Страница 93 из 117
- Эй, на палубе! – послышался издалека громкий голос на яванском, но с заметным акцентом, - не вздумайте палить из пушек! Не то отправитесь за сундуком сокровищ... Вам – черная метка[188]: собрать все сокровища и оставить их по правому борту.
«Пираты! – застучало в висках Альберта. – Надо же, как не повезло... И ведь с недавних времен Мадагаскар стал пристанищем пиратов и работорговцев... А впрочем, чему здесь удивляться, если стоит остров рядом с морскими путями, по которым и ходят туда-сюда торговые корабли? Тут и у самого ленивого появится желание полакомиться чужой добычей!»
Альберт знал, что если случаются такие встречи, не жди благополучного конца: пальнешь из пушки – и в тебя выкатят «ядрышко», так что считай – потопишь корабль. А бывало, это служилые рассказывали, что непослушных членов команды забирали с собой – или на своем же корабле матросом держали, или, что еще хуже – продавали в рабство...
- Эй, ты, старый пройдоха[189]! - продолжал кричать громкоголосый, видимо, он видел кого-то на палубе, - где ваш капитан? Ушел пообщаться с Веселым Роджером [190]? Рядом с ним кто-то расхохотался низким басом, видимо, ему понравилась шутка своего подельника.
- Ну, а ты, Костик, чего ржешь? Посмотри на свое брюхо! Разъелся, как кот в портовом трактире... Или на родину захотел?
Теперь уж разразился смехом первый «громила».
Альберт осторожно выглянул из-за мачты и увидел почти голого, в одной набедренной повязке, толстенного белого человека. Если бы не крепкий загар и не туземное обмундирование, можно было бы принять его за знатную особу, почти за князя.
- Тьфу ты, сука! - сплюнул сквозь зубы Костик, и уже по-голландски спросил, - ты что, сегодня не промочил горло[191]? Цепляешься ко всем... Или захотел сойтись якорями[192]?
«Странный, однако, он на вид: и не голландец, и не француз, - подумал Альберт, - а по говору, так вовсе чудаковатый – о самом высоком чувстве говорит с таким пренебрежением...» Альберт слабовато владел яванским языком, хоть и приходилось общаться с местными князьками, но отлично знал, что «сука» у них – это что-то очень хорошее и даже любимое[193]. И тут он вспомнил, как приезжали к ним из Московии, правда, это давно уже было, такие же странные господа... Да нет, откуда взяться здесь, в Индийском океане, человеку из далекого медвежьего царства?..
Пиратский парусник уже почти вплотную подошел к голландскому кораблю. Вот-вот он возьмет его на абордаж. И тогда... Альберт мысленно уже прощался со своей шкатулкой. Он знал, что если не вынесет ее на палубу, как требует «громила», не миновать смерти: тех, кто прячет ценности, не щадят.
- Выкидывайте белый флаг[194]! – прокричал пират.
- А где ваш флаг? – неожиданно послышался голос голландского капитана. – Что-то я его не вижу!
Он явно шел на рожон, ведь в нотках голоса не было страха, звучал он вполне уверенно и даже с пафосом.
- У нас есть только один флаг! – продолжал трубить на басах «громила». – И он такой же черный, как черны наши сердца!
Неизвестно, чем закончился бы этот диалог, если бы чья-то истерзанная душа не подчинилась жестокой воле своей судьбы. В самый критический момент, когда уже к борту тянулись абордажные «кошки», кто-то на пиратском паруснике взвизгнул:
- Снимаемся с якоря[195]! Волна-убийца!
Альберт не понял, выполнил ли штурман последний приказ. Он поднимался на палубу со шкатулкой в руках, когда почувствовал, как потемнело в глазах. Посмотрел вверх и не увидел неба – вместо него над кораблем застыла гигантская темно-синяя водяная глыба. Эта волна была с таким высоченным гребнем, что смогла бы накрыть великанское судно, а тут – хлюпенький кораблик человечков-лилипутов...
Он успел подумать о двух предметах, правда, один из них недавно перестал быть просто предметом – он стал маленьким мальчиком по имени Джами, а второй... боже, а второй – белые перчатки его Катарины, а может, и не Катарины... а этой... белой лошади, и они, как и Джами, остались там, в каюте...
Через пару минут водная поверхность океана разгладилась. Она словно выполнила свою миссию и безмятежно переливалась под лучистым солнцем. На ровной поверхности океана не осталось даже следов от игрушечного кораблика, нет, кое-что всплыло – несколько деревянных обломков от досок, с высоты птичьего полета похожих на соломинки в домашнем пруду.
***
[187] Ваян индонез. Wayan – общее (мужское и женское ) имя.
[188] Здесь и далее пиратский сленг. Черная метка – «объявление, заявление».
[189] Старый пройдоха - «товарищ».
[190] Пообщаться с Веселым Роджером - «уйти в туалет».
[191] Промочить горло – «пить».
[192] Сойтись якорями – «драться».
[193] Сука, индонез. suka – «нравиться».
[194] Выкидывать белый флаг – «сдаваться».