Страница 23 из 54
Я извивалась под ним и приподнимала бедра, чтобы прижаться к его телу, без слов говоря, что готова ощутить его внутри себя.
– Не сейчас, – сказал Джек на мой молчаливый призыв. Он опустил свою здоровую руку на мои джинсы и нащупал пуговицу.
– Ты должна снять их сама, Котенок. Я чертовски беспомощен с одной рукой.
Я расстегнула пуговицу и молнию. Стащив с себя джинсы, я, прежде чем бросить их на пол, посмотрела на Джека, который делал то же самое со своей одеждой. Он замер всего на какое-то мгновенье, но этого было достаточно для меня, чтобы увидеть его во всем обнаженном великолепии. Я хотела запечатлеть эту картинку в своей голове и запомнить на всю оставшуюся жизнь. Обнаженный Джек Картер был действительно стоящим зрелищем, начиная с его великолепно очерченных плеч и груди и заканчивая мужским достоинством, которое торчало между его мускулистых бедер. Этот экземпляр мужского тела принадлежал только мне.
Я поджала губы и потянулась к его члену, но он отрицательно покачал головой. Джек пристально посмотрел мне в глаза, после чего опустил голову у меня между ног. Мои губы приоткрылись, когда он медленно и методично стал целовать внутреннюю поверхность моего бедра. Он дразнил меня до тех пор, пока я не забыла, как дышать. Каждый вдох ощущался как-то неправильно, требовал слишком много усилий. Да кто вообще, черт возьми, должен думать, как дышать? Видимо, я, особенно когда мой муж находится у меня между бедер.
Его язык проложил влажную дорожку по моему бедру и остановился около самого центра, прежде чем переключился на другую ногу. Я изогнулась дугой и ухватила его за голову, вынуждая сконцентрировать внимание там, где я отчаянно хотела его почувствовать. Джек рассмеялся:
– Почти, Котенок. – Его слова обожгли мою кожу.
Только когда я больше не могла терпеть эту пытку и была готова придушить его своими ногами, его язык нашел чувствительную точку. Моя грудь вздымалась, пока я делала жадные глотки воздуха. Джек ласкал меня быстрыми прикосновениями, потом его движения стали более требовательными и лихорадочными. Его язык заставлял меня биться в исступлении, пока он передвигался от одной чувствительной точки к другой. В одно мгновенье его язык ласкал мою кожу, а в другое погружался в меня, быстро двигаясь вперед-назад.
Я так сильно зажмурилась, что перед глазами вспыхнули звездочки. Или, может быть, движения его языка заставили меня увидеть их. Кто знает? Все, в чем я была уверена, это то, что ощущения были чертовски волшебными. Мой муж был чертовым волшебником с палочкой в виде языка, и мне было плевать, кто об этом знал.
– Джек. О Боже, Джек. Не останавливайся. Не смей останавливаться, – выкрикнула я. – Ты словно Гарри Поттер, о Боже!
Он моментально остановился, поднял голову и уставился на меня. Клянусь, в этот момент моя вагина сжалась в комок и была готова умереть.
– Ты только что назвала меня Гарри Поттером? – Лицо Джека исказила смешная гримаса непонимания.
– Я просто имела в виду, что ты волшебник. А твой язык чертова волшебная палочка. Вернись на место и закончи свое волшебство. Просто заткнись, Джек, и вернись на место. – Я наклонила его голову, и он засмеялся.
– Может быть он и волшебник, но всего лишь выдуманный. А я настоящий. Мое волшебство настоящее. – Его язык продолжил свои магические движения, когда он ввел в меня два пальца. Мой оргазм приближался с каждым прикосновением его языка и толчками пальцев.
– Да, так, Джек. Только так, – я закричала, когда мои бедра дернулись, и оргазм с силой взорвался во мне.
Он медленно оторвал голову от моего тела и улыбнулся, отчего на его щеках вспыхнули ямочки.
– Ты будешь теперь называть меня Гарри?
– Только если ты захочешь сам. – Я тяжело дышала, когда Джек накрыл меня своим телом и толкнул свой член в мою киску. Его огромный дружок наполнил меня, и я стала двигать бедрами в унисон с его движениями.
