Страница 60 из 120
— Энн, — поправил его Джо.
— Да, правильно, Энн. Я думаю, она рада, что у нее теперь маленький братишка.
— О да. А как ваши девочки? У тебя ведь их три, верно, Майк?
— Маргарет, Моника и Мари. В таком именно порядке. Все на «эм», но Майкла пока что нет. Я сказал Пег: «В следующий раз как хочешь, а у нас должен быть Майкл».
— Если вдруг родится дочь, Мишель — красивое имя.
— Спасибо, спасибо, — с легкой язвительностью сказал Майк. — Но если ты не возражаешь, я бы предпочел обыкновенного, простого Майкла. Как говорится, здорового крепыша. А твоего, как я слышал, назвали Джо-младший.
— Да, младший. Мы оба названы в честь моего деда.
— Ну да. Именем Джозефа Б. Чапина у нас названа школа.
— Того самого. В эту школу, кажется, ходят в основном негритята, но моему деду это было бы приятно. Он всегда был ярым противником рабства.
— Неужели? Он что, Джо, занимался политикой?
— О да. Он даже прослужил один срок вице-губернатором.
— Вице-губернатором Пенсильвании? Я этого не знал. А твой отец никогда не занимался политикой.
— Нет, отец никогда не интересовался политикой. Не знаю почему, но, наверное, потому, что мать была полуинвалидом.
— Разумеется. Но Эдит замечательная здоровая женщина.
— Верно.
— Эдит не инвалид и не полуинвалид.
— Нет.
— Ты догадываешься, на что я намекаю?
Джо улыбнулся.
— Возможно.
— Было бы хорошо, чтобы и другой Джозеф Б. Чапин поучаствовал в общественной жизни.
Джо снова улыбнулся.
— Что ж, когда мой сынок подрастет, поговори с ним.
— Когда придет время, я с ним поговорю, но я хотел бы, чтобы и ты об этом тоже призадумался.
— Боюсь, Майк, что ничего из этого не получится. Меня никто не знает.
— Но никто и не знает о тебе ничего плохого. Серьезно говорю, партии всегда отчаянно не хватает стоящих молодых людей. Если бы ребята вроде тебя проявили активный интерес к политике, у нее, возможно, не было бы такой дурной репутации.
— Спасибо, Майк. Но я адвокат.
— Я ни разу не слышал, чтобы это было помехой, по крайней мере в политике. Пригласи меня как-нибудь в гости, когда и Эдит будет дома, и я расскажу вам кое-что о политике, расскажу то, о чем ты даже не догадываешься.
— Ты, наверное, думаешь, что Эдит хочет, чтобы я занялся политикой. Эдит одна из самых застенчивых женщин, которых я знаю.
— Ну я же не говорю, что собираюсь уговаривать Эдит выдвинуть свою кандидатуру на какую-то должность. Я просто хочу, чтобы вы с ней узнали о том, что политика может быть самым что ни на есть респектабельным занятием. Не забывай, Джо: люди, которых мы больше всего уважаем — Вашингтон, Линкольн, Тедди, — были политиками, и, черт подери, выдающимися политиками.
— Майк, твои речи уже звучат убедительней некуда.
— Просто пообещай мне, что поговоришь с Эдит и передашь ей то, что я тебе сказал. А теперь мне пора идти и заняться политикой. Надо помочь человеку получить пенсию, которая ему положена, но из-за каких-то бюрократических препон он чуть ли ни голодает. И это тоже, Джо, политика. Во многом это помощь людям получить то, что им положено. Билли Инглиш может тебе рассказать о кое-каких вещах, которые делают политики. Люди о них и представления не имеют.
— Майк, ты злодей, и я тебя уже наслушался вдоволь. Передай мои самые теплые пожелания Пег.
— Спасибо, Джо, а ты передай привет Эдит, Джо-младшему и Энн, — сказал Майк. — Я в жизни больше не назову ее Нэнси.
Когда в тот вечер Джо вернулся домой, то застал Эдит за письменным столом у себя в кабинете, где она писала письма.
— Не думаю, что я хоть когда-нибудь сумею ответить на всю присылаемую мне корреспонденцию, а до замужества я писала не больше шести писем в год. Знаешь, кто прислал мне сегодня самый большой букет цветов?
— Не знаю, дорогая. Кто же?
— Чета Слэттери. Мистер и миссис Майкл Дж. Слэттери. Майкл Джеймс Слэттери. Никакой записки — просто карточка. Заглянула в конверт, а карточка от Бейли. С какой стати они вдруг прислали мне цветы?
