Страница 34 из 54
– Все хорошо, бабуля. Мне просто нужно было привести сюда Мелиссу.
Бабушка наморщила лоб, но я знала, что это было частью её плана.
– Для чего, дорогая?
– Потому что по каким-то причинам она не хочет быть с Дином. И я знаю, это не потому, что она не любит его или по другим нормальным причинам. Думаю, что только ты и дедушка можете добраться до истины. Так что, приступайте. Делайте свое волшебство. Испытайте свое вуду-колдовство на ней.
Бабушка и дедушка от всей души рассмеялись.
– Вуду-колдовство. Отлично сказано, Котенок, – сказал дедушка между приступами смеха.
– Я не шучу! Она сломалась, – прокричала я, указывая пальцем на мою ужасную лучшую подругу. – Почините её!
– Хорошо. Признаю, что я не понимаю, почему за такое долгое время вы так и не стали парой, – начала бабушка. – Почему ты не рассказала мне, в чем проблема, Мелисса?
Мелисса глубоко вздохнула, её взгляд метался между нами, в то время как мы все таращились на неё.
– Здесь нет никакой проблемы. Может быть, в этом-то все и дело?
– Что? – Дедушка почесал затылок, совершенно сбитый с толку её ответом.
– Продолжай, – участливо сказала бабушка. Именно таким образом она всегда проникала в самую суть.
– Как я уже сказала, нет никакой проблемы, – сказала Мелисса, пытаясь звучать уверенно.
– Ты любишь Дина? – задала я самый очевидный для всех вопрос. Её лицо смягчилось так же, как и тогда, когда я впервые спросила у неё об этом во времена нашей учебы в колледже.
Мы все смотрели на Мелиссу, ожидая её ответа. Она смотрела в пол и вытирала глаза.
– Конечно, я люблю его. Я никого прежде так не любила.
Я стояла совершенно ошеломленная. Тогда я вообще не понимала, что происходит. Я покачала головой и сказала:
– Серьезно? Тогда какого черта ты здесь делаешь? Почему ты сейчас не с ним?
Бабушка выдохнула и достала из шкафчика бутылку вина. Открыв бутылку, она наполнила три стакана вином, а в четвертый налила холодной воды.
– Извини за то, что мы будем при тебе пить вино, дорогая, – сказала она и протянула мне стакан воды.
– Все в порядке. В любом случае, вино меня сейчас не привлекает. – Я погладила свой живот.
Она поставила бокал вина перед Мелиссой.
– Сначала выпей, а потом продолжим разговор.
– Вы, девочки, все так усложняете. Разве вы не знаете, что мы, мужчины, народ простой? – спросил дедушка, пробуя вино.
Бабушка сделала знак рукой, приказывая ему помолчать.
– Ты напугана, разве не так, дорогая?
Дедушка кивнул.
– Это же очевидно.
Моя голова крутилась по сторонам, пока у Мелиссы по щекам катились слезы.
– Что? Что очевидно? – спросила я, ничего не понимая из всего происходящего.
– Она боится, что у них ничего не получится. Что их отношения не продлятся долго, – нежно сказала бабушка, глядя на Мелиссу.
Дедушка громко хлопнул рукой по столу.
– Котенок, что не так с твоей девочкой?
– Она просто боится. Вот в чем дело. Это только страх, – сказала бабушка.
– В самом деле? – спросила я Мелиссу. – Но ты же самый бесстрашный человек, которого я знаю. Ты всегда говоришь людям, что им следует делать. Всегда поддерживаешь и призываешь не бояться рисковать.
– Проще советовать это другим людям, чем сделать самой, – призналась она. – Намного труднее воспользоваться своим же советом в собственной жизни, особенно, когда ситуация не ясна.
– О чем, черт возьми, ты говоришь? – спросила я.
Мелисса вздохнула.
– Я знала, что ты и Джек созданы друг для друга. Знаешь, я видела это. И всегда говорила об этом тебе. Поэтому мне было проще простого подтолкнуть тебя. Но такой ясности в наших с Дином отношениях нет.
– Да неужели? – фыркнула я. – Почему же тогда я тебе не верю?
Она кивнула.
– Это правда. Я могу сказать тебе, как поступить в той или иной ситуации, но я никогда не знаю, что делать мне самой.
– Ну, мы-то все знаем, что тебе нужно делать! Ты должна заняться Дином! Ум… – я замолчала, чувствуя, как мои щеки заливаются краской. – Я имела в виду, мы все знаем, что ты и Дин принадлежите друг другу, так что ты там мне не рассказала? Выкинь эти мысли из головы, – настаивала я.
