Страница 11 из 54
– Конечно. Джек просто не знает, что ему делать. Он не знает, кем еще может быть, если не бейсболистом. И на конец… – Она замолчала и посмотрела мне прямо в глаза. – Он боится. Он, скорее всего, никогда не признается в этом, но он боится, что в его жизни больше не будет бейсбола.
Я была вынуждена принять горькую реальность.
– Я знаю. Но это не дает ему право…
Она цокнула языком, останавливая меня на полуслове.
– Нет, это не дает ему право плохо вести себя с тобой. Но, просто дай ему время.
– А нет задания, чтобы отправить меня в командировку в другую страну? – предложила я, усмехнувшись.
– Нет, таких заданий нет, – решительно сказала Нора. – И даже, если бы были, я бы тебя не отправила.
– Почему ты так ко мне жестока? – сказала я полушутя, но часть меня задавалась вопросом, почему она так жестко со мной обращалась.
Нора кивнула головой в мою сторону, прядь волос упала ей на глаза.
– Я не жестока, а просто отказываюсь помогать тебе сбежать от очередных трудностей. Джек преодолеет это. И ты должна быть рядом, пока он справляется со своими проблемами. Сейчас тебе просто нужно набраться терпения.
– Это не моя сильная сторона, – сказала я. – Я имею в виду терпение.
– Милая, ты женщина. И ты можешь всё. И ты сделаешь это. – Она улыбнулась и отстраненно махнула рукой. – А сейчас, иди отсюда и принеси мне то, на что приятно смотреть. У новых фотографов нет твоего видения вещей.
Не сказав больше ни слова, я покинула кабинет Норы и направилась к своему рабочему месту. Как и миллион раз прежде, я проверила свой сотовый и рабочий телефоны. Никаких пропущенных звонков не было. Я ненавидела такую жизнь.
Но Нора была права. Я должна справиться с нашими трудностями. Джек бы сделал это для меня, не так ли? Черт, теперь я не знала, как повел бы себя Джек, окажись он в подобной ситуации.
***
Я предположила, что Джек продолжит свою молчаливую забастовку, поэтому не потрудилась поздороваться, когда пришла домой после работы и увидела его в гостиной перед телевизором.
– Кэсси, принеси мне пива.
Я замерла в коридоре, не шевелясь и даже не дыша.
– Ох, теперь ты разговариваешь со мной? – пробормотала я, все еще удивленная командными интонациями в его голосе.
Он повернул свою голову с всклокоченными волосами в мою сторону.
– О чем, черт возьми, ты говоришь?
Мое терпение было на пределе, когда я бросила сумку и ключи на столик в прихожей и прошагала в гостиную. Уперев руки в бедра, я прокричала:
– Ты что, сбрендил? Ты вообще понимаешь, что не разговаривал со мной почти три дня?
Джек посмотрел на меня, сидя на своем излюбленном месте на кожаном диване, его загипсованная рука покоилась на подушке, а одну ногу он закинул на оттоманку. Я видела, как он сдвинул брови, прежде чем произнес:
– Ты преувеличиваешь, – решительно сказал он. – Пиво мне, быстро.
Потом он вновь перевел взгляд на экран телевизора, где транслировалась игра Метс с Астрос [12].
Поборов искушение взять бутылку пива и вылить её содержимое на его долбаную голову, я вихрем пролетела через кухню в сторону нашей спальни.
– Оторви задницу от дивана и сам возьми, – прокричала я и громко хлопнула дверью.
От злости у меня на глаза навернулись слезы, мне хотелось кричать и швырять всё подряд. Я чувствовала себя узником в своем собственном доме. В какой бы комнате сейчас не находился Джек, я хотела быть где угодно, только бы подальше от него. Его поведение слишком сильно обижало меня. Но слезы так и не хлынули из моих глаз, я была слишком занята своей злостью, чтобы тратить время на истерику. Схватив книгу, которую читала в последнее время, я растянулась на подушках, нечего не желая, кроме как скрыться от того ада, в который с недавних пор превратилась моя жизнь.
– Перестань вести себя как стерва, – прокричал Джек через закрытую дверь, когда протопал на кухню.
