Неукротимый (ЛП)

Он морщит лоб в раздумьях, как будто даже не принимал этот факт во внимание. - Да, я предполагаю, что делал это.

И я не могу остановиться. Подтянувшись повыше, я беру его щеки в ладони, и притягиваю его ближе ко мне. Наши губы соприкасаются. Его руки сжимаются вокруг моей талии, но его губы не отвечают моим. - Поцелуй меня,- умоляя, шепчу я.

Он шепчет в ответ против моих губ: - Нет. Мне нравится, когда ты целуешь меня.

Улыбаясь напротив его губ, я чувствую, как вернулась его улыбка, и мое сердце переполняют чувства.

Что-то изменилось в нем сегодня ночью. От него исходит что-то больше в этот раз.

Что-то теплое.

Его хватка ослабевает, руки скользят по моим бедрам вниз, и он медленно берет в ладони мою попу, и сжимает ее. Цепляясь большими пальцами за резинку моих спортивных штанов, он снимает их вместе с трусиками. Мое самое чувствительное место пульсирует, и я становлюсь влажной.

Подведя меня к кровати, он толкает меня, и я приземляюсь на нее спиной. Смотря мне в глаза, он заявляет:- Ты двигаешься, я останавливаюсь,- опуская свое лицо к моей уже готовой сущности, он говорит: - Будь громкой. Мне нравится слышать тебя.

Закинув мои ноги себе на плечи, он встает на колени перед кроватью, и долго, и горячо облизывает мою киску. Электричество растекается по моим венам. Мое тело дрожит, и я негромко вздыхаю. Он лизнул еще два раза, прежде чем заявляет: - Никогда не пробовал ничего подобного. Никогда не лизал киску, которая на вкус такая сладенькая. - Выпрямляя свой язык, он лижет снова, и снова, и снова мой вход, а затем говорит: - Если бы я мог питаться твоей киской целый день, каждый день, я бы нашел способ, как сделать это мой основной работой.

Его слова, хоть и вульгарные, но все равно самые приятные вещи, которые я слышала выходящими из его рта, с тех пор как познакомилась с ним. Я тяну руки между моим ногами, и провожу пальцами по его волосам, и его полизывания превращаются в посасывания. Мои бедра невольно дергаются, толкая его лицо глубже в меня.

Я громко стону. Он рычит, и сосет в идеальном ритме.

Мои глаза закатываются, когда он щелкает языком по моему клитору. Мое дыхание становится тяжелым, а мои бедра сжимаются вокруг его головы.

- Не кончай, Лекси.

Ах, ты ублю- мать твою.

Я так близка, что могу вкусить это. Чуть громче шепота. Я говорю: - Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

С последним щелчком языка, он встает. И я хочу пнуть его за то, что он дразнит меня. Так я и делаю.

Я пинаю его в бедро, и в тот момент, когда моя нога ударяет по нему, он смотрит вниз на свое бедро сердитым взглядом, потом наверх на меня. И внезапно, мое раздражение сменяется беспокойством. И все что я могу - это думать "О блин. Я в беде".

Рыча, он бросается на меня, и я визжу. Его руки оборачиваются вокруг меня, и он поворачивает нас так, что я оказываюсь сверху. Я хочу закричать. Я знаю, у него проблемы с управлением гневом, и я спровоцировала его. Что твою мать не так со мной? Мое сердце ускоряется. Я ошеломлена. Потом я слышу то, из-за чего я превращаюсь из беспокойной в обезумевшую за одну секунду.

- Над чем ты смеешься? - вызывающе спрашиваю я.

Расставив широко ноги по бокам от его коленей, я пихаю его в грудь, и он смеется еще сильнее: - Это не смешно, Твитч! Я могла причинить тебе боль.

Его смех граничит с истерикой. Скрестив руки на груди, я пялюсь на него, и жду пока он обуздает свой смех. Когда он глубоко вздыхает, и улыбается мне, мой гнев просто испаряется. Заправляя мои волосы за ушко, он говорит: - Сегодня был нехороший день. Так что я пришел сюда расслабиться, и хотел побывать своим ртом на тебе, ожидая потом твой ротик на мне. Я не приходил сюда, что вот так посмеяться. Я так смеялся последний раз, когда был подростком. И в большинстве случаев, когда я был подростком, я так смеялся, когда был под кайфом.

Это расстраивает меня.

Когда он рассматривает мое помрачневшее лицо, он сильнее улыбается: - Чертовски забавно.

