Страница 32 из 34
Сильвия поднялась в классную комнату после одинокого завтрака на кухне в присутствии молчаливой и неодобрявшей ее миссис Уайт и попыталась придумать что-нибудь интересное, чтобы занять Джейка. В комнате было все, что ей могло понадобиться: об этом позаботился Трэвис. Пока она рылась в шкафах, у нее появилась хорошая идея, которая, может быть, смогла бы подбодрить Джейка.
— Что, если сегодня утром мы будем делать куклы? — весело спросила она мальчика, когда тот появился с унылым, как это можно было предвидеть, выражением лица. — Я думаю, что в качестве идеи мы могли бы взять некоторые персонажи из рождественского представления. Ведь тебе очень нравилась Белоснежка и гномы, не так ли?
— Больше всего мне понравился Чихун, — быстро ответил Джейк, сразу заинтересовавшись и просветлев. — Можно, я сделаю его?
Все утро у Сильвии было приподнятое настроение. Они дружно работали с Джейком, подбирая различные кусочки, вырезая и склеивая.
Когда Трэвис вошел, они усердно работали, сидя на полу в окружении моря ярких обрезков. По стеклам барабанил дождь. Сильвия услышала, как тихо скрипнула дверь и почувствовала, как в ней поднимается знакомая волна тревоги, физического и эмоционального возбуждения, когда он прошел в уголок для чтения и небрежно развалился на ярко-желтых подушках дивана.
Сильвия на мгновение подняла голову, чтобы убедиться в его присутствии, конечно, это была ошибка. Каждый раз, когда она смотрела на него и видела его крупную фигуру, сильное мускулистое тело, на котором сегодня был черный деловой костюм, ее охватывала слабость и она с трудом справлялась с тем смешением чувств, которое будоражило ее.
— Вы оба выглядите очень занятными.
— Тебе нравится моя кукла, Трэвис? — весело спросил Джейк, поднимая очень похожую на гнома куклу.
— Она великолепна! И так хорошо сделана! Ты нарисовал очень красивое лицо. Мисс Уолкер помогала тебе? — спросил Трэвис, усадив малыша на колени и внимательно рассматривая куклу, которая была похожа не столько на гнома, сколько на какого-то чудного тролля.
— Мисс Уолкер дала мне идею. Но все это я сделал сам! — ответил Джейк, которого рассердил вопрос дяди.
Трэвис сдержал улыбку и взглянул на Сильвию, которая наблюдала за ним с вниманием, которое выдавало ее глубокое чувство. Девушка смотрела на него своими голубыми глазами, стараясь сохранить в памяти каждую черточку лица Трэвиса на предстоящие ей долгие одинокие месяцы и годы.
— Где вы нашли все это? — оживленно спросил он, нагнувшись вперед и поднимая с пола целый ворох тканей и шерсти.
— Многое нам дала миссис Уайт, — ответила Сильвия, беспокоясь, не заметит ли он легкой дрожи в ее голосе. — Она опустошила весь свой мешок с тряпьем.
— Это, должно быть, был огромный мешок, — с улыбкой сказал Трэвис. — Я никогда не видел столько барахла.
— Посмотри сюда, Трэвис! Это похоже на волосы! Мисс Уолкер сказала, что я могу использовать их для того, чтобы сделать чудовище.
Джейк спрыгнул, схватил большую кипу черной шерсти и смешно водрузил ее на шапку своих белокурых волос, совершенно закрыв лицо. Хихикая, он снял шерсть со своей головы и надел ее на голову Сильвии так, что шерсть закрыла ей плечи.
— Посмотри, Трэвис! Какая смешная стала мисс Уолкер!
Сильвия улыбнулась Джейку, счастливая тем, что он вновь стал обычным мальчиком, и смущенно перевела свой взгляд на Трэвиса. Боже мой, что случилось? Почему он смотрит на нее таким взглядом? Сильвия замерла. Что случилось.
Сузившиеся темные глаза пристально разглядывали ее лицо. Трэвис безотрывно глядел на нее, так, словно видел ее в первый раз.
— Шанталь?! — спросил он охрипшим голосом, в котором слышалось недоверие и изумление.
Он узнал!
Наступило молчание, усугубившееся тем, что Джейк тоже замолчал, с замешательством наблюдая за ними.
— Трэвис, почему ты называешь мисс Уолкер «Шанталь»? Ведь ее зовут не так?
