Страница 42 из 66
Глаза Гуро не отрывались от удивительного животного. Что оно делает? Что за непонятное положение поперек тоннеля? Постепенно, все более привыкая к полутьме, Гуро заметил, что кольца, из которых состояло тело животного, словно бы медленно выходили из одной стены и входили в другую. Может быть — это лишь своего рода обман зрения?
Впрочем, нет. Охотник заметил на одном боку животного небольшое черное пятно. Это пятно медленно двигалось вместе со своим кольцом. Вот оно уже совсем приблизилось к стене. Вот соприкоснулось с нею… исчезло!
Да, ошибки быть не могло. Гуро видел лишь небольшую часть длиннейшего чудовища, которое ползло поперек тоннеля, вылезая из одной его стены и исчезая в другой. Кольчатое тело продвигалось без конца, загораживая путь. Что же это за животное?
Гуро опустил дуло винтовки. Он нажал на выключатель прожектора. Яркий свет облил диковинное животное, вернее, ту часть его тела, что была в тоннеле. Так вот они, эти кольца! Теперь видно очень хорошо. Можно подойти ближе.
Нежное, прозрачное тело. Оно, казалось, беспрерывно пульсировало, передвигаясь поперек тоннеля и с заметным усилием подтягивая свои кольца. Внутри этого тела, в обратном направлении, двигалась какая-то черная масса. Или, правильнее, эта масса не двигалась, она словно стояла на месте, а прозрачное тело продвигалось по ней, как бы натянутое на черную палку.
Гуро дотронулся дулом до чудовища. Его бок вздрогнул, вдоль него пробежали морщины. Отступив на шаг, Гуро задумался, наблюдая, как медленно проползало чудовище поперек тоннеля.
Странные вещи приходили ему на ум. Пребывание путешественников на Венере приносило им неожиданные встречи с диковинными животными. Это не были страшилища юрского периода, о которых столько рассказывал Сокол. До сих пор они не видали никаких бронтозавров, археоптериксов, игуанодонов. Может быть, здесь, на Венере, жизнь развивалась иными путями, отличными от земных? Вполне возможно. Странно лишь, что предсказания Сокола относительно растительности на Венере, этой богатейшей бурной флоры юрского периода, — осуществились полностью, а предположения относительно фауны, относительно животных, не подтвердились ни в какой мере. Вот теперь эта встреча с живой прозрачной колодой, которая все еще ползет от стены к стене, словно она длиною в десятки метров… что это за животное?
И вдруг Гуро хитро подмигнул самому себе. Ему знакомо это животное! Правда, он помнит его в несколько другом виде и размере, но — это оно, оно! Охотник легко ударил красноватое тело дулом винтовки. Вдоль тела опять пробежали морщины, животное словно пыталось избежать прикосновения неведомой вещи. Гуро засмеялся хриплым, немного напряженным смехом:
— Я знаю, кто ты такой, — сказал он, обращаясь к молчаливому вибрирующему телу. — Ты — червь! Ты дождевик, вот ты кто!
Это звучало невероятно. Так мог бы сказать разве что сумасшедший. Дождевой червяк — вот это чудовище, толщиной в полтора метра? Дождевик такого фантастического размера?
Однако охотник больше не колебался. Он с силой ударил винтовкой по полупрозрачному телу. Кольца, составляющие его, зашевелились быстрее; чудовище старалось как можно скорее спрятаться в землю, убежать.
— Пролезай, пролезай, — пробормотал Гуро, — не задерживайся. У меня нет времени. Дождевик… хм, да сколько ж ты еще будешь тащиться?
Гигантский дождевик, казалось, был бесконечным. Он загораживал своим телом путь, между ним и потолком тоннеля оставалось всего с полметра. Как пройти?
Гуро выставил вперед винтовку и быстро, не целясь, выстрелил. Сухой звук растаял в воздухе, его поглотили мягкие стены. Пуля пронзила тело дождевика. На нем осталась маленькая крапинка — и только. Кольца двигались вперед все с такой же скоростью. Гуро закусил губу:
— Может быть, я ошибся, — подумал он. — Может быть, я зарядил винтовку не разрывными пулями?
