Страница 30 из 45
Пожалуйста, не опаздывайте…
* * *
Когда-то много лет назад я открывала свою личную почту где-то раз в месяц, потому что со всеми общалась через «рабочий ящик». И вот наступил тот самый «раз в месяц», когда я зашла на свой собственный мэйл и увидела письмо трёхнедельной давности.
Письмо от незнакомого мне лица. Я открыла его и принялась читать. По мере того, как я читала, сердце опускалось куда-то ближе к пяткам, а чувство вины поступало к горлу и глазам.
Это была предсмертная записка человека, которого я не знала, как впрочем, и он – меня, но которую он адресовал именно мне, потому что, видимо, больше было некому. Он писал её абсолютно спокойно, как человек, который уже всё для себя решил. Никакого надрыва, бурных эмоций и обвинений в чью-либо сторону, как и рассказа о том, почему, собственно, он решил уйти. Он написал, что читал мои заклинания, случайно наткнувшись на них, блуждая в Интернете, и что я, написав их, не могла не пройти через огонь, воду и медные трубы, поэтому я пойму и не стану осуждать его. Он не просил меня о помощи. Он просто попрощался с этим миром через письмо, адресованное мне.
Конечно, я сразу же написала ему ответ, но знала, что было уже слишком поздно. Я проклинала себя за то, что открывала почту раз в месяц и не ответила раньше. Возможно, я смогла бы остановить его простым общением. И до сих пор, хотя все и говорят мне, что я не являюсь сотрудником Службы Спасения, странное чувство вины живёт в моём Подсознании, периодически всплывая на поверхность.
* * *
Прошло ещё несколько лет. Я училась вождению машинки, «случайно» попав в группу, где преподавателем теории оказалась моя бывшая одноклассница. Она определила меня к самому лучшему преподавателю практики – инструктору.
Инструктор был очень добрым, простодушным и весёлым человеком лет пятидесяти, который всегда шутил, когда я сбивала какие-то палочки, пытаясь изобразить виртуальный заезд в виртуальный гараж задним ходом.
Когда наши занятия закончились, моя одноклассница обучила меня правилам игры в получение прав. Правда, как я уже потом поняла, в этом мире на всё, что тебе нужно от кого-то получить, распространяются приблизительно те же правила, а, в общем и целом, название игры звучит очень заигрывающе: «Получи меня!»
Прошло ещё несколько лет. Я встретилась с той одноклассницей, и мы обменялись последними новостями. И вдруг она сказала мне, что инструктор ушёл. Сам. Я даже сначала ей не поверила, потому что такой добрый и весёлый человек, казалось, не мог уйти сам. И тогда она рассказала мне эту историю.
Жена инструктора умерла много лет назад. Её звали Леной. Он очень любил её. И однажды к нему на инструктаж по вождению попала девушка, безумно похожая на его жену, и даже звали её Леной. Он ничего не просил от девушки, кроме возможности просто ОБЩАТЬСЯ с ней. Чисто по-человечески. Иногда. Она стала для него Лучом Света. Он объяснил, почему так к ней относится, и просил её не исчезать из его жизни, когда закончатся курсы, ведь она для него теперь слишком многое значит. Но девушка ушла из его жизни бесследно. И тогда он решил уйти из своей жизни так же, как и она ушла из его, – навсегда.
Пустота, в которую иногда попадает человек, возможно, самое страшное испытание. Ничего вдруг не остаётся, и ты не видишь никакого Света. Несколько раз так бывало со мной. И тогда я стояла на Окне, и любое дуновение ветра в ту или иную сторону могло привести к соответствующему результату.
Бывает, человек не показывает окружающим того, что с ним происходит. А потом кто-то произнесёт в его адрес неласковое слово – и человека больше нет. Все начинают удивляться, а почему ВДРУГ… А ведь, на самом деле, это слово стало просто последней каплей.
Захлебнувшись симфонией – си бемоль
Жизни – в подземных слепых переходах,
Где мёртв циферблат, столь похожий на ноль,
А стрелки застыли на прожитых годах,
Бежала в тумане на вечный огонь —
Мой запах из детства – лампад и кадила,
И пули свистели – ловила в ладонь
И вместо себя их бросала в могилу,
Алисой скрывалась в Волшебной Стране,
Почти неприступной, красивой и горной…
А кто-то всё ждал новостей обо мне
В коробочке красной да с ленточкой чёрной.
Бог Осень так любит – вернётся едва,
Из яблочек райских печёт Ей шарлотки…
Играют – на виселицу – в слова,
И звёзд – нанизывают – на чётки…
* * *
В тот день я написала одно заклинание и, не удержавшись, отправила Человеку, Которого Не Было. В заклинании говорилось о том, как люди-заклинатели, не выдержав экзамен жизни, уходят…
Тихо.
В этом зале
Идёт экзамен.
Жизни.
Без перемены.
Здесь курят.
Со сцены
Стихи читают.
Без подсказок.
Пьют.
Любят.
Сгорают.
Разом.
Никто не поможет.
Не имеет права.
В этом зале
Идёт экзамен.
Отравой
Становятся вдруг
Слова
В красивой оправе
Или
Пророчеством.
Здесь много людей,
Но кругом —
Одиночество.
Замыкается круг.
Ничего не хочется.
Ничто не радует.
Выстрел.
Петля.
Петля.
Выстрел.
Ещё один
Выстрел.
Люди, как листья,
Или листья, как люди,
Которые
Падают,
Падают,
Падают
В зале,
Где проходит экзамен
Жизни…
Их выносят.
Вскрытие покажет,
Что в теле поэта
Были лишь кости
Да мясо…
Простите их…
За то, что они не заметят,
Как Душа в это время,
Как малые дети,
Взахлёб рыдает у…
Иконостаса…
Его ответ убил меня: «А лучше бы радовались, что ваше тело с его девятью отверстиями в сохранности, что вам не выпала судьба оказаться глухим, слепым или хромым, что вы вообще имеете человеческий облик! Зачем роптать против неба? Уходите прочь!»
В тот момент я находилась в саду. Я стояла на земле. Но, если бы я была дома в городе, я вышла бы в окно.
Осень – пора составлять гербарии…
Есенин, Блок, Маяковский, Цветаева…
Миру их мало…
Не отмолить прощения…
Оплакивать – не оплакать…
Забавно…
Я попросила у него
Просто… общения,
А ему и этого, как оказалось, жалко
Для бродящего по краю бездны
Поэта…
Послушай,
Если гербарием засушить мою душу,
Как тебе кажется,
Какого она получилась бы цвета?
Глава 18 Лера
Я лежала на кровати и смотрела в потолок. Четыре рукописи моих последних книг готовы. Заклинания в сборник посвящений Заклинателю отправлены.
И вдруг мне позвонила Лера. Я знала про неё только то, что она, как и я, пишет заклинания.
– Давай, я приеду к тебе? – предложила она.
– Приезжай… – опустошённо произнесла я.
Она приехала, я показала ей картины, которые находились на тот момент у меня дома. Внезапно Лера посмотрела на меня и произнесла:
– Ты – вся чёрная… Ты так долго не протянешь…