Рыцарь из Преисподней

Сидену можно было объехать, путь лежал на север, и под колеса «Найзагая» просились сразу несколько дорог, ведущих в промышленно-портовую зону дальше по побережью. Выбирай любую и лети, выбрось пока из головы сказочный город и его сказочную повелительницу. Артур не стал выбирать. Не думать о Сидене было бы грешно. Разве можно не думать о такой красоте? Ну а не думать об Ойхе он мог где угодно, хоть в ее городе, хоть объехав его десятой дорогой. Он вообще никогда о ней не думал.

Эсимена считалась одним из самых красивых княжеств Ифэренн, но Сидену путеводитель не называл самой красивой столицей. Понятно почему. Красота разнообразна, и пусть Сидена была первым городом, который увидел Артур, он предполагал, что все другие столицы прекрасны, каждая по-своему. Воображения не хватало, чтоб представить, какова столица Уэлана — Толэ с его цветами в небе и на земле; или каким может быть Файху, подгорный мегаполис княжества Рэвах; и даже самые качественные фотографии Келоса ла Иму, столицы Хуола, половина которого была выстроена на летающей платформе, а половина под водой огромного озера, создавали лишь очень смутное впечатление о том, насколько удивителен и красив этот подводный и небесный город. А княжеств было двенадцать. И столиц двенадцать. И оставалось только диву даваться: ведь все это строили люди. Да, с помощью князей, но своими руками и на собственных идеях. Так почему же в виденных Артуром тварных мирах, рукотворной красоты гораздо меньше?

Объехав по краю восточный район Сидены, пешеходный, прогулочный, отданный художникам, начиная от живописцев и заканчивая архитекторами, Артур понял, что знает ответ. В Ифэренн живут те же самые люди, но здесь они все собраны в одном мире, и вся сотворенная ими красота — тоже. К тому же князья не стеснялись брать в Ифэренн то, что в тварных мирах было создано с их помощью. Артур опознал в Сидене несколько зданий, которые видел на Земле, и еще больше тех, о которых только слышал как о фантастических и нереализуемых проектах. Дьявольское наущение? Ну ладно, Госпожа не демон, но ведь и Эсимена не единственное княжество, правитель которого приложил свою руку к искусству в тварных мирах.

Думать об этом можно было, только если всегда помнить: ангелы подали людям не меньше идей.

Перед сорокакилометровой полосой парков, отделяющей Сидену от промышленной зоны, Артура остановили арханы. Он через всю столицу проехал со штурмовой винтовкой у седла, а внимание на него обратили только на выезде. Да уж, жизнь в княжествах, конечно, отличается от жизни на Трассе, но к оружию, кажется, и тут, и там относятся одинаково спокойно. Едет человек с «Перкунасом», ну и пусть себе. Мало ли какая у него надобность?

Ладно, остановили все-таки. Двое патрульных. Один остался в машине, второй подошел, представился сержантом архи Леонидасом и попросил показать разрешение на оружие.

Не было ни разрешения, ни вообще никаких здешних документов. Когда это выяснилось, арханов удивило только одно: то, что Артур живой. Ездить по Сидене без удостоверения личности, зато с тяжелым огнестрелом могли, оказывается, только вампиры. Они, вообще, многое могли и тут, и на Трассе. Прав вроде никаких, зато какие возможности! Упырь без документов и с оружием, на которое нет разрешения, нарушителем не считался. Артур ровно в том же положении, но живой, на свою беду, оказался почти преступником. Его задержали… потом задумались, а что с ним делать? Везти в участок, это понятно. Но как? Впихнуть его в приземистый патрульный автомобиль можно было, только испортив либо его, либо машину. Сошлись на том, что с арханами поедет «Перкунас», а Артур последует за ними своим ходом. Благо тут недалеко, не потеряются.

Даже если б захотелось потеряться, все равно бы не получилось. «Найзагай» — отличный байк, в своем классе лучший, но он дорожный, не сбежать на нем от быстрого арханского «Шурлака».

Отделение архи оказалось в паре кварталов к югу, в малоэтажном уютном жилом районе. Недорогом, судя по вывескам магазинов и редких увеселительных заведений. Наверное, здесь жили люди, работающие в порту и на заводах там, за парками. В участке было чисто, немноголюдно и спокойно, пока Артур не переступил порог. Стоило ему оказаться внутри, как большая часть ламп погасла, вырубилась аппаратура, взвыла и подавленно умолкла сигнализация. Арха Эсимены была достаточно богата, чтоб позволить себе магическое оснащение даже в заштатных участках, и вот результат.

