Страница 103 из 196
Анатолий посмотрел вниз и обнаружил, что снижаться нельзя – внизу бушевал шторм, причем шторм крайне необычный. Гигантская нежнорозовая туча, которая, должно быть, с земли выглядит иссинячерной, наткнулась на невидимую преграду и расползлась вдоль нее на протяжении километров тридцати, если не больше. Очевидно, это и есть ветровой щит, который воздвигло братство. Только у самого горизонта преграда кончалась, там туча обходила ее край, создавая в атмосфере колоссальное завихрение. Непосредственно под Анатолием в невидимом щите зияла трехсотметровая пробоина, в которую ураганным ветром засасывало клубы водяного пара. Казалось,' что туча вырастила из себя кинжал, сверкающий молниями, этот кинжал проткнул невидимое полотно и вытянулся вперед на десятки километров, постепенно рассеиваясь.
К счастью, пробоина образовалась в стороне от центра щита и гигантский облачный язык прошел мимо Олимпа. Сам город, уже отчетливо видимый прямо по курсу, был ярко освещен закатным солнцем. Жители, должно быть, и не знают о грозовой полосе, протянувшейся совсем рядом с окраиной города.
Анатолий запросил у справочной службы почтовый адрес особого отдела. Получив адрес, Анатолий составил короткое письмо и отправил его по этому адресу. Письмо было предельно лаконично: Сдаюсь. Анатолий Ратников.
Ответа на письмо не было, зато с земли Анатолия коснулся луч направленного сканера. Выходит, какаято ПВО здесь есть. Анатолий замедлил движение, растрачивая последние крохи энергии, и начал снижаться. Как бы этот маневр не восприняли как попытку уйти от атаки…
Детекторы Анатолия зафиксировали гравитационную вспышку прямо по курсу. Автономная граната. Остается только надеяться, что сейчас она в разведывательном режиме, а не в боевом. На всякий случай Анатолий посмотрел вниз, обнаружил в километре от себя небольшую ферму и резко спикировал, окончательно сажая аккумулятор. Когда до земли оставались считанные метры, Анатолий понял, что не рассчитал, энергии на мягкую посадку не хватало, но было уже поздно. Все, что он сумел сделать, – это направить себя в большую навозную кучу. Падать было мягко.
4
– Значит, вы и есть Анатолий Ратников? – спросил Сингх, задумчиво разглядывая худощавого темноволосого мужчину лет тридцати пяти – сорока, почемуто одетого в грязный и драный халат из числа тех, какие обычно носят неквалифицированные работники коммунальных служб. Халат был надет прямо на голое тело.
Анатолий кивнул.
– А вы, должно быть, Абубакар Сингх? – спросил он.
– Да, это я, – согласился Сингх. – Откуда вы меня знаете? И почему, кстати, вы так странно одеты?
Дзимбээ, сидевший на соседнем стуле, хихикнул и шмыгнул носом.
– Я упал в навозную кучу, – спокойно сказал Анатолий. – Подлетая к городу, я был замечен системой ПВО, на перехват взлетела автономная граната, и я счел за лучшее совершить экстренную посадку. Энергия была на исходе, поэтому пришлось…
– Я понял, – остановил его Сингх. – Но вы не ответили на мой первый вопрос.
– Когда господин Дуо встретил меня на ферме, он потом позвонил вам со своего телефона.
– И что? У вас при себе есть оборудование для радиоперехвата и дешифрования?
– Нет, я просто прочитал ваше имя на экранчике телефона. У меня очень острое зрение. Дзимбээ облегченно перевел дыхание.
– Рад с вами познакомиться, – сказал Сингх. – Рассказывайте.
Анатолий не стал задавать глупых вопросов, что, дескать, рассказывать.
– Формально я являюсь курьером высшего класса корпорации «ИстернДивайд». В прошлом – майор десанта в отставке. Боевая трансформация класса Е, набор имплантатов – стандартный для десанта.
– Причина отставки? – прервал его Сингх.
– Психологические проблемы. Я участвовал в подавлении мятежа кришнаитов, мне пришлось убить четверых детей. Насмотрелись фильмов, захотели поиграть в войну…
– Я понял, продолжайте.