– Черт, Кэсси… всегда… ты всегда ощущаешься так хорошо. – Он с силой двигался во мне, с каждым толчком погружаясь всё глубже.
– Сильнее, Джек. Двигайся сильнее, – взмолилась я, когда он ухватил меня за плечи и перевернул. Я оседлала его, принимая в себя так глубоко, как только могла. Двигаясь вверх-вниз, я наклонилась и стала целовать его грудь и ласкать соски.
Мои бедра продолжали двигаться, насаживаясь на него, когда его эрекция стала возрастать с каждым новым толчком.
– Ты чувствуешь это? – спросил Джек, имея в виду свое увеличившееся в размерах достоинство. Его голос звучал глухо, словно ему не хватало воздуха. – Я сейчас кончу, Котенок. Я близко.
Я кивнула, когда мой собственный оргазм стал вновь зарождаться во мне. Мои движения ускорились, и Джек замер, достигнув того места внутри меня, куда мог добраться только он. Глаза Джека закрылись, и он взорвался, наполняя меня своим семенем. Я наслаждалась содроганиями его тела, когда мое собственное освобождение накрыло меня с головой. Мое тело вздрагивало, а удары сердца отдавались в ушах. Я рухнула Джеку на грудь и долго лежала на нем, переводя дыхание, пока он перебирал пальцами мои волосы. Его собственное дыхание было учащенным, а тело липким от пота.
– Моя, – все, что сказал Джек, и поцеловал меня в лоб. – Навсегда.
ГЛАВА 10. Продажа
Джек
Три недели спустя…
Наконец-то прошло шесть недель с тех пор, как я сломал пальцы. Кэсси хотела пойти со мной на встречу с доктором команды для моральной поддержки, но я сказал ей, что должен сделать это один. Такое решение никоим образом не было связано с моим нежеланием её присутствия рядом. В большей степени это было связано с тем фактом, что Кэсси все равно ничего не сможет сделать с вынесенным мне вердиктом врача.
Если кости на моей руке срослись правильно, то все отлично. Но если они все еще сломаны, Кэсси не сделает их здоровыми, а мне понадобится время, чтобы переварить эту новость. Через нечто подобное мужчина должен пройти сам, а уж потом благодарить Бога или кого там еще он может благодарить за то, что в мире есть человек, который, что бы ни случилось, поддержит его. Кэсси не возражала против моего решения и все прекрасно понимала. Моя девочка была очень умной.
Она пожелала мне удачи, прежде чем ушла на работу, и я пообещал позвонить ей, как только что-нибудь узнаю.
От нервного напряжения мои внутренности сжались в тугой ком, так как над моей спортивной карьерой сгустились грозовые тучи. Я едва ли что-то поел с утра и не мог думать ни о чем другом, когда запрыгивал на смотровой стол в кабинете доктора.
– Как себя чувствуешь? – спросил доктор Эванс, и мне захотелось придушить его за попытку завязать со мной разговор в такой момент.
Не желая разговаривать, я криво улыбнулся и кивнул. Это было глупо и непрофессионально, но если он сейчас же не снимет гипс с моей руки и не скажет результат, я наблюю на его блестящие ботинки.
Он взял какую-то странной формы штуковину и начал разрезать мой гипс. Слой за слоем он осторожно снял гипс. Омерзительный запах ударил мне в нос, и я пробурчал извинения.
– Это ожидаемо, Джек. Никто не может ходить шесть недель, не мыть часть своего тела и при этом пахнуть розами, – объяснил он.
Доктор Эванс определенно не знал мою жену. Готов биться об заклад, она обязательно что-нибудь придумала бы, чтобы справиться с этой проблемой.
Я посмотрел на свою руку, она была сморщенной и бледной из-за долгого пребывания в гипсе. Я подавил желание постучать по ней, чтобы вернуть естественный цвет. На фоне здоровой правой руки, моя левая рука сейчас выглядела больной и слабой.
– Как долго моя рука будет приходить в норму? – спросил я доктора.
– Это тоже нормальное состояние. А сейчас покажи мне свои пальцы. – Он потянулся к моей руке и попросил меня выпрямить пальцы. Они выглядели нездоровыми и не выпрямлялись до конца.