— Ну, они всегда были дружелюбны. Я знаю их всю свою жизнь, а Майк учился со мной в одной группе в школе права. Мы там нередко общались, а в Рождество вместе ездили домой на поезде.
— О, я с ними знакома, конечно, знакома, но они не настолько близко со мной знакомы, чтобы посылать мне цветы. Честно говоря, я ее терпеть не могу. Эта круглая хорошенькая физиономия и эти наряды. Я ни разу не видела ее два раза в одном и том же наряде — правда, я не так часто ее и вижу. Всегда в чем-то новом и всегда раскрашенная.
— Раскрашенная? Пег Слэттери?
— Я не имею в виду, как падшая женщина, но как-то дешево. И все время по-другому. А эти розы, наверное, стоят долларов шесть, не меньше. Теперь я должна ей что-то написать, а мне этого вовсе не хочется. Я понятия не имею, что ей написать. И что, Господи, ей нужно? Ее старшая дочь учится у мисс Холтон и, кажется, ходит в танцевальную школу. Что еще ей надо?
— Они ирландцы. Ирландцы очень добрые люди. И щедрые. А у тебя родился ребенок.
— Надеюсь, мне теперь не придется следить за рождением каждого их ребенка. У них три девочки, и, по-моему, они ждут еще одного ребенка. О, ей что-то от нас нужно, в этом ты можешь не сомневаться.
— Ладно, давай подождем и увидим, что именно, — сказал Джо.
Ожидаемое Майком Слэттери приглашение не последовало, и Майк не стал настаивать ни на приглашении, ни на активном участии Джо в политике. Однако со временем — не сразу — Пег получила записку от Эдит Чапин.
«Дорогая Пег!
Посылаю вам мою запоздалую благодарность за прекрасные цветы, которые вы мне послали в честь рождения моего сына. Они были изумительны.
Надеюсь, что вы и ваша семья пребываете в полном здравии.
С уважением,
Эдит С. Чапин
(миссис Джозеф Б. Чапин)».
Пег прочитала Майку эту записку вслух — обычай, которого они придерживались даже в отношении домашних счетов.
— И когда же я посылала изумительные цветы мадам Чапин?
— Я забыл тебе сказать. Помнишь, ты поехала в Скрантон к первому причастию Шилы?
— Да, и что же?
— Я случайно на Мейн-стрит встретил Джо Чапина, и на меня нашло вдохновение. Ну не в том смысле вдохновение, что я впервые об этом подумал. Эта мысль приходила мне в голову и раньше. Но когда мы с ним разговаривали, я заставил его призадуматься о том, чтобы пойти в политику. И такое счастливое совпадение! Во время нашей беседы вдруг обнаружилось, что его дед и тезка Джозеф Б. Чапин был вице-губернатором. Ты знала об этом?
— Откуда мне это знать?
— Ну и я тоже не знал, а этот факт сильно упрощает дело. Я сказал ему, что партия нуждается в таких молодых людях, как он, и если когда-нибудь в жизни я льстил и одновременно говорил правду, это был как раз такой случай. Хорошая старинная фамилия, полным-полно денег, и не украденных, а если и украденных, то законным путем, красивый парень с хорошим образованием. Женат. Двое маленьких детей. Протестант, но не член АПА[26]. В семейной истории никаких скандалов.
— Отец Эдит любил приложиться к бутылке.
— Но разве у него были когда-нибудь неприятности? Не было.
— Мать Джо. Давным-давно она попала в какую-то переделку на Кристиана-стрит, когда там еще были все эти салуны. Мне об этом рассказала мама. Шарлотт Чапин была… О Господи… случилось нечто вроде того, что какой-то мужчина задрал ей юбки… а у Чапинов был кучер, и он этого задиру отхлестал кнутом.
— Я абсолютно ничего об этом не слышал, — сказал Майк. — Какая-то безумная история.
— Поверь мне, не безумная. Я не помню ее в точности потому, что давно о ней не вспоминала. Но я почти уверена, что кучер избил того человека…
— Этот человек забрался в ее коляску и стал к ней приставать?
— Нет. Она шла пешком.
— О, Пег, что ты такое говоришь? Шарлотт Чапин никогда бы не пошла пешком через ту часть города.
26
Американская протестантская ассоциация, основанная в Филадельфии в 1842 г. Ее основатели были обеспокоены распространением в США римского католицизма и прилагали все усилия для укрепления в стране протестантизма.