Страница 95 из 108
– Да, действительно, сложно что-то придумать. А знаете что, мы, наверное, вернемся немного назад. Нет не к вам Бил. На ферму, откуда недавно вернулась наша группа с Василием. А что, там по рассказам ихним места много, даже оборону можно держать. – Полковник немного задумался, а затем продолжил – Тогда Петру надо будет рассказать, как только прибудете в Демидовск, про все наши приключения и попросить помощь. Они ребята ушлые, знают про ферму наверняка. Если по каким-то причинам не захотят нам помочь, то тогда вам придется кого-то послать с сообщением.
Пока опять рассаживали людей, пока полковник ставил задачи Насте и Петру, прошло время, и полковник торопливо поцеловав заплаканную Настю, стал выпроваживать их в дорогу.
– Постарайся без стрельбы добраться. – Последнее, что сказал он уже сидящему за пулеметом Петру. Немного подождал, пока те не уехали и, обращаясь к попутчику, спросил:
– Ну что Бил, тебе не надоели еще наши мытарства? Не раскаялся еще, что с нами связался? Нет. Тогда в путь.
Стоящую у дороги машину, с заплаканными Антониной и Раей, с судорожно сжатым оружием в руках, они увидели уже почти у цели. До фермы-отеля оставалось доехать не больше четырех километров.
– Что случилось? Почему вы здесь? – Чуть ли не хором они обратились к женщинам.
– Машина не едет, пешком хотели, а тут вон звери…. – Проговорила сквозь слезы Антонина, показывая на группу расположившихся недалеко гиен, уже доедающих рогача.– Страшно стало, и что делать, не знаем. Ни я, ни Рая в машине ничего не понимаем. Почему сломалась не понятно.
– Вот ведь недоумки. Никто из нас не удосужился проверить, есть ли бензин, вернее солярка в баке.
Это возмутился Бил, который сразу же стал смотреть, что случилось с автомобилем.
– Посмотреть надо, есть ли запас с топливом? – Посоветовал полковник и сам же полез в багажник, который был битком забит вещами семьи Раи. – Вот черт, тут не поймешь, где что лежит.
– Не надо искать, я знаю точно, что в машине была канистра с запасным топливом, но я ее выставила в гараже, чтобы осталось больше места для вещей. – Проговорила Рая сквозь слезы.
– Женщина, есть женщина, главное тряпки, а все остальное для них пустое место – продолжал ворчать Бил.
Досада, что проглядел и не проверил перед выездом машину, в результате чего вся продуманная операция летела в тар-та-ра-ры, полностью заполнила полковника, и хоть понимал, что женщины почти не виноваты, не сдержался и выматерился. Хотя тут же поспешил извиниться, но те приняли это на свой счет, и заплакали уже в голос.
– Что будем делать?
– Сейчас, Петр Викторович, посмотрю, в багажнике у меня вроде должен бытл трос лежать. – Ковыряясь уже в своей машине, пробормотал Бил. – Ага, есть. Есть родимый. Цепляем и потихоньку двигаем. Я за руль этой таратайки сяду, а ты на Форде. Женщины, быстро в машину к полковнику. А то наши соседи уже заканчивают завтрак. Плохо нам будет, если обратят на нас внимание. Вовремя мы тут оказались.
– Вы всегда вовремя появляетесь. – Решила подольститься к полковнику Антонина. – Так не только я думаю, все так говорят.
– Как бы нам еще этих милых зверюшек объехать, что бы не возбудить у них гастрономический интерес к нам. Придется объезжать, а дорога здесь не сахар.
Действительно. С правой стороны заросли какого-то колючего кустарника, а с левой кроме кустарника еще и канава вдоль дороги выкопана. Развернуться с прицепленной машиной тоже вряд ли удалось бы. Дорога, которую как видно по отрытой канаве старались поддерживать в рабочем состоянии и в период дождей, позволяла только-только разъехаться двум встречным машинам.
– Вот ведь незадача какая, и надо же было именно здесь встать вам. Угораздило, так угораздило. Ни вперед, ни назад. Ждать пока эти трупоеды освободят дорогу нам некогда, да и опасно. Объехать почти невозможно, бросать машину жалко.
Продолжая рассуждать сам с собой, полковник внимательно осмотрелся по сторонам, насколько позволил предутренний сумрак.
