Страница 92 из 108
– Глупости ты сын городишь. Я что меньше тебя рисковал в той жизни? Однако у меня была и жена и дети. Что за жизнь без цели. Одно название.
– Разве цель жизни в семье только? – Удивился Петр. – Я считал, что моя цель это добиться успеха по работе, достичь определенного положения, обеспечить себя материально, а уж затем заводить семью.
– Вот! Вся ваша позиция жизненная в этом, я имею в виду всех молодых, не только тебя, и она как раз не верная. Все должно развиваться параллельно. Мы с женой вместе по жизни шли, не было у нас других целей кроме той, где все делилось пополам. И трудности и радости все были на двоих, и нам они были не в тягость. Мы жили друг другом, и не было у нас желания отложить рождение ребенка лишь по причине не уверенности в завтрашнем дне или недостатком тех же денег. Намного легче жить, когда рядом с тобой твой друг, твоя любовь, твоя половинка.
– Ну, ты отец сравнил. Таких женщин как моя мама, сейчас днем с огнем не сыщешь. Я что, не искал что ли? Но ведь у современных девушек первый вопрос при знакомстве всегда звучит примерно так: Кем ты работаешь? Сколько получаешь? Есть ли квартира и машина? И только если эта предполагаемая половинка сочтет, что ты по всем параметрам подходишь, только тогда начинаются отношения. Даже если девушка всего лишь думает с тобой переспать, то и тогда ее интересует в первую очередь заплатишь ей или на халяву хочешь. Какие нафик трудности пополам. Сбежит сразу же, как только появится какая-то трудность. Нет, батя, сравнивать твое время с сегодняшним – это дохлый номер. Не встретилась мне еще моя половина, за которую я пошел бы и в огонь и в воду. А вообще-то, не знаю…. – Он, говоря все это увидел глаза Нинель, смотрящих на него с долей жалости и разочарования, засмущался и скомкал свое выступление. – Может, и нашел… – Окончательно смутился и замолчал.
Выручил Бил. Он напомнил, что время уже перевалило за полночь и им пора выдвигаться к порту.
– Пока доберемся, пока пронаблюдаем, пока сможем незаметно и неслышно снять часовых. Короче надо выдвигаться.
– Пора значит пора. – Даже с каким-то облегчением вздохнул Рам.
– Проверим все ли взяли с собой? – Полковник стал сам осматривать у новичков, как и что на них надето из снаряжения. – Очень ребятки бывает плохо, когда обнаружишь, что что-то забыл. Обычно это происходит в самый неудобный момент. Плохо бывает и когда лишнее болтается, не нужное. А вот патроны никогда лишними не бывают. Но и их много не возьмешь, поэтому так тщательно готовятся к работе профессионалы. Вы у нас еще даже на учете не состоите, но ваша смелость и желание помочь заслуживают многого. Прошу только одно. Не лезьте никуда без моей команды.
До порта добрались вполне благополучно. Так как порт был окружен бетонным забором, то проехать внутрь можно было только через ворота, которые круглосуточно охранялись. И хоть Нинель уверила полковника, что она договорится с охраной, чтобы их пропустили на территорию порта, но, тем не менее, когда их небольшая колонна остановилась перед закрытыми воротами, он напрягся, и руки невольно обхватили лежащий рядом с ним автомат. Тоже самое испытывал и Петр, который непроизвольно стиснул руль автомашины. Непонятно что там сказала охране Нинель, но их действительно пропустили без каких либо вопросов.
– Интересно, а как мы будем отсюда уходить, если операция по освобождению у нас без шума не удастся? – Поинтересовался Петр. – Мы даже не подумали про это.
– Как – как, "каком" конечно – грубо ответил полковник, все больше и больше понимавший, что и сам себя, и своих людей, втравливает не просто в авантюру, но и в смертельно опасную авантюру. Ему проще было бы все сделать самому, чем подвергать такому риску, наверняка непонявших во что влезли, людей. Тем более ни разу не участвовавших не только в боевых операциях, а просто не знающих каково это, стрелять в живых людей.
Машина Нинель остановилась возле какого-то ангара. Полковник поспешил к ней.