Прежде чем в него начали стрелять, Артур поднял руки и быстро, громко сообщил:

— Ничего страшного, просто оборудование вышло из строя. — И добавил уже тише: — Знал бы я, что у вас тут столько магии, предупредил бы.

— Это ты сделал? — В голосе слышалась опаска. Куда-то в сторону был задан вопрос: — Он еще и маг, что ли?

— Я не маг. Это неконтролируемое воздействие, — объяснил Артур. — Аномалия.

Объяснениям не особо вняли, они как-то затерялись в бурной дискуссии по поводу того, что с ним делать. Тот факт, что его все время держали под прицелом двух неопознанных пистолетов, говорил, впрочем, о том, что рано или поздно объяснений непременно попросят снова.

Включились аварийные лампы… краткое дежавю вернуло в окруженную упырями «Чату». Но здесь из окон лился дневной свет, снаружи был огромный город, а упыри если и бродили поблизости, то архой не интересовались.

— Сюда пройди, — сказал Леонидас, открывая дверь в куб со стеклянными стенами, который Артур из-за довольно удобной с виду мебели поначалу принял за странно оформленный кабинет начальника участка. — Сейчас разберемся, что за аномалия. Имей в виду, это адамант, так что никаких чар.

— И никакой магии, — хмыкнул Артур.

Леонидас малость стушевался, но в защиту легендарного адаманта тут верили крепко и не без оснований. Он не спасал, пожалуй, только от вампирских дайнов, потому что они не были ни магией, ни чарами. Талант, искусство, душевная предрасположенность — как от этого защищаться? Артур про адамант только слышал. Он знал, что это не миф, что вещество, сама суть которого — прочность, та, изначальная, доставшаяся понемногу разным земным материалам, действительно существует, хоть и не в тварном мире. Но представить, что из адаманта сделают стены обезьянника в полицейском участке, он не смог бы… да даже Альберт не смог бы, а у младшего гораздо лучше с воображением.

Звук стены не пропускали. Оставалось читать по губам. Еще поди выбери, кого «слушать». Дел у арханов хватает даже в этом спокойном районе, а Артуру хоть и интересно было узнать, чем живет рабочая Сидена, но не настолько, чтоб не интересоваться в первую очередь собственными перспективами. Какое-то время, правда, только о нем все и говорили. Несколько раз повторенное слово «демон» озадачило и даже задело. Никогда Артур не считал себя похожим на демона, и никогда его демоном не считали. Альберта за ангела принимали, было дело, но, во-первых, по глупости, а во-вторых, хоть природа у ангелов с демонами общая, а все-таки быть принятым за ангела как-то приятней. Артур сосредоточился на обсуждении, выяснил, что помимо прочего вывел из строя еще и сканер на входе в участок, так что опознать его природу своими силами арханы не могли. По этой причине в демонстве и заподозрили. Упыри тоже часто скрывают от людей, что они упыри, но, чтобы походя обезмажить вообще все приборы в здании, нужно быть из тех мертвяков, которых все знают. Ладно хоть ни на одного из них Артур не походил.

И как доказать, что он не демон? Местных даже крест и молитва не убедят, потому что ни о том ни о другом здесь понятия не имеют.

Придумать ничего путного он не мог. Дали бы ему поговорить хоть с кем-нибудь, глядишь, и убедил бы, что он человек, настоящий и чистокровный. Но кто ж будет с ним разговаривать, если он может оказаться демоном? Все-таки в Ифэренн многое с ног на голову. Бесправным упырям можно то, что непозволительно людям, имеющим все права. А истинные хозяева этого мира, демоны, считаются пугалами, с которыми нельзя не то что разговаривать, а на которых лучше даже и не смотреть. Вон, Леонидаса уже отправили к психологу. Это после пятиминутного-то разговора с Артуром, который демон только предположительно. А все почему? Потому что в их разговоре шла речь о «сделке». Сделкой сочли договоренность, что он на «Найзагае» едет за «Шурлаком» арханов. Однако туго у них дело поставлено, если даже такая мелочь считается зацепкой для уловления души. Молодцы ведь, если подумать. Договор с демоном, любой, даже самый пустячный, смертельно опасен, и здесь это, похоже, понимают. Именно потому, наверное, что демоны тут истинные хозяева. В тварном мире, увы, тоже. Но там никто не принимает их всерьез.