Внезапно его глаза темнеют, и он садится так, что мы оказываемся грудью к груди. - Не думай, что я забыл о твоей выходке.- Положив одну руку на мою спину, его свободная рука скользит вниз к моей голой попе, и сжимает ее так сильно, что я вздрагиваю. Начав от моей шеи он прокладывает дорожку из поцелуев по моей челюсти, затем, наконец, целует в уголок рта.- Поцелуй меня, Ангел.

Мое дыхание тяжелеет, глаза прикрываются, я отвечают хриплым шепотом: - Конечно, малыш.

Его губы вскользь касаются моих. Я слегка наклоняю голову, и прислоняюсь к нему. Целую медленно, но глубоко, и когда его губы объединяются с моими, я понимаю, что на этот раз он целует меня в ответ. Его рука массирует мою попу, и я попадаю в сказочное государство. Сказочное государство, которое очень быстро исчезает.

Шлепок!

Я вскрикиваю в его рот, он целует меня сильнее, а моя попа немеет на секунду, прежде чем начинает пульсировать.

Шлепок!

Хныкая, мое лицо искажается от боли. Его рука ласкает пульсирующую часть, и внезапно мой мозг прекращает распространять боль, думая " Ухты. Это все-таки было приятно?

Шлепок!

Сильнее, чем во второй раз. Я отстраняюсь от его рта, и откидываю голову назад, кричу. Мои глаза расширяются. Между моих ног становится влажно.

Шлепок!

Мой рот преобразуется в О в безмолвном крике. Наши глаза встречаются, не отпуская друг друга. Его рука скользит по больному месту, жарко опаляя, прежде чем двигается ниже, и еще ниже прикасаясь к сморщенной плоти. Я напрягаюсь. Его пальцы задерживаются там на мгновенье прежде, чем он кончиком пальца проверяет насколько я возбуждена.

Мои щеки горят. Те, что на моем лице.

Нормальные люди не возбуждаются от подобных штучек.

Твитч скользит кончиком пальца вверх и вниз по моей влажной и теплой плоти. Его глаза вспыхивают, затем темнеют, и он закрывает их, выпуская стон: - Тебе нужно сесть на мой член.

Перекатив нас на бок, он отстраняется от меня, неистово расстегивает свой ремень, и стаскивает слаксы, рубашку, и подтяжки за рекордное время. Встав передо мной, он гладит свой толстый, длинный член; серебряные шарики мерцают в приглушенном свете. Ложась рядом со мной, он продолжает гладить свой член. Повернувшись, он приказывает: - Оседлай меня.

Ему не надо простить дважды. Поднявшись на четвереньки, я перекидываю одну ногу через него, и взбираюсь на него. Мы оба готовы. Нам не нужно напрасно тратить время. Отвожу руку за спину, и хватаю его член, подвожу его как раз под мой вход, и медленно сажусь, вбирая его головку в себя.

Позволяя себе привыкнуть, я кладу обе руки на его грудь, смотрю на него, в то время как он впивается в мои бедра. Он наблюдает за мной жаждущими полуприкрытые глазами. И внезапно, неожиданная волна эмоций накрывает меня. Потянувшись рукой, я поглаживаю 13 на его щеке, и ощущаю травмированную кожу под этой татуировкой.

Ты и не подумала бы, что 13 скрывает шрам от окружающих.

Покачав головой, я закрываю глаза, и убираю руку. Его рука сильно хватает мое запястье останавливая меня, возвращая мою руку обратно на его щеку. Он прижался к моему прикосновению, как кот. Повернув голову, он целует внутреннюю сторону моего запястья. И в моем горле застревает комок.

Не влюбляйся в него!

Да. Это бы все испортило.

Нуждаясь в отвлечение от этого насыщенного момента, я сажусь дальше на него, и еще дальше, пока моя попа не встречается с его промежностью. Чувствую себя цельной, и разгоряченной, мои веки трепещут. Он ощущается так невероятно.

Смотрю на него, его лоб морщится.

Дотянувшись, он соединяет свои руки с моими, переплетая наши пальцы, и опускает их на кровать над своей головой.

Это уже слишком. Комок в горле поднимается, и я не могу глотать. Он отдает мне контроль.

Хриплый шепот вырывается из меня: - Не играй со мной.

Вместо того, чтобы ответить мне, он поднимает свое лицо, и в моей груди поселяется тупая боль. Наклонившись, мои губы сливаются с его губами в сладком, и нежном поцелуе. Против моих губ, он бормочет:- Идеально.