Страница 121 из 196
Анатолий стал проводить много времени в глобальной сети. Он даже стал заходить в чаты, в последнее время там много говорили о политике, и Анатолий все чаще замечал, что политика братства больше не вызывает у него такого отвращения, как раньше. Да, братство уничтожило все звездные вокзалы, да, планета оказалась в изоляции, это было очень рискованно, но уже видно, что братство справилось с кризисом первых дней революции. Войска конфедерации частично уничтожены, частично перешли на службу к новым хозяевам, коекто ушел к наркомафии, но эта раковая опухоль в свое время тоже будет удалена.
Голода не было. Продукты до сих пор распределяются по карточкам, но рацион уже не так однообразен, как в первое время. Если не задумываться над тем, что вся пища представляет собой генетически измененные дуйвэ, то ее можно нормально есть. Бифштекс из деметрианских грибов на вкус нисколько не хуже бифштекса из земной говядины.
Тотальный хаос, которого все боялись, так и не наступил. Братство быстро навело порядок, пару сотен мародеров расстреляли на месте, и все стало нормально. Люди продолжали жить, как жили раньше, они ходили на работу, отдыхали, развлекались, растили детей, и никто не страдал от того, что правительство теперь составлено в основном из высших иерархов братства. Кроме них, в правительство вошли многие уважаемые люди, не участвовавшие в революции, например Андрей Кузнецов, ректор университета Вернадского. Леннонцы не фанатики, они прагматики, они даже большие прагматики, чем те, кто стоял у власти до них. Сколько лет парламент Деметры обсуждал, не пора ли начать терраформинг, но стоило произойти революции – и терраформинг больше не обсуждают, его делают.
С улиц Олимпа навсегда ушел туман. Если приглядеться, на юге можно различить фронт облаков, проходящих сквозь дренажное отверстие в центре ветрового щита, но это не мешает нормально жить. Это даже забавно, хочешь дождя – достаточно отъехать на несколько километров на юг от Олимпа, и будет тебе дождь, там всегда идет дождь, а на улицах Олимпа всегда сухо. А ведь это только первый шаг. Когда в Морийских горах пробуравят первый тоннель и болота начнут осушаться, все изменится гораздо сильнее и Олимпийские болота превратятся в настоящий цветущий сад.
Конечно, есть и проблемы, но братство их успешно решает. Вот, например, вся химическая промышленность осталась без потребителей продукции и заводы встали. Казалось бы, надвигается гуманитарная катастрофа, но нет, только патологические бездельники оставались без работы дольше двух недель. Хочешь работать – пожалуйста, идешь на биржу труда и получаешь распределение. Работа строителя не требует высокой квалификации, надо только следить, чтобы роботы четко выполняли все, что от них требуется, и не занимались ерундой. Рабочих мест при новой власти стало даже больше, чем при старой. То ли еще будет, когда в НьюМайами запустят термоядерный реактор…
Многие боялись войны с ящерами, но и тут братство все сделало правильно. Ящеры на собственной шкуре прочувствовали свой принцип хахех ив осусув. Вы нам хахех – нападать на наши фермы, а мы вам осусув – ковровая бомбардировка всех близлежащих городов, и попробуйте только сказать, что наше осусуэ меньше, чем ваше хахех. Братство все делает правильно, такое бы правительство да на Землю…
Деликатный стук в дверь отвлек Анатолия от философских мыслей.
– Войдите! – крикнул он и слез с дивана.
Дверь распахнулась, и в комнату вошла высокая статная женщина ослепительной красоты.
– Здравствуйте, – произнесла незнакомка глубоким грудным голосом. – Я ищу Анатолия Ратникова.
– Вы его нашли, – ответил Анатолий и почемуто покраснел. Ему вдруг стало стыдно за то, что он разговаривает с такой шикарной женщиной голый по пояс, босой и небритый, он как будто вдруг оказался голым в общественном месте.
– Меня зовут Полина, – отрекомендовалась незнакомка, – Полина Бочкина. Я так много слышала о вас…
– Да ну, – смутился Анатолий, – что вы могли обо мне слышать?