Сильвию бросило в дрожь. Он назвал ее Шанталью почти без колебаний. Неужели кипа черной шерсти напомнила ему девушку с крашеными волосами, которую он встретил пять лет назад? Он помнил! Она никогда не видела его таким раньше — Трэвис Стил всегда владел собой, ориентировался в любой ситуации, был хладнокровным и властным, а сейчас он выглядел смущенным и растерянным…
— Джейк, будь добр, спустись вниз и узнай, требуется ли миссис Уайт какая-то помощь с ланчем!
Джейк надул губы и недовольно нахмурился.
— Но…
— Отправляйся! — повторил Трэвис неожиданно резким голосом, от которого в удивлении вздрогнули и Сильвия и Джейк. Трэвис перевел дыхание, чтобы успокоиться, протянул руку и легонько потрепал Джейка по щеке.
— Пожалуйста, Джейк! — повторил он более мягко. — Я хочу поговорить с… с мисс Уолкер наедине.
— Сними эти чертовы обрезки! — в бешенстве приказал он, когда Джейк неохотно вышел из комнаты. — Ты выглядишь смешно!
Трясущейся рукой Сильвия сбросила с себя эту кипу шерсти.
— Не потрудишься ли ты объяснить мне, — тихо проговорил Трэвис голосом, в котором явственно прозвучала угроза, — что, в конце концов, здесь происходит?
Сильвия с трудом проглотила слюну, вздохнула, сделала еще одно глотательное движение, потом, качая головой, пролепетала:
— Я… я не…
— Сильвия, не унижай меня своей уклончивостью! — резко оборвал Трэвис. — Мне следует теперь называть тебя Шанталью? Или, может быть, лучше мисс Уолкер — я полагаю, что это твоя фамилия?
— Пожалуйста! — Сильвия в отчаянии провела рукой по своему лбу. — Не будь таким! Я…
— Черт возьми, каким же, по-твоему, я должен быть? — взорвался Трэвис, и, вскочив с подушек дивана заходил взад и вперед по комнате, как тигр в клетке. — Какого рода сомнительную шутку ты разыгрываешь здесь?
— Что?.. Шутку? — выдавила из себя Сильвия, наблюдая за его мечущейся фигурой глазами, в которых светилось недоумение.
— Сильвия, не нужно делать вид, что ты ничего не понимаешь! — резко повернувшись, бросил Трэвис, внимательно изучая ее глазами, которые утратили былую теплоту, и зло поигрывая слегка покрасневшими желваками. — Сейчас уже слишком поздно для этого! Расскажи мне! — потребовал Трэвис, пронизывая Сильвию взглядом, который заставлял ее трепетать и вызывал в душе нестерпимую боль. — Чего ты хочешь добиться в результате такой запутанной игры? Разные имена! Разная внешность! Чем ты занимаешься? Держишь пари, насколько скоро я опознаю тебя?
— Вы думаете… вы думаете, что я запланировала все это? — недоверчиво проговорила Сильвия. — Вы действительно считаете, что я приехала сюда с какой-то тайной целью?
Его глаза потемнели.
— А что, черт возьми, я должен думать? Что все это простая случайность? — его голос был злым, и каждое его слово безжалостно ранило Сильвию. — Я бы мог, мог бы поверить, что такое совпадение возможно, если бы здесь не было места маскировке и обману!
— Но я не обманывала вас! — покачала головой Сильвия. — Я имею в виду… ну… что это было не намеренно. Тогда, пять лет назад… Шанталь, в которую я преобразилась, была глупой выдумкой, вызовом… Я была обижена на весь свет и нарядилась в тот вечер для того, чтобы доказать что-то самой себе. — Сильвия проглотила слюну, надеясь, что ее бессвязные фразы убедят его. С мольбой в своих голубых глазах она посмотрела в его заострившееся от гнева лицо. — Вы должны поверить мне, Трэвис! Это не было подстроено!
Наступило молчание. Потом он произнес:
— Тогда, если это простое совпадение, почему ты не рассказала мне об этом несколько недель тому назад.
— Я… я не знаю.
— Так вот почему вам было так плохо в тот первый день, когда вы пришли утром в мой кабинет! Вы узнали меня сразу и все-таки решили поводить меня, как дурака, за нос! — Трэвис резко перевел дыхание и покачал головой. — Как вы могли так поступить?
Сильвия опустила голову и пыталась найти такие слова, которые бы заставили Трэвиса понять, как эта встреча смутила и потрясла ее. Она заставляла себя ненавидеть его все эти годы за то, что ей пришлось пережить, за те страдания, которые ей пришлось перенести после смерти Кэти, хотя, по правде говоря, его нельзя было винить в этом.