– Это склад нашей управы, мы здесь храним все, что приходит морем, перед тем как вывезти в город. Пока пусть машины стоят здесь, я буду с ними. Вы втроем можете пройти к пирсу, баржа Володько и его катер стоят с правой стороны, в конце пирса. Там возможен еще один охранник, а может и два. Ну, тут уж сами разбирайтесь, я вам дальше не помощник.
– Я всегда буду помнить, что ты для нас сделала Нинель.
– Стоп, стоп. Не надо слов, время идет. – Прервала полковника девушка.
– Ну, что потопали славяне. Риск – благородное дело, правда, когда он оправдан.
Стараясь использовать по возможности укрытия, все трое двинулись в сторону пирса. Темнота была не полной, так как луна периодически то, появляясь, то, опять скрываясь за тучами хоть немного, но освещала территорию порта. Стоящие контейнеры в определенном порядке могли запутать их команду своими лабиринтами, если бы не Бил. Он весьма уверенно повел их в известном только ему направлении и вскоре вышел к пирсу. Он предупреждающе поднял руку, подавая сигнал, остановится, подозвал полковника и прошептал тому почти на ухо.
– Мы пришли. Вон стоит катер, а рядом баржа. Часовых пока не видно.
Полковник сразу же вспомнил про ПНВ, который они так и не взяли с собой. Он бы тут был весьма кстати. Всматриваясь в силуэты судов, он стал понемногу различать надстройки на катере и барже.
– Никого пока не видно. Надо ближе подходить, а как?
Действительно. А как? Пространство в метров тридцать было совершенно голое, и подобраться к катеру даже ползком не представлялось возможным. Тем более что и рядом с этими судами ничего не стояло, лишь дальше слегка просматривались какие-то плавсредства. Темнота все скрывала, тем самым как бы помогая им, и в тоже время затрудняла, что-либо разглядеть.
– Ну и что мы будем делать? – громко прошептал Петр.
Полковник раздумывал недолго.
– А…, была, не была, идем все вместе и открыто, будем делать вид, что мы подгулявшие матросы, и возвращаемся из города. Будем негромко между собой разговаривать и смеяться как придурки пьяные. Как только окликнут, останавливаемся и ввязываемся в разговор, потихоньку подходя к часовым. А там по обстоятельствам.
Все напряглись в преддверии очередной авантюры придуманной неугомонным полковником и медленно пошли к пирсу. Покачиваясь, полковник как бы продолжил разговор:
– Вот я и говорю этой прошмандовке, ты дрянь еще пожалеешь, что не хочешь идти с нами.
– А она что? – подхватил импровизацию Петр.
– А она мне и говорит, что видела таких в гробу и в белых тапочках, и послала меня таким матом, что у меня уши в трубочку свернулись. Я говорит, что, похожа на дуру идти с вами на ваш сраный корабль. Меня охрана сразу заметет.
– Слушай, мы, кажется, не в ту сторону идем. Наш катерок слева стоит, здесь другие какие-то стоят.
А может, он ушел без нас? Давай спросим у охраны.
– Давай, только что-то я никого здесь не вижу. Дай закурить что-ли.
– Эй, ребята здесь нельзя курить, идите дальше. – Не заставил себя ждать часовой и вышел из-за укрытия.
– Во! А ты говорил здесь никого нет – продолжил изгаляться полковник. – Мужик ты тут наших не видел?
– Ваши уже давно у корыта объедки доедают, а здесь территория Зарембы и посторонним здесь делать нечего. Идите к себе, а то буду стрелять.
– Ух, какие мы грозные. Ты тут один, а нас трое, не боишься?
– Тебе, дурак, бояться надо, сам не понимаешь, что можешь в большую лужу залезть. Или вы уже привыкли к лужам.
– Слушай Ваня, да это извращенец, он такой же, как и его Заремба, они все такие тут, голубые.
По ходу завязавшегося разговора с часовым полковник и его напарники продолжали потихоньку двигаться в направлении катера. Оставалось шагов пять, когда разозленный часовой стал снимать с плеча свой автомат. Торопясь наказать оскорбивших его пьяниц, он поторопился и запутался в ремне своего оружия. Петр быстро воспользовался этим и в два прыжка оказался возле часового. Ударом кулака в гортань он предотвратил вопль часового, а затем и успел подхватить падающее тело.