– Очень многое! Вы привезли на Деметру взрывчатку, которой мы взорвали все базы свиноголовых. Вы сбежали из Исламвилля на ранце Бэтмена и пролетели двести километров в стратосфере без скафандра. Вы проникли в Карасу, скопировали все данные из локальной сети и вернулись обратно, целый и невредимый, да еще взяли языка. Наконец, вы разбомбили Карасу. Вы умеете летать на настоящем боевом истребителе, подумать только!
– Откуда вам все это известно? Полина кокетливо сморщила носик.
– Можно, вы будете называть меня на «ты»? – спросила она. – Это както неудобно…
– Только если взаимно.
– Договорились.
– Так откуда ты все это знаешь? Ты работаешь с Дзимбээ?
– Нет, я работаю с Танакой.
– С полковником Ногами?
– Ага, я у него офицер для особых поручений. Нет, нет, у меня нет никакой крутой трансформации, не надо на меня так смотреть! Я больше по связям с общественностью, всякие переговоры, контакты, журналисты…
– Вы… то есть ты пришла у меня интервью брать?
– Нет, что ты! Мне просто захотелось посмотреть на живого героя. Ты не обижаешься, что я раскопала твой адрес в закрытой базе данных?
– Мне даже приятно. Ты позволишь, я переоденусь?
– Конечно. Мне выйти?
– Да, если можно. Я обычно не страдаю стеснительностью, но ты…
Полина звонко рассмеялась. Как колокольчик, подумал Анатолий.
– Давай переодевайся, – сказала она. – Я подожду тебя в коридоре.
И с этими словами она вышла из комнаты.
Анатолий посмотрел на свое небритое отражение в зеркале и неожиданно для самого себя показал ему язык.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
1
Полина повела Анатолия в ресторан с какимто незапоминающимся китайским названием. Она сказала, что это самое приличное место в ближайших окрестностях, и если не заказывать машину, а идти пешком, то ничего лучшего в пределах досягаемости не найти. Они шли по улице, Полина привлекала всеобщее внимание, все встречные мужчины и половина встречных женщин пялились на нее, разинув рот, а она как будто не замечала всеобщего восхищения, она не шла, а порхала, обходя дурно пахнущие лужи и распространяя вокруг себя волнующую ауру чегото легкого, неземного и воздушного.
Месяц назад трудно было представить себе, что можно так просто взять и выйти на улицу. Но ветровой щит положил конец сезону дождей, грязь подсохла, и теперь улицы стали не только проходимыми, но и почти сухими.
Полина болтала без умолку. Вначале она пыталась расспрашивать Анатолия про его геройские подвиги, но Анатолий упорно отмалчивался, отделываясь односложными междометиями, и, восприняв это как проявление геройской скромности, Полина начала рассказывать сама.
Она поведала, что у нее есть одна очень умная и добрая, но некрасивая подруга, и когда ее обидел один молодой человек, сказав, что она страшная, она ему так ответила… Когда Полина дословно воспроизвела, что ответила наглецу ее подруга, Анатолий невольно рассмеялся, а дедок лет восьмидесяти, ковылявший навстречу, поскользнулся и чуть не упал. Бедняга, он не понял, в каком контексте прозвучали эти слова.
Странное дело, самая жуткая брань в устах Полины звучала ангельской песней. Полина была большая, подвижная и какаято вся сияющая изнутри. Если бы Анатолию было лет на двадцать поменьше, он подумал бы, что уже влюбился.
Ресторан оказался тем самым, в котором произошла первая встреча Анатолия с Ибрагимом.
– Тебе не нравится этот ресторан? – спросила Полина, увидев странное выражение, появившееся на лице Анатолия. – Пойдем в другой, мне все равно…
– Нет, ничего, давай посидим здесь.
Ресторан почти не изменился с тех времен. Только матовые стекла в окнад заменили на прозрачные, а вместо мазохистов на сцене резвились эротичные девушки. В остальном все было то же самое.
Полина снова начала весело щебетать, Анатолий слушал ее краем уха, а потом пришел официант, Полина заказала амброзию, Анатолий – тоже, после первого глотка щебетание Полины перестало раздражать, а еще минут через десять Полина и Анатолий весело болтали о всякой ерунде. Одним словом, вечер удался.