Он проверил магазин. Нет, там лежали именно разрывные пули. Что же случилось? Почему пуля не разорвалась? Впрочем… ха-ха, опять все понятно. Пуля не разорвалась потому, что не встретила достаточного сопротивления. Она прошла сквозь тело дождевика, не причинив ему вреда, как прошла бы сквозь кисель.
Гнев охватил охотника. Ему нужно спешить, каждая секунда промедления может стоить жизни Василию, а он стоит тут, не зная, когда освободит путь этот мерзостный дождевик, перегородивший ему дорогу. Разрубить его, уничтожить!.. Рука охотника уже нащупала рукоятку короткого острого кинжала, висевшего в ножнах у него на поясе. Но Гуро подумал:
— Ну, хорошо, я разрублю эту гадину надвое. Но ведь это же дождевик. Он все равно не остановится, будет ползти, еще более загораживая путь. Нет, рубить нельзя.
Оставался только один способ — перелезть через отвратительное тело, протиснуться между ним и потолком тоннеля. Гуро отступил на несколько шагов назад, разбежался и прыгнул вверх. Руки его попали на спину дождевика, он упал на его бок грудью, ноги его ударились коленями о бока мягкого холодного тела. Охотник почувствовал, как дождевик задрожал от удара. Он напрягся, пытаясь сбросить с себя человека.
Однако Гуро с бешеным усилием уже влезал на него, сжимая зубы, чтобы сдержать припадок тягостной тошноты, которая подступила к горлу. Еще миг — и он легко соскочил, протиснувшись под потолком поперек тела свирепо извивавшегося дождевика. Слюна наполнила рот охотника. Не оглядываясь, он быстро пошел вперед по тоннелю, принуждая себя не слушать легкого шороха сзади, напоминавшего ему про отвратительного червя.
Но это продолжалось лишь несколько минут. Новые звуки, значительно более громкие и угрожающие, привлекли к себе внимание Гуро. Какой-то рев, хриплый и ужасающий, долетал издалека. Ему отвечали тонкие звуки, напоминавшие повизгивание щенят. Забыв о возможной опасности, Гуро ускорил шаги. Рев, прерывавшийся тревожным молчанием, усиливался. Так могло реветь лишь какое-нибудь до крайности взбешенное чудовище, нападая на врага.
— Скорее, скорее, — выстукивало сердце охотника. — Как я мог задержаться около этого дождевика… скорее, скорее!
Гуро на ходу ощупью проверил свое оружие. А рев все приближался. Но вот тоннель еще раз круто повернул, и перед Гуро открылось темное отверстие. Луч прожектора потонул в глубокой темноте отверстия, ни на чем не остановившись. Резким взмахом руки Гуро выключил прожектор, но тотчас же опять включил, бросившись вперед.
Он ясно услышал, как прозвучал выстрел. В ответ на него рев раздался с новою силой. Затем прозвучало еще несколько выстрелов разрозненно, с разными интервалами. И опять грозный рев.
Далее четко послышался глухой стон человека. Гуро уже лежал на краю тоннеля, внезапно обрывавшегося черною пропастью, и смотрел вниз, откуда долетали угрожающие звуки. Словно в ответ на стон, огромная пещера, в которую он смотрел сверху, наполнилась мягким голубым сиянием, лившимся со всех сторон. Луч прожектора Гуро выхватывал из потемок отдельные куски скал, груды земли, каких-то странных мохнатых тварей. И наконец Гуро увидел то, чего искал.
На расстоянии десяти-пятнадцати метров от него, внизу, возле одной из стен пещеры, на глыбе земли лежал человек в скафандре. Он бессильно склонил круглый шлем на руки, рядом с ним лежала винтовка. Человек лежал неподвижно, как мертвый… Это был Василий.
И вдоль той же стены к обмершему, должно быть потерявшему сознание юноше быстро ползло гигантское чудовище. Длинные тонкие усы жадно обшаривали воздух, приближаясь к Василию. Гигантское тело быстро продвигалось вперед, поддерживаемое несколькими лапами. Две из них, передние, были широкие, как грабли, с острыми страшными зубцами. Одна из них поднялась, затем вторая.
Тонкий длинный ус тронул неподвижную фигуру в скафандре, и сразу же в воздухе с молниеносной быстротою поднялась широкая граблеподобная лапа, готовая упасть на человека и раздавить его.
Лапа вздрагивала в воздухе, приближаясь к человеку в скафандре, словно прицеливаясь для последнего решительного удара.