– В начале марта я получил задание переправить с Гефеста компактный конфиденциальный груз страховой стоимостью один миллион евро. Заказчиком выступала корпорация «Уйгурский палладий», пункт назначения не был указан. По прибытии на Гефест я узнал, что груз должен быть переправлен на Деметру некой фирме под названием «Ифрит плюс». Со стороны заказчика со мной общались Сяо Ван Гу, начальник отдела логистики УП, и Джон Рамирес, какойто менеджер среднего звена той же корпорации. Предметом перевозки была большая и очень тяжелая золотая статуэтка, предположительно изготовленная цвергами и имеющая религиозное значение. Характер груза и поведение представителей заказчика показались мне подозрительными…
– Что именно показалось вам подозрительным?
– Не могу точно сказать. У меня неплохо работает интуиция, как у всех военных, и когда я провел медитацию…
– Понял, продолжайте.
– Я показал фотографии статуи одному ученому ксенологу, точнее, одной ученой, она женщина. Она сказала, что узоры на поверхности статуи похожи на цвергские только для неспециалиста, а на самом деле они не несут никакого смысла и не могли быть созданы цвергами. Я провел еще одну экспертизу, она показала, что статуя изготовлена из низкокачественного золота людьми в передвижном геологическом лагере. Внутри статуя была пустотелая, ее начинка представляла собой какуюто соль тяжелого металла.
– Вы узнали, что это за соль?
– Тогда нет. Если не возражаете, я предпочел бы рассказывать по порядку.
– Да, конечно.
– Я не успел окончательно выяснить характер начинки, потому что получил экстренный вызов на поезд. Заказчик почемуто решил срочно отправить меня грузовой капсулой. Я погрузился на борт и на третьи сутки путешествия прибыл на Деметру. В поездке меня сопровождал сотрудник службы безопасности «Уйгурского палладия» по имени Якадзуно Мусусимару. По прибытии на Деметру статуя была задержана на таможне, поскольку, как оказалось, ввоз подобных грузов запрещен местным законодательством. Я доложил начальству о случившемся. Я ожидал, что начнется большое судебное разбирательство, но на следующий день оказалось, что получатель расплатился за доставку груза и отказался от всех претензий. Через несколько дней, когда я обедал в ресторане, ко мне подошел человек, который представился как подполковник службы планетарной безопасности Ибрагим Бахтияр. Он стал расспрашивать меня об этой статуе…
– Что вы ему рассказали?
– Все.
– Разве вы не были связаны подпиской о неразглашении?
– Был. Но груз явно носил криминальный характер, кроме того, Ибрагим намекнул, что внутри статуй находится ядерный заряд.
– Только намекнул или он знал точно?
– Знал точно. Потом я поехал в «Истерн Дивайд», но такси привезло меня к какомуто заброшенному складу. Когда я вышел из такси, на меня напали двое бандитов, я уничтожил одного из них, а второго допросил под феназином.
– Феназин у вас был с собой?
– Нет, его привез Якадзуно. Когда бой закончился, я связался с Ибрагимом и он сказал, что ко мне сейчас приедет Якадзуно. Оказывается, Якадзуно с ним сотрудничал.
– Якадзуно работал на СПБ?
– Насколько я понимаю, у них было разовое сотрудничество. Служба безопасности «Уйгурского палладия» тоже чтото заподозрила, они проводили свое расследование, а когда поняли, что сил не хватает, обратились в СПБ.
– Что было дальше?
– Пленный рассказал, что получил приказ на мою ликвидацию от некого Абу Хантури по прозвищу Крокодил. Мы с Якадзуно отправились по указанному адресу, и как раз в этот момент началась революция. Мы поехали в комплекс СПБ, попали под ядерный удар, машина была разбита, я – тяжело ранен. Нас спасли ящеры, они отвезли нас в свое жилище и ухаживали за мной, пока я не выздоровел. Потом мы поехали в Олимп, я связался с Ибрагимом, он назвал адрес, по которому находился, и сообщил, что у него проблемы. Он страдал от лучевой болезни.
– Он выжил?
– Да.
Лицо Сингха выразило огорчение.
– Что дальше? – спросил Сингх.
– Мы поехали в офис «Уйгурского палладия», оказывается, начинка статуи была там. Мы забрали начинку и уехали из Олимпа. Пока Ибрагим выздоравливал, мы были у ящеров, а потом я решил вернуться к вам, а они остались там.