Мелисса сделала глубокий вдох и выпалила:
– Ладно! Я люблю Дина. Очень сильно. Но если между нами что-то пойдет не так, и наши отношения развалятся, я единственная, кто много от этого потеряет, а не он. Ты моя лучшая подруга, – напомнила она, глядя в мою сторону. – Но он брат твоего мужа. И если у нас ничего не получится, один из нас потеряет вас.
Её глаза умоляли меня понять её.
– И ясно как день, что это будет не Дин. Я более чем уверена, что он не сможет перестать быть братом Джека. Но я могу перестать быть твоей лучшей подругой. – Слезы ручьем текли по её лицу, она подняла руку, чтобы смахнуть их. – А я не хочу лишиться тебя. Я не хочу быть тем, кто все потеряет.
Моё сердце болело за Мелиссу. Я встала, подошла к ней, обхватила её руками и сжала в объятиях.
– Я никогда не перестану быть твоей лучшей подругой. Неважно, что произойдет между тобой и Дином.
Она покачала головой.
– Это ты сейчас так говоришь, но ты не знаешь, как будет на самом деле. Ты не можешь быть уверена, кого ты выберешь. Я имею в виду, если тебе придется делать этот выбор. И нет никаких сомнений в том, что ты не предпочтешь меня Дину. Сейчас он и твоя семья тоже.
– Но и ты всегда была моей семьей. – Я поймала взгляд Мелиссы, пытаясь показать ей, насколько искренни были мои слова, но она только покачала головой.
Дедушка добавил:
– Могу гарантировать, Дин точно не думает о том, что он потеряет, если у вас не срастется. Вероятно, он вообще не думает о том, что вы можете расстаться. Так почему ты так думаешь?
– Да, кстати, почему ты так уверена, что ваши отношения не продлятся вечно? – спросила бабушка.
– Серьезно, Мелисса, ты единственный человек в мире, кто убедил меня не сдаваться и бороться за наши с Джеком отношения. Даже несмотря на то, через что нам пришлось пройти, ты до сих пор говоришь, что он единственный для меня.
– Ну, так ведь и оказалось. Я была права, – отрезала она.
– Так же как и я. Вы с Дином созданы друг для друга. Ты единственная, кто не понимает этого.
Её голова опустилась вниз, когда она прошептала:
– Я чувствую, что у нас ничего не получится.
– Послушай, Мелисса. – Бабушка потянулась вперед и взяла за руку мою лучшую подругу. – Любовь – единственная вещь в этой жизни, ради которой стоит рискнуть. Когда ты постареешь и оглянешься на свою прожитую жизнь, ты не будешь сожалеть, что использовала шанс любить кого-то. Но ты будешь сожалеть, если не воспользуешься этим шансом. Особенно по причине страха. Страшно только потому, что тебе есть что терять. Ты чувствуешь себя наиболее уязвимой. Не позволяй страху лишить тебя любви.
– Знаешь, она права, – тепло улыбнулся дедушка. – В общем, как и всегда, хотя это и неудивительно. Но если ты отступишься, то всю жизнь будешь сожалеть об этом, дорогая. Может быть, не прямо сейчас и не через несколько лет, но, в конце концов, наступит такой момент, когда ты пожалеешь об упущенной возможности, о каждой потерянной минуте, которую ты могла бы провести с нашим внуком. Жизнь полна многими вещами, и не делай так, чтобы тебе пришлось сожалеть о чем-то.
Бабушка поднялась и запечатлела небрежный поцелуй на щеке дедушки, а он в свою очередь обнял её одной рукой. Жить и ни о чем не сожалеть. Это ведь так легко. Просто слушать свое сердце, следовать его зову и использовать предоставленные жизнью шансы. Всегда использовать шансы. И рисковать, особенно тогда, когда дело касается любви. Потому что любовь – единственная вещь в этом мире, ради которой стоит рисковать.
Мелисса кивнула, выражение её лица стало более расслабленным и открытым, а упрямая маска исчезла. Разговор получился простым, но эффективным.
После того, как мы поблагодарили бабушку и дедушку, и я дала им обещание вскоре показать наш новый дом, я чуть ли не бегом направилась к машине. Я хотела лететь домой, чтобы как можно скорее привезти туда Мелиссу. Организовать её встречу с Дином, чтобы они смогли разобраться со всем своим дерьмом, стало для меня приоритетом номер один. Я не могла дождаться, когда они, наконец, будут вместе. Мы добрались до дома в рекордное время, сведя наши разговоры к минимуму, так как я боялась спугнуть то волшебство, которым одарили Мелиссу бабушка и дедушка.