Страница 13 из 45
Я сегодня – плутовка – Лиса,
Я– проказница!
Поспешите! Я скоро сгорю
На костре Подсознания!
Потанцуйте со мной на краю
Мироздания!
Я-не сон! Не ищите в бреду
Бестолковые сонники!
Потанцуйте со мной! Я Вас жду
На подоконнике…
* * *
Ночью снился сон. Всё это происходило после моего выхода в окно. Я оказалась Там в области, похожей на большой светлый коридор, но очень низко от земли. Меня вёл Голос. Не добрый и не злой, абсолютно спокойный и беспристрастный. Меня никто ни в чём не осуждал. Мы общались телепатически, мысленно.
– Я хочу, чтобы ты хорошо запомнила, что здесь увидишь, чтобы потом рассказать об этом живущим на земле, – произнёс Голос.
Я визуализировала лист бумаги и ручку и попыталась записывать то, что вижу, но почти сразу же осознала тщетность этой затеи – я не смогу «вынести» из сна свои записи домой. Листочек послушно растворился в воздухе вместе с ручкой. Я махнула рукой и огляделась, более пристально рассматривая все детали происходящего вокруг.
Голос вёл меня по «промежуточному» состоянию-коридору. Здесь находились люди, которые только что умерли. Они медленно проплывали куда-то вдаль. Каждый из них по ходу движения просматривал «картинки земной жизни», которые являлись в своём роде экзаменом для умершего. В начале коридора картинки всем показывают одинаковые – «стандартный набор», который должен выявить реакцию Души на просмотренное, и, в зависимости от этого, определяется её дальнейшая судьба.
Я перемещалась очень медленно, рядом со мной находился Голос. Сначала я оказалась среди «покойниц». Им показывали живущих на земле женщин, которые только что родили детей и были безумно счастливы. Некоторые «покойницы» при виде этой сцены начинали плакать – когда-то они убили своих нерождённых детей и теперь тянулись на землю, чтобы родить их. Я была абсолютно спокойна, как и Голос, будто он знал, что меня это не касается.
Мы плыли дальше. Я оказалась среди убийц, а после – среди наркозависимых людей, которым показывали злачные места, где они могли бы утолить свою жажду. Мучаясь от осознания того, что на небе ничего подобного уже нет, они испытывали чувство неимоверного влечения к земле. Я была абсолютно спокойна.
Мы дошли почти до конца коридора. Я почему-то вспомнила Тибетскую Книгу Мёртвых и книги одного известного парапсихолога про «идеализации и привязанности», от которых человеку нужно избавляться, и поняла, почему умирать желательно в тот момент в старости, когда ты уже не испытываешь больше никаких «привязок» к земле и нереализованных земных желаний, – иначе ты просто не сможешь дойти до конца коридора.
– А теперь смотри ты… – спокойно произнёс Голос. – Что будет с тобой, если ты сейчас выйдешь в окно. Смотри внимательно, запомни хорошенько, чтобы вернуться и рассказать…
Я остановилась у ОКНА, «выходящего» в земной мир. Пространство Света стало медленно снижать яркость и расплываться. Я вдруг увидела свой город с большой высоты, потом – машины и людей, какую-то станцию метро. Шёл дождь. Незнакомая мне женщина шла на свидание к своему любимому и незнакомому мне мужчине. Я видела, как они встретились, обнялись и поцеловались. Она любила его, он – её.
Больше я ничего не видела. Астральные слёзы хлынули из глаз. Всё поплыло. Голос смотрел на меня с печалью, хотя он и не был видим мной. Безумное желание почувствовать и «прожить» любовь к Человеку, Которого Не Было, закрутило меня по спирали и мгновенно вернуло обратно в одиноко спящее тело. Я буквально «рухнула» в него и сразу же проснулась. Я плакала от безысходности: уйти от кошмарного одиночества Туда – всё равно, что воплотиться в новорожденном и начать жить где-то заново с нуля, потому что тела, которое есть у меня сейчас, уже не будет.