Я резко вскинула голову. Неужели он только что назвал меня стервой? Джек никогда не называл меня так. Никогда. Я положила книгу на прикроватный столик, схватила телефон и набрала номер единственного человека, который, как я думала, мог помочь мне. Через пять гудков я уже хотела сбросить вызов, когда на другом конце провода услышала его запыхавшийся голос:
– Алло?
– Дин? – спросила я.
– Что случилось, сестренка?
Я улыбнулась, на фоне последних дней такое отношение казалось мне непривычным.
– Ты занят? Я позвонила не вовремя? – Я слышала, как он глубоко дышал.
– Нет, все в порядке. Я просто поднимался по лестнице.
– Как думаешь, ты сможешь приехать к нам ненадолго? Я знаю, что ты занят на работе, но если ты приедешь хотя бы на пару дней, было бы здорово. Мне нужна твоя помощь с Джеком.
Дин хрипло рассмеялся в трубке телефона.
– Он ведет себя настолько ужасно?
– Скажу так, прямо сейчас мы даже смотреть друг на друга не можем, поэтому ничего не буду иметь против, если ты приедешь и двинешь ему в глаз.
Дин фыркнул.
– С удовольствием выбью всё дерьмо из него. Ну, что он натворил?
– Дин, – мой голос стал серьезным. – Он практически не произнес ни слова за неполные три дня. Ни. Одного. Слова, – сказала я, делая паузу между словами для пущего эффекта.
– Не сказал что? Ты шутишь, – посмеиваясь, сказал Дин.
Раздражение кипело во мне, я сжала ладонь в кулак и стукнула им по своему бедру.
– Я не шучу. Это не смешно. Мне нужна твоя помощь.
– Хорошо, прости. Я просто не могу поверить, что он так себя ведёт, – сказал он. – То есть, я верю. Но не могу представить, что он так ведет себя с тобой.
– Да уж, это просто ужасно, – призналась я.
– Дай мне знать, когда ты захочешь, чтобы я приехал, и я приеду.
Я выдохнула от облегчения.
– Слава Богу. Я позабочусь о деталях. Просто пришли мне по электронной почте свое рабочее расписание, и я забронирую билет на ближайшую дату.
– Райан и Марк разрешат мне взять выходной в любое время, когда мне будет удобно. Бронируй когда хочешь, я приеду.
– Спасибо тебе огромное, Дин. Скоро увидимся, – я завершила вызов, потом встала, открыла дверь спальни и вышла в темную гостиную.
Когда я включила свет на кухне, то услышала голос Джека, нарушивший тишину в помещении и оборвавший ниточку надежды, которая успела зародиться во мне.
– Наконец-то вышла, чтобы принести мне пиво?
Я сильно прикусила себе язык почти до крови. Я хотела быть выше семейных склок, но он сильно усложнял ситуацию.
В ответ на мое молчание, Джек выкрикнул:
– Кто же знал, что тебе так сложно будет принести твоему травмированному мужу бутылку пива? – Он был беспощаден.
– Ради Бога, Джек, ты не настолько травмирован, чтобы быть не в состоянии самому встать и обслужить себя.
Я подошла к кухонному столу и глубоко вздохнула, стараясь оставаться спокойной.
– У меня травма! – закричал он и вперил в меня свой взгляд, в котором пылал огонь. – Думаешь, я не знаю, что ты думаешь обо мне?
Что?
Я стояла в потрясении от его нападок в небольшом пространстве между нашей спальней и кухней. Если честно, я не имела ни малейшего понятия, о чем думал Джек, и не знала, как реагировать на его слова, чтобы не получилось еще хуже, чем уже было.
Его красивое лицо исказилось в усмешке.
– Видишь? Ты даже не можешь признаться! Скажи, в конце концов, мне это в лицо.
– Джек, – осторожно начала я. – Я, в самом деле, не имею понятия, о чем ты говоришь. – Испытывая дискомфорт, я переминалась с ноги на ногу.
– Не ври мне, Кэсси. Ты можешь хотя бы не врать мне.
Столько отчаяния было в его голосе, что у меня заболело сердце. Боль была настолько реальной, что я не сомневалась, сделай я сейчас ЭКГ, её безошибочно можно было бы определить на кардиограмме.
Повернувшись лицом к Джеку, который сидел на диване, я выдохнула и опустила плечи.