– Так вы тут и стояли всю ночь? – Спросил он у женщин, что бы хоть как-то отвлечь их от непрекращающейся слезливой истерики.
– А что мы могли еще сделать? Никто из нас с машинами дело не имел, Рая только водить умеет, а ремонтом всегда муж занимался. А я, так и водить не научилась. Пешком идти страшно. Темно, ничего не видно.
– Сглупили мы тут, надо было хоть мужика послать с вами. Хотели как лучше, а получилось как всегда.
Так, я что-то не понял. И куда вы поперлись? – Он увидел, как доедающие громадную тушу Рогача гиены вдруг резко прекратили свое пиршество и быстро-быстро стали убегать в сторону. – Впечатление такое, что они чего-то или кого-то испугались. А чего могли они испугаться, такие сильные и грозные хозяева этих мест? Нам значит еще больше чем им надо этого бояться.
Полковник уже весь извертелся, пытаясь отыскать причину, по которой гиены покинули еще не полностью выпотрошенного рогача. В это время Бил просигналил светом фар, а затем не дождавшись ответа выскочил из кабины своей машины и подбежал к передней машине.
– Что тут происходит, почему не едим?
– Так куда ехать то, я понимаю, что надо ехать, но куда, ты посмотри, что впереди творится? И меня настораживает, что непробиваемые гиены кого-то напугались. Тех, кого бояться эти звери, нам надо бояться вдвойне. Кого они могут бояться, эти звери? Как думаешь?
– Я знаю, кого они испугались, но они обычно ближе к горам находятся, не могут они тут появиться. Потом расскажу, нам сейчас использовать момент надо, никто не тронет нас, не до того им. Садись за руль, поедим – И Бил, как только убедился, что полковник занял свое место, поспешил к машине Раи.
– Прямо так прямо. Эх, где наше не пропадало. Оружие милые дамы наготове держите. – Наличие прицепленной машины не позволяло сразу набрать скорость и полковнику пришлось ехать медленно и осторожно. Он понимал, что дерни сейчас посильнее и может произойти непоправимое. Порванный трос добавит в ряд неприятностей, еще одну, которая может оказаться и последней. Гиены хоть и улепетывали от корма, но тот, кто спугнул их, наверняка не откажется от людского мяса.
– Петя, торопись медленно, аккуратно езжай, как будто все вокруг спокойно и хорошо. – Сам себя успокаивал полковник. – Поспешишь, людей насмешишь, вернее этих милых зверюшек. Нет, нет, не надо возвращаться, бегите дальше.
Он увидел, что гиены бежавшие вначале от дороги дальше в саванну вдруг резко развернулись и побежали опять к дороге.
А услышав громкое рычание раздавшееся где-то совсем рядом полковник добавил:
– Я бы хотел знать что это, но явно что-то большое и грозное, раз его так боятся даже гиены. – Говорил полковник, стараясь не дергать едущую машину сзади, опасаясь порвать связку машин. – Тем более эта тварь не одна. – Добавил он, услышав такой же грозный рев с другой стороны.
– Нет, им что, тут медом намазано что ли? Или стрелку здесь застолбили. Разборки местные у них тут не хилые, но нам то это ни к чему. Давай милая, давай, тяни. Еще немного, еще чуть-чуть. Хорошо, что Рогача завалили не на самой дороге, объехать мы так и не смогли бы. Ну что? Не видно догоняющих нас монстров? Посмотрите вокруг, сколько сможете. – Обратился полковник к женщинам, намертво вцепившись в руль машины.
Испуганные женщины и так во всю вертевшие головами, стараясь хоть что-то увидеть через окна Форда, дрожащими голосами стали делиться увиденным.
– Не видно пока вроде никого, только рев слышно, гиены опять повернули в степь.
– Я вроде бы увидела этих зверей, какие-то серые и большие, вон там видела. – Антонина стала тыкать пальцем вправо от дороги.
– За нами никто не бежит? – Опять спросил полковник.
– Нет, никого не видно из-за машины сзади.
– Это хорошо, может, и прорвались мы. Однако я что-то проголодался, прямо вот хочу и все. Первый раз такое. От испуга, наверное. Рая, нет ли чего у тебя с собой, перекусить?
– Здесь нет, там в той машине есть, остановитесь, я принесу.