прости, но до этой стадии мы еще не дошли. Пока просто наслаждаемся любовью. Это так необычно для меня, девочки! Теперь я не строю планов и не составляю списков. Просто живу. Боже, такое чувство, словно мне принадлежит весь мир! Это плавно подводит нас ко второй части нашей беседы. Я прошу прощения, что не принимала участия в наших совместных делах, не выдвигала никаких идей по поводу ремонта дома.
— Мне уже казалось, что ты собираешься выйти из игры, — призналась Дана.
— Я думала об этом. Простите, что ничего не говорила. Мне нужно было самой понять, что я делаю и зачем. Теперь я это знаю. Я начинаю собственное дело потому, что чем дольше откладываешь осуществление мечты, тем меньше шансов, что она станет реальностью. Моими партнерами будут две женщины, которых я очень люблю. Постараюсь не разочаровать не только их, но и саму себя.
Мэлори встала, уперла ладони в бедра и посмотрела на дом.
— Не знаю, готова ли я, но пробовать буду. Не знаю, найду ли я за оставшееся время ключ, но и это я тоже попытаюсь сделать.
— Знаешь что? — К ней подошла Зоя. — Если бы не ключ, вы с Флинном не нашли бы друг друга. Мы не были бы вместе и не купили бы этот дом. И у меня не появился бы шанс сделать нечто особенное для себя самой и для Саймона. Без вас двоих.
— Думаю, обойдемся без общего объятия. — Рядом с ними встала Дана. — Но у меня точно такое же чувство. Без вас я бы ничего не смогла. Мой глупый братец влюбил в себя такую стильную женщину! А все началось с ключа. Ты должна его найти.
Мэлори подняла голову — с неба упали первые капли.
— Пора прятаться от дождя.
Войдя в дом, они остановились, выстроившись полукругом.
— Вместе или по отдельности? — спросила Мэлори.
— Вместе, — ответила Зоя.
— Вверх или вниз?
— Вверх. — Дана окинула взглядом подруг и получила в ответ одобрительные кивки. — Говоришь, скоро приедет Флинн?
— Да. Примерно через час.
— Тогда мы сможем использовать его как вьючного мула, если понадобится что-то вытащить с чердака.
— Там есть просто потрясающие вещи! — Лицо Зои сияло вдохновением. — Я понимаю, что на первый взгляд это просто хлам, но мне кажется, что когда мы все разберем, то найдем кое-чему применение. Я видела старое кресло-качалку. Его можно перетянуть и покрасить. Будет отлично смотреться на веранде. Еще есть пара торшеров. Абажуры превратились в лохмотья, но стойки можно отмыть и обновить.
По мере того как Мэлори поднималась по лестнице, голос Зои как будто отдалялся. Окно на самом верху было мокрым от дождя и полупрозрачным от пыли. Сердце у нее бешено колотилось, словно хотело выскочить из груди.
— Вот это место, — пошептала Мэлори.
— Конечно, оно. А как же еще! — Дана по-хозяйски огляделась. — Через пару недель оно будет принадлежать нам — и банку.
— Нет, я не об этом. Место из моего сна. Тот самый дом. Как я могла быть такой дурой и не понять сразу? — голос Мэлори дрожал от волнения, слова натыкались друг на друга. — Дом не Флинна, а мой. Я — ключ. Разве не об этом говорила Ровена?
Она резко повернулась; глаза ее ярко сияли.
— Красота, знания, отвага. Персонификация нас троих. Моя профессия связана с искусством, а искусство — это красота. Она несет в мир свет. Ключ света… Сон был моей фантазией, моим представлением о совершенстве. Значит, дом должен был быть моим.
Мэлори прижала руку к сердцу, словно удерживая его в груди.
— Ключ здесь. В этом доме.
В следующую секунду она уже была одна. Лестницу окутало слабое голубое свечение. Подобно туману, оно подкрадывалось к ней, стелилось по полу у ее ног, пока Мэлори не оказалась по щиколотку в холодном влажном мареве. Не в силах сдвинуться с места, она крикнула, но ее голос растворился в насмешливом эхе.