Где обои бегут катренами,
А окно – это дверь в Неизвестное,
Я общаюсь во сне со Вселенными,
Забывая земное и тесное.
Ты – причина моя к возвращению
По утрам с роковой неизбежностью,
Я люблю тебя! Ты – заземление
Безгранично-желанной мной нежностью!
Ты прости мне те сны, что – изменами,
И сравнение столь неуместное —
Здесь обои бегут катренами,
А окно – это дверь в Неизвестное.
* * *
Я приехала на работу в понедельник. Открыла почту. Мне пришло несколько писем от тех, кто присутствовал тогда на «Волшебном вечере». Они говорили, что я читала совсем потрясающе, намного сильнее, чем до этого, что они долго не могли заснуть в ту ночь и впали в глубокие раздумья. А один из присутствующих даже написал заклинание о том, как я читаю заклинания.
Но мне было уже не до заклинаний. Мне хотелось рассказать свой сон двум знакомым женщинам на работе, что я и сделала.
– Сегодня вечером ты идёшь к Р.А.М… – приказным тоном произнесла одна из них.
– Нет! – возразила я. – Сегодня вечером я приглашена читать заклинания.
– Нет, сегодня вечером ты не будешь читать заклинания. Тебе обязательно надо попасть к Р.А.М. Она бывает в нашем городе лишь два раза в год и проводит семинары в течение недели. Я только вчера узнала, что она сейчас здесь. Ты пойдёшь к ней. Вы обязательно должны встретиться.
Глава 9 Храм Души
Р.А.М. сидела в центре огромного зала, рассказывая о себе и о потрясающих возможностях каждого человека. Я смотрела на неё и видела, как на большое расстояние от всего контура её земного тела исходит ослепительное сияние. Такое сильное, как у неё, я видела впервые. И мне даже показалось, что это – не сияние, а самый настоящий Огонь.
Мы занимались неделю. В рабочие дни – вечером по пять часов, а субботу и воскресенье – полностью с утра до вечера. Она много рассказывала, объясняла, учила, а потом мы делали разные упражнения из йоги, работали с образами по Эриксоновскому гипнозу. Но самое главное, и что мне больше всего нравилось в занятиях, – медитации под музыку, совмещённую с мантрами, записанными в ходе её экспедиции в Тибет. В первый день Р.А.М. не говорила никому о том, что может произойти во время медитаций, и не давала никаких установок, лишь попросила всех отключить мобильные телефоны.
Нас было девяносто восемь человек, хотя, как мне сказали, обычно бывает намного больше. Во время медитации она молчала. Звучали только музыка и мантры.
* * *
Я закрыла глаза. Через какое-то время перестала ощущать своё тело. И вдруг я оказалась в одном очень живописном месте высоко в горах на небольшой поляне с журчащим ручейком. Справа – горы, обычные горы, такие, какими я видела их в Тибете, когда была там несколько лет назад. Слева – пропасть, за ней – горы, но иные, я не видела тогда таких гор. Это был какой-то ДРУГОЙ Тибет, которого я ещё не знала. Где-то вдалеке на самой верхушке горы одиноко возвышался маленький монастырь. Я знала, что должна дойти до него.
Внезапно я почувствовала, что сейчас увижу маму. И воздух стал приобретать расплывчатые контуры. Я знала, что мама – уже давно очень-очень далеко, и ей трудно сейчас приобрести тот земной образ, который навсегда останется в моей памяти. Но я всё равно узнала бы её из тысячи других туманных очертаний. Я подошла к ней. Будучи почти такой же прозрачной, как она, я знала, что обняться по-земному у нас не получится и говорить словами – тоже. При этом я прекрасно понимала, что моё физическое тело сейчас находится в зале, и когда я перемещала Сознание в него, то смотрела на Я – Там, в Горах» как бы со стороны, а когда мгновенно мысленно перемещалась в ТО тело, то могла смотреть из ТОГО тела на Я – Здесь, в Зале». Это была такая игра в мгновенные перемещения, и, не скрою